Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Однажды в Новосибирске: белые чехи, красные мадьяры и город-концлагерь

11 сентября на радио «Городская волна» (101,4 FM) прозвучал очередной выпуск «Вечернего разговора об истории Новосибирска». На связь со студией по телефону вышел член Международного общества историков Первой мировой войны и Ново-Николаевского военно-исторического клуба Игорь Ладыгин. «Новосибирские новости» публикуют полную расшифровку программы.

Евгений Ларин
Евгений Ларин
14:20, 17 Сентября 2020

Взгляд назад. Исторический календарь

7 сентября 1957 года в Новосибирский порт прибыли два необычных в то время для Оби теплохода типа «ОМ» — «озеро — море». Они предназначались для плавания по Обскому морю, то есть Новосибирскому водохранилищу. Теплоходы прошли большой путь через Мариинскую водную систему, Беломоро-Балтийский канал, а также Белое, Баренцево и Карское моря. 22 августа 1957 года в Салехарде их передали нашим речникам. Потом они прибыли в порт и стали курсировать от Новосибирска до Камня-на-Оби. ОМ-323 до сих пор ходит по Оби и водохранилищу, музей Новосибирска проводит на нём экскурсии со шлюзованием.

7 сентября 1968 года на улице Вертковской сдали в эксплуатацию Дом радио, оборудованный современной техникой. 105 000 радиоточек в квартирах горожан перевели на трёхпрограммное вещание.

7 сентября 2012 года на площадке у Дома офицеров состоялось открытие бюста полководца фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова. Открытие приурочили к 200-летию победы России в Отечественной войне 1812 года.

8 сентября 1929 года вышел в свет первый том Сибирской советской энциклопедии.

12 сентября 1924 года Сибирский революционный комитет — Сибревком — провёл реформу административного деления Ново-Николаевской губернии. Её целью было укрупнение волостей. До этого в губернии было 189 мелких волостей, и вот вместо них было создано 44 укрупнённых волости, вскоре их назвали районами. Так, 12 сентября 1924 года можно считать днём рождения 24 районов будущей Новосибирской области, поскольку её тогда как самостоятельной территориальной единицы ещё не существовало.

1280x1024_774.jpg
Здание Сибревкома. Фото: bsk.nios.ru

12 сентября 1987 года новосибирская группа «Калинов мост» выступила на Подольском фестивале, который окрестили «советским Вудстоком». После коллектив, до этого известный только в родном Новосибирске, обрёл всесоюзную популярность и славу.

Однажды в Новосибирске. Шаровые выборы

12 сентября 1904 года впервые в истории Ново-Николаевска жители города собрались, чтобы выбрать городских уполномоченных на 1904-1909 годы.

Выборы эти стали возможны благодаря тому, что 21 января 1904 года томский губернатор получил уведомление Министерства внутренних дел от 7 января о том, что «...Государь Император в 28 день декабря минувшего года [...] высочайше повелеть соизволил: поселение Ново-Николаевск [...] Томских уезда и губернии возвести на степень безуездного города того же наименования [...]».

Министерство внутренних дел распорядилось «ввести в населённом пункте Общественное управление по городовому положению 1892 года в упрощённом виде». Создание этого управления проходило в несколько этапов. Этими этапами были создание оценочной комиссии, которая определит число избирателей по имущественному цензу, — 100 рублей.

Затем должны были пройти выборы в Совет городских уполномоченных. И уже потом — из их числа — городского старосты и его двух помощников.

До предстоящих первых городских выборов допустили 25% домохозяев города. В голосовании приняли участие около 160 человек. Выборы состоялись в воскресенье, 12 сентября 1904 года.

Голосование было закрытым и проводилось «баллотировочными шарами» по составленному «Выборному листу», в котором числились 46 кандидатов в состав Совета уполномоченных. По соотношению количества набранных кандидатами шаров «за» и «против» определились 15 уполномоченных, а также семь кандидатов в собрание для его пополнения в случае выхода кого-либо.

Лучший результат по выборам был у Льва Ивановича Лапшина, его единогласно избрали председателем Совета на сходе уполномоченных 8 ноября. 18 ноября губернатор утвердил Лапшина в должности.

А 21 ноября 1904 года Лапшин собрал городских уполномоченных на выборы городского старосты. Единогласно на эту должность был избран барнаульский купец Иван Тимофеевич Суриков, самый богатый человек города, владелец доходных домов, мыловаренного завода, складов и магазинов.

В помощники Сурикову определили известных предпринимателей — колыванского мещанина Ивана Андреевича Карелина и личного Почётного гражданина Александра Михайловича Луканина. 24 ноября всех троих губернатор утвердил в должностях.

Было — не было. Невероятные приключения иностранцев в Ново-Николаевске, часть вторая: город в военной форме

На связи со студией «Городской волны» по телефону — член Международного общества историков Первой мировой войны и Ново-Николаевского военно-исторического клуба Игорь Ладыгин.

Евгений Ларин: Неделю назад в этой студии мы говорили о том, что хорошего для нашего города сделали иностранцы, представители разных народов, как подданные других государств, так и Российской империи, об их позитивном созидательном вкладе в развитие Ново-Николаевска в ранний период его жизни. Я обещал, что к теме иностранного влияния мы ещё вернёмся, сегодня мы так и сделаем. Но сегодня нас ждёт совсем другая история. Её страницы довольно мрачны и перепачканы кровью.

Сегодня у меня на связи по телефону член Международного общества историков Первой мировой войны и Ново-Николаевского военно-исторического клуба Игорь Ладыгин.

Об иностранцах, которые побывали в нашем городе во времена лихие и неспокойные, речь пойдёт сегодня в нашей главной рубрике.

В истории Ново-Николаевска — Новосибирска были периоды, когда едва ли не полгорода (во всяком случае, очень много людей) носило военную форму. Если вспомнить фильм «Место встречи изменить нельзя», то там много сцен, в театре, например, где практически все мужчины в военной одежде. Вот так, пожалуй, это и было в нашем городе. И носили форму не только военные, которым так полагается, но и гражданские. Во-первых, время было такое. Во-вторых, как бы модно, как бы практично, да и ничего другого, наверное, не достать было. Трудно, во всяком случае. А ещё были военнопленные, иностранцы. Одевались они, видимо, так же, выбора у них, наверное, не было. Игорь Валерьевич, когда в Ново-Николаевске появились первые военнопленные? Какая война привела их в наш город, ведь Россия в начале прошлого века воевала часто и много?

Игорь Ладыгин: Первая война, в которой приняли участие жители современной Новосибирской области, когда уже возник город Ново-Николаевск, это был Китайский поход, то есть подавление Боксёрского (Ихэтуаньского) восстания. Следующая война — Русско-японская. О пленных японцах я никогда не слышал.

Евгений Ларин: Логично предположить, что они были.

Игорь Ладыгин: Во-первых, японцев не много взяли в плен. Во-вторых, их всех разместили на Дальнем Востоке. Привозить их в Ново-Николаевск, где не было свободных помещений даже для войск, никакой необходимости не было. Достоверно известно лишь о первых военнопленных, которые появились в Ново-Николаевске в 1914 году, после начала Первой мировой войны, когда начались боевые действия. В Первую мировую войну Российская империя воевала с Германией, Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией. Это были наши основные противники. По довоенным планам Антанты, главной задачей России было разгромить австро-венгерские войска. Соответственно, основная масса военнопленных, которые оказались в России — это граждане Австро-Венгрии.

NET_1629.JPG
Игорь Ладыгин. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Евгений Ларин: А Австро-Венгрия — это Австрия, Венгрия, Чехословакия. Какие ещё государства в неё входили?

Игорь Ладыгин: После Первой мировой войны из Австро-Венгрии возникло несколько государств. Австро-Венгерская империя называлась лоскутной. Она включала в свой состав много различных территорий, там проживало много национальностей. 48% составляли немцы и венгры, а 52% приходилось на чехов, словаков, словенцев, русинов, поляков, итальянцев, румын и другие национальности. Всего в России, по данным эвакуации военнопленных в 1920-22 годах, оказалось 2 млн 327 тысяч человек. Из них, по разным оценкам, от 1,8 до 2,1 миллиона человек были военнопленными из Австро-Венгрии. Примерно 150-180 тысяч человек были солдатами и офицерами германской армии, примерно 50 тысяч турок и болгар.

Евгений Ларин: А к нам, в основном, кто попадал?

Игорь Ладыгин: В Западную и Восточную Сибирь, в соответствии с решением царского правительства (в первую очередь — подальше от линии фронта), направляли мадьяр и немцев — германских и австрийских. И по остаточному принципу к нам в Сибирь было отправлено ещё достаточно много австро-венгерских военнопленных. В Ново-Николаевске больше всего оказалось представителей этой империи, в основном, конечно, славян. 

Всего на начало 1917 года в Омском военном округе, в который входил Ново-Николаевск, было порядка 200 тысяч военнопленных. 


В ходе войны их численность менялась. В Ново-Николаевске на пике численности размещалось 12 тысяч военнопленных. Больше было только в Омске — 14 тысяч. Во всех остальных городах, даже которые были крупнее Ново-Николаевска, пленных размещалось гораздо меньше.

Евгений Ларин: Зачем их вообще нужно было сюда везти? У нас была такая острая нехватка рабочей силы? Или их просто нужно было где-то разместить?

Игорь Ладыгин: Вы как раз перечислили две основные причины. Первой причиной было, безусловно, то, что чем больше военнослужащих в ходе войны будет уничтожено или взято в плен, тем лучше. Эти пленные не должны снова вернуться в состав своих вооружённых сил. Их нужно эвакуировать как можно дальше от фронта. Во-вторых, несмотря на то что Российская империя призвала в армию гораздо меньше трудоспособных мужчин, чем другие воюющие армии, у нас был большой дефицит рабочей силы. Очень много в процентном соотношении было призвано именно из Сибири, а у нас и так плотность населения была очень низкой. Нужно было восполнять выбывшие рабочие руки. Но эта практика началась в 1915 году. До этого военнопленных просто увозили подальше от линии фронта и там размещали.

Евгений Ларин: 12 тысяч военнопленных — это, конечно, не армия...

Игорь Ладыгин: Полноценная дивизия.

Евгений Ларин: Где их размещали? У нас, наверное, не так много было места, пригодного для какого-то сносного жилья?

Игорь Ладыгин: Ситуация с размещением беженцев и военнопленных в Ново-Николаевске была катастрофической. У нас не хватало жилья. Так было и в Первую, и во Вторую мировую войну. Всего в городе было построено три лагеря для военнопленных, из них один очень крупный. Потом военнопленные размещались также по частным квартирам. Небольшие рабочие команды размещались в разных местах, в зависимости от того, где они были востребованы. В соответствии с Гаагской конвенцией о военнопленных, которая была подписана в 1907 году и инициатором которой была Российская империя, пленных можно было привлекать к работам за плату.

Извещение об эшелонах чехословаков. Фото документа предоставил Игорь Ладыгин

Евгений Ларин: То есть они ещё и денежки за это получали?

Игорь Ладыгин: Конечно. Во-первых, в соответствии с Гаагской конвенцией военнопленные солдаты обеспечивались нормами питания, такими же, как для нашей российской армии. За работу им ещё и платили. Мы должны были их содержать. Первый лагерь военнопленных, построенный в 1914 году, представлял собой деревянные бараки. Точное его местоположение я назвать затрудняюсь. Затем построили ещё один небольшой лагерь в районе мясокомбината. В мае в 1915 года Городская дума постановила выделить военному ведомству участок земли под концентрационный лагерь. Там сейчас расположен жилой комплекс «Оазис» и торговый центр «Аура». Там был построен основной, самый крупный, концентрационный лагерь.

Евгений Ларин: Всё-таки это были концлагеря?

Игорь Ладыгин: Конечно.

Евгений Ларин: Но, наверное, не в том понимании, к которому мы привыкли, — фашистские концлагеря? Наверное, наши были более пригодными для жизни и гуманными?

Игорь Ладыгин: Да, безусловно. Концентрационный лагерь — это место концентрации, а не место уничтожения. В отличие от наших военнопленных, которые во Вторую мировую войну оказались в Германии, в Первую мировую, у нас в России военнопленные целенаправленно не уничтожались, не преследовались, не унижались. Но это всё компенсировалось нашим традиционным менталитетом, отношением к своим должностным обязанностям спустя рукава. Ну и ни одна страна мира, в том числе и Россия, не была готова к приёму такого огромного количества военнопленных. 

Я читал отчёт шведского Красного Креста, который посещал лагерь в Ново-Николаевске. Там говорится о том, что, поскольку бараки были деревянные, то зимой их нужно было отапливать несколько раз. А нашим истопникам вставать ночью несколько раз, чтобы затопить печь — неохота.


В результате военнопленные мёрзли, вода для питья у них была ледяная — лёд был, попить было нельзя. Потом к нам в Ново-Николаевск с турецкого фронта привезли пленных турок и курдов. Везли их в открытых вагонах, они приехали больные, привезли тиф, холеру и другие болезни. Заболели порядка 1800 военнопленных, из них половина умерли. Кроме того, в отчёте Красного Креста говорится, что в Ново-Николаевске из числа военнопленных германской армии умерло 25%. То есть мы не специально их морили, но такие тяжёлые были условия размещения. При этом смертность в лагерях военнопленных в Германии составляла для англичан и французов 1-2%. И поскольку к российским военнопленным они относились гораздо хуже, у них смертность была в два раза выше — 2-4%.

Евгений Ларин: Есть мнение, что болезни у нас распространили именно военнопленные, и у нас началась эпидемия уже тогда. Это так?

Игорь Ладыгин: В Ново-Николаевске и до этого вспышки болезней были в виду сложности с санитарным устройством города. Здесь несколько факторов. Какие-то болезни, такие, как тиф, привезли военнопленные с кавказского фронта. Некоторые инфекции и так присутствовали в городе. Стеснённость, антисанитария и переполненность помещений людьми, не только военнопленными, но и беженцами — военными, гражданскими, которых тоже «уплотняли», вызвали эпидемии.

Поскольку рабочих рук не хватало, на работу пытались привлечь граждан России из Средней Азии. Они подняли восстание, работать отказались. Тогда к работе стали активно привлекать китайцев — их очень много приехало, и военнопленных. Это позволило разгрузить лагеря. Как отмечал командующий Сибирским военным округом, город Ново-Николаевск переобременён войсками и военнопленными. Военнопленных стали активно привлекать к работе на железных дорогах. От Ново-Николаевска до Челябинска на железной дороге работало порядка семи тысяч военнопленных. Много пленных работало в сельском хозяйстве на территории современной Новосибирской области, а также в частных фирмах в самом городе. После предписаний Красного Креста многим пленным офицерам разрешили поселиться в городе на квартирах за свой счёт. Мне известны случаи, когда военнопленные работали бухгалтерами, музыкантами.

Евгений Ларин: Им доставались даже такие мирные профессии?

Игорь Ладыгин: У нас была нехватка рабочих сил и культурных образованных людей. Всё-таки многие европейцы были культурными и образованными, и они оказались здесь востребованными. И это тоже позволило разгрузить лагеря военнопленных. Доходило до того, что пленные, как отмечал командующий Сибирским военным округом, передвигались даже по железной дороге без охраны.

Евгений Ларин: То есть они могли свободно разгуливать по городу? Если даже жили на частных квартирах. Чувствовали себя — некоторые, по крайней мере — довольно свободно?

Игорь Ладыгин: Да. Те, кого расконвоировали. В первую очередь, это относилось к военнопленным из числа славянских национальностей.

Евгений Ларин: А что именно они делали на железной дороге?

Игорь Ладыгин: Ремонт и строительство путей, уборка, различные разгрузочно-погрузочные работы — достаточно тяжёлый физический труд. Но отношение к военнопленным в России всё равно было гуманным. Для примера: на кавказском фронте необходимо было выполнять очень тяжёлые грязные строительные работы. К ним пытались привлечь военнопленных турок. Турки отказались. Если подобный отказ последовал бы от наших солдат в Германии или в Австро-Венгрии — расстреляли бы каждого десятого. Наше командование ничего не сделало с турками. Вместо этого взяли солдат немецкой национальности, граждан Российской империи, разоружили их и направили на эти тяжёлые работы вместо военнопленных. Это один штрих.

2.jpg
Предположительно, пулеметная команда Интернационального батальона им. Карла Маркса. г. Ново-Николаевск, 1918 г. Фото предоставил Игорь Ладыгин

Евгений Ларин: Жители Ново-Николаевска впервые столкнулись с большим количеством иноземцев, которые не где-то компактно проживают, а свободно передвигаются по городу. Как с ними складывались отношения? Всё было нормально, либо всё-таки были острые углы, которые приходилось сглаживать?

Игорь Ладыгин: Факты о каких-либо конфликтах мне не известны. Конфликты начались позже. Отношение было нормальным. Сибирь не познала жестокости и тяжести войны. 

Наши сограждане толерантны, они нормально относятся к людям других национальностей. Это свойство нашего менталитета. Какого-то озлобления не было. 


В связи с этим 17 марта 1915 года был подписан приказ об отпуске военнопленных для работы в частных промышленных предприятиях. С 1915 года многих пленных на своих квартирах приютили обыватели — сдавали им комнаты, их брали на работу.

Евгений Ларин: Ну и многие, наверное, потом остались, прижились, не стали возвращаться на родину?

Игорь Ладыгин: Да, многие остались. Я знаком с потомками таких военнопленных. Я общался с австрийским профессором из Граца, который занимается этой проблемой. У нас осталось много потомков военнопленных. Многие из них уехали в начале 1930-х годов после восстановления дипломатических отношений с такими странами, как Чехословакия, Югославия и так далее. Кто остался позже, во второй половине 1930-х были, в основном, расстреляны как иностранные шпионы. Но их потомки остались и живут в нашем городе, в том числе.

Евгений Ларин: Теперь — к тому, когда начались конфликты. В конце 1917 года, а фактически только в начале 1918-го, власть в городе перешла к большевикам. Но не прошло и полгода, как эту молодую, ещё неокрепшую советскую власть в городе свергли. Антибольшевистский переворот, который произошёл в мае 1918 года, обычно называют чехословацким или белочешским. Тем, кто не знаком с этой темой, может показаться странным, откуда в Ново-Николаевске взялись чехи, да ещё и в количестве, достаточном для того, чтобы совершить переворот. Давайте вкратце напомним эту историю.

Игорь Ладыгин: В Первую мировую войну все страны в борьбе с противником начали использовать национальный фактор. В Австрии и в Германии пытались формировать части из поляков, что было успешно сделано. В России в 1915 году была сформирована Киевская добровольческая чешская дружина, затем — Сербский добровольческий корпус, где служили как граждане России из числа чехов и других славянских национальностей, так и добровольцы из числа военнопленных. К лету 1917 году чешская дружина выросла в корпус в составе двух дивизий, 30 тысяч человек. Они находились на Украине, на юго-западном фронте.

NET_1647.JPG
Евгений Ларин. Фото: Петров Иван, nsknews.info

После выхода России из войны чехословацкий корпус взяла под своё покровительство Франция. Он вошёл в состав французской армии. По договорённости между советским и французским правительством и командованием Антанты, корпус должен был отбыть на западный фронт. Поскольку после выхода России из войны Германия снова перешла в наступление, фронт Антанты начал трещать. А 30 тысяч хорошо мотивированных вооружённых чешских бойцов на западном фронте бы очень пригодились. Изначально договорённость была о том, чтобы корпус отбыл в Архангельск и Мурманск, а дальше морем. Но советскому правительству нужны были вооружённые силы. Чтобы эти вооружённые силы создать, обратили внимание на чехословаков. Начали их склонять и предлагать перейти на службу Красной армии. 

Чтобы выиграть время и привлечь их на свою сторону, их отправили через Дальний Восток. Всячески препятствовали их продвижению во Владивосток, засылали агитаторов, чтобы за это время попытаться Чешский национальный совет либо отдельных чинов корпуса мотивировать вступить в Красную гвардию. Таким образом, чехи, словаки, а также представители других балканских национальностей, которые служили в корпусе, оказались в Ново-Николаевске.

Евгений Ларин: Но большевики их, как я понимаю, не склонили, потому что их склонили другие люди. Привезли их в Сибирь, а тут в игру вступают местные политические силы. Какова истинная роль чехословаков в майском перевороте в Ново-Николаевске?

Игорь Ладыгин: Сначала чехословацкий корпус не хотел выступать ни на стороне контрреволюции, ни на стороне красных. Они хотели ехать в Европу и сражаться за свою свободу. Кроме того, даже глава Чешского национального совета Масарик обратился в апреле 1918 года к странам Антанты с предложением признать правительство большевиков. 

Корнилов пытался прилечь чешский корпус на свою сторону — не получилось. Троцкий тоже пытался — не получилось. 


Но несколько тысяч чехов всё же перешли в Красную гвардию. Командование Антанты также пыталось втянуть чехов в антибольшевистское выступление на востоке России. Но и у них не получилось. Чехи хотели ехать в Европу.

Но в связи с тем, что после подписания мирного договора с Германией, создалась реальная угроза того, что чехи по требованию германской стороны могут снова оказаться в лагерях военнопленных, если они не вступят в Красную гвардию, то на заседании в Челябинске чехи решили выступить. В Ново-Николаевске чешскими подразделениями командовал капитан Радола Гайда. Белое подполье Ново-Николаевска несколько раз выходило на Гайду с предложением выступить, захватить власть, но чехи отказывались. Именно после того, как уже сами чехи решили выступить, они поставили белое подполье перед фактом. И в ночь с 25 на 26 мая вместе с контрреволюционным подпольем в Ново-Николаевске и Мариинске чехи выступили и захватили власть.

Евгений Ларин: Им реально нужна была политическая власть? Или они просто хотели, чтобы от них отстали?

Игорь Ладыгин: Политическая власть им была не нужна. Они не хотели воевать с русскими — ни с белыми, ни с красными. Они хотели уехать. А дальше уже они стали заложниками политической игры.

Евгений Ларин: Как у них складывались отношения с нашей местной властью? Здесь появился «филиал» Сибирского правительства с одной стороны. С другой стороны — чехи. Что между ними происходило?

Игорь Ладыгин: Безусловно, Временное Сибирское правительство, а до этого — Сибирский комиссариат, действовали в союзе с чешскими войсками. И до осени 1918 года чехи, выполняя решение Антанты, сражались на стороне сибирской контрреволюции с целью захватить Транссиб и прилегающие к нему районы.

Евгений Ларин: Всё-таки каков был национальный состав чехословацкого корпуса? Чехи, словаки, вероятно, поляки?

Игорь Ладыгин: Польское подразделения изначально формировалось при чехословацком корпусе. Основной ударной силой корпуса были чехи. Также там были словаки, словенцы. После переворота в Ново-Николаевске чехи стали срочно изыскивать военнопленных, которые работали в частных компаниях и возвращать их в лагеря. Мы, обыватели, ошибочно воспринимаем Гражданскую войну как борьбу левой российской группировки — левых эсеров и большевиков — и правой российской группировки — правых эсеров, кадетов, монархистов. Но профессиональные историки знают, что на самом деле и левые и правые, как в 1613 году, стремились заручиться поддержкой иностранных воинских контингентов. И обе стороны не спешили участвовать в войне.

3.jpg
Польские части в Новониколаевске, 1919 г. Фото предоставил Игорь Ладыгин

Большевиков население вообще не поддерживало, в основном, поддерживали правых эсеров. Но даже за правых эсеров воевать не хотели. Основной вооружённой силой большевиков в Сибири были интернационалисты. Красная армия в 1918 году составляла 84 тысячи бойцов, а интернационалистов в Красной армии было 250-300 тысяч человек. А в единственной вооружённой силе контрреволюции — в добровольческой армии,— было всего лишь три с половиной тысячи человек.

В Ново-Николаевске основной движущей силой была не только Красная гвардия, но и отряды интернационалистов. Был отряд имени Карла Маркса, который, в основном состоял из венгров. А венгры с чехами друг друга, мягко говоря, не любили. Поэтому чехи срочно отлавливали этих венгров и сажали в лагеря военнопленных, а в самих лагерях они начали мобилизовывать южных славян на службу в корпус под страхом смерти. Соответственно, корпус быстро вырос в численности в два раза. Но о его качестве как раз говорит тот факт, что туда люди мобилизовывались. 

Если к весне 1918 года, за четыре года войны они не вступили добровольцами в русскую армию, значит, они не разделяли идеи так называемого панславянизма и не хотели воевать за Россию. 


Они были противниками. Тут их мобилизовали, дали им в руки оружие, и вот они оказались у нас в Сибири. Серьёзные вооружённые силы. А потом, осенью, начались и политические разногласия. На совещаниях в Уфе, Челябинске Чешский национальный совет и чешское командование стали давить на то, чтобы органы власти в России были более социалистическими.

Евгений Ларин: Что касается французов, мы знаем, что чехословацким корпусом в какой-то момент стал командовать француз, генерал Морис Жанен. Французов у нас было много?

Игорь Ладыгин: Через Ново-Николаевск, который стоит на Транссибе, проехали вообще все национальности, которые участвовали в Гражданской войне. На постоянной основе у нас находились только чехословацкие подразделения, польская дивизия, два подразделения итальянской армии, — они здесь формировались, американский Красный Крест и отделение американского общества христианских молодых людей YMCA. Столицей Западно-Сибирского правительства Ново-Николаевск был всего лишь две недели, в июне 1918 года. В это время у нас находилась американская миссия, которая сразу после чешского выступления прибыла сюда, чтобы выяснить намерения чехов, поскольку те выступили без координации с Антантой. В дальнейшем в нашем городе не было правительственных учреждений и постоянных военных миссий, кроме тех, что я перечислил.

Что касается французов, то в ноябре 1918 года через наш город проследовал французский колониальный батальон примерно из трёх с половиной тысяч человек. Они пробыли здесь где-то в районе двух недель и двинулись под Уфу на фронт. Постоянно они здесь не располагалась. Периодически через наш город проезжали американские миссии, канадские, японские.

Евгений Ларин: Что касается, в большей степени, чехов и поляков. Это ведь именно они вступали во взаимоотношения с мирными местными жителями. Как происходило это взаимодействие? Мне кажется, что это одна из самых печальных страниц Гражданской войны в Сибири. Какими запомнили ново-николаевцы всех этих «интервентов»?

Игорь Ладыгин: Я уже сказал, как формировался чехословацкий корпус после майского переворота. Польская дивизия формировалась точно так же. Часть бойцов дивизии были гражданами Российской империи, а часть — военнопленными, которые были мобилизованы. В Ново-Николаевск подразделения поляков прибыли из Самары и Омска. Здесь шла борьба между Валерианом Чумой, представителем генерала Галлера, который командовал польскими частями в Австро-Венгрии, а затем во Франции, и полковником Казимиром Румшей, который был офицером российской императорской армии. В 1917 году в России тоже формировались польские части. Если к лету 1917-го — осени 1918 года пленные поляки из числа австрийской армии, которые были в лагерях, не вступили в российскую армию, то их отношение к России тоже было понятно. Их мобилизовывали. Поскольку время беседы ограничено, что для понимания того, как складывались отношения, я приведу две цитаты из протокола особого совещания по вопросу взаимоотношений военных и гражданских властей, в том числе иностранных, в пределах Ново-Николаевского узда. Это март или февраль 1919 года.

Рапорт начальника вокзального участка от 2 февраля за номером 712, о чехах: «Несмотря на мою просьбу разъяснить происшествие подробно, майор Чеховской стал меня ругать, говорил, что „ты дурак, и вся милиция сволочи и все вы, русские, свиньи“ — при этом продолжал наводить на меня и на милиционеров свой кольт».

NET_1667.JPG
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Что касается поляков, то в этом же докладе приводятся такие сведения: «Насильственные действия войсковых частей (польских) в городе можно разделить на четыре группы: 1. Самовольное занятие и реквизиция помещений; 2. Применение оружия и насилия над гражданами; 3. Отказ платить деньги за занятые помещения и за купленные товары; 4. Угрозы в адрес уполномоченных властей».

Евгений Ларин: Это всё характерно и показательно для их поведения?

Игорь Ладыгин: Абсолютно. Кроме того, с осени 1918 года чехи перестали участвовать в боях, занимались охраной Транссиба и прилегающих районов. Польские части вообще в боях участия не принимали. Они занимались антипартизанскими акциями. После нескольких первых боёв с организованными партизанскими отрядами они понесли достаточно большие потери и перешли к следующей тактике: выяснили, когда партизаны уйдут из какого-то населённого пункта, заходили туда и начинали бороться с мирным населением. В моём распоряжении есть достаточно суровые приказы чешских комендантов. Железная дорога полностью была под контролем чешских и польских офицеров, войск. За любой проступок для населения предусматривалась смертная казнь.

Эта тема в Советском Союзе долгое время замалчивалось, потому что не хотели ворошить прошлое в отношении стран Варшавского договора. А самой Польше тоже было неудобно выставлять своих сограждан в неприятном виде. 


Только недавно вышла книга одного польского унтер-офицера, который служил в Ново-Николаевске. он её написал давно, но она пролежала лет 30-40 под сукном. Я её читал. Там приводятся довольно подробные факты бессмысленного насилия, негуманного отношения. В частности, в одном из населённых пунктов захватили женщин, раздели их и пороли на спор, какая из женщин первой закричит. И в прессе были публикации о том, как наши «союзники» по Гражданской войне проявляли насилие.

Евгений Ларин: Когда это всё закончилось? С приходом красных в город?

Игорь Ладыгин: Да, в декабре 1919 года. Чехи отбыли заранее, следом — польские части. Поляки, в основном, попали в плен на станции Клюквенная. Да, это закончилось при отступлении белых частей из Ново-Николаевска. Но не нужно забывать, что в развязывании так называемой интервенции, внедрении в Гражданскую войну лиц иностранного подданства отличились и красные. Кстати, если смотреть переписку Ленина с Воровским, то переговоры об интервенции с Англией и Америкой большевики начали вести даже раньше. Ленин предлагал отдать американцам Сахалин и Камчатку, но соратники по партии его не поддержали.

После того, как из Ново-Николаевска ушли белые войска, на территории будущей Новосибирской области находилось ещё порядка двух тысяч интернационалистов, которые в 1920-21 годах занимались продразвёрсткой, то есть...

Евгений Ларин: Грабили?

Игорь Ладыгин: Изымали продукты питания у местного населения, разоружали партизан в интересах новой власти.

Евгений Ларин: О пленных Второй мировой войны (для нас — Великой Отечественной войны) говорить как-то не особенно принято. Нет, мы все, конечно, знаем, что в немецкий плен попадали мирные советские граждане, их эшелонами угоняли в Европу, они попадали в концлагеря, работали в тяжелейших условиях, а потом, как отработанный материал, их уничтожали. Но пленные были и на нашей стороне. Пленные солдаты Вермахта. Они были по всей стране. И они были в Новосибирске, уже по традиции. Сколько их было у нас и кто они, — германская армия тоже была многонациональной?

Игорь Ладыгин: Согласно официально опубликованным данным, первые военнопленные из числа наших противников, военнослужащие германской армии прибыли в наш город в 1944 году, — первый эшелон, две тысячи военнопленных. Во Вторую мировую войну в Новосибирске и области находились военнопленные немцы, чины германской армии не немецкой национальности — поляки, несколько голландцев и французов, румыны, австрийцы, венгры. И японцы — после того, как мы начали воевать с Японией.

Евгений Ларин: За исключением японцев, состав военнопленных сильно не изменился.

Игорь Ладыгин: Да. Отмечу, что в Новосибирске есть памятники умершим военнопленным Первой и Второй мировой войны — японцам, австрийцам, венграм и немцам, но по-прежнему нет памятника российским солдатам Первой мировой.

4.jpg
Зарядка чешских солдат на станции Ново-Николаевск. Фото предоставил Игорь Ладыгин

Всего в Новосибирске было три крупных лагеря военнопленных и много лагерных пунктов с рабочими командами по 20-30 человек. Самый крупный лагерь был на левом берегу, на территории заводов Сибсельмаш и Сибтекстильмаш. Смертность в лагерях военнопленных была достаточно высокой, порядка 20%. В целом по Советскому Союзу — 14%. Но это связано с тем, что многие попали в плен измождёнными, больными. Кроме того, наш город также не был готов к приёму огромного количества беженцев, военнопленных и ссыльных. Но у нас старались к военнопленным относиться гуманно, просто на них не всегда хватало продуктов питания плюс антисанитария по вышеперечисленным причинам.

Военнопленные занимались строительством зданий, сооружений. По официальным данным, немцы на заводе Сибсельмаш сколачивали ящики для снарядов. Но по факту мы немного нарушали Женевскую конвенцию. По имеющимся у меня сведениям, немецкие военнопленные занимались производством оружия на Сибсельмаше. В частности, они были допущены к производству реактивных снарядов для «Катюш» и снарядов для ствольной артиллерии.

Евгений Ларин: Вредительства не было? Эти же снаряды по «своим» бы полетели!

Игорь Ладыгин: Вполне могло быть, но в доступных мне источниках такого отмечено не было. В целом, немцы старались работать дисциплинированно. В предыдущей передаче упоминались польские граждане Российской империи, как иностранцы. Я хотел бы напомнить, что у нас в городе оказались не только военнопленные, но и интернированные гражданские лица из числа граждан стран, с которыми мы воевали — Германии, Италии и так далее.

Также у нас были ссыльные — интернированные граждане Советского Союза, национальность которых совпадала с нашими противниками: немцы, итальянцы, французы, голландцы. У нас они тоже работали на военных объектах, стройках. К военнопленным у нас было очень гуманное отношение, особенно после войны. Их кормили и содержали даже лучше, чем наших заключённых и ссыльнопоселенцев, советских граждан, и порой даже лучше, чем свободных работников новосибирских предприятий.

Военнопленные построили очень много зданий. В частности, здание Института экологии и систематики животных — бывшее здание Западно-Сибирского филиала Академии наук. Много жилых домов, много предприятий. Многие здания обросли легендами, якобы они простроены военнопленными. Но по данным БТИ, они построены позже.



Евгений Ларин: Я встречал свидетельства того, как по городу перемещали пленных. Их видели. Это не было засекречено?

Игорь Ладыгин: Да, они каждый день выходили из лагерей на работу. Они, в частности, заасфальтировали больше 20 тысяч квадратных метров улиц и площадей, уложили несколько тысяч погонных метров труб разных водопроводов, канализации. Пленных использовали везде, где только можно.

Евгений Ларин: А не было на пленных немцев, которые работали в городе открыто, нападок со стороны гражданских? Дескать, сволочи, фашисты?

Игорь Ладыгин: Да, это было. Представляете, какие у нас были потери! Очень много жителей Новосибирска и области погибло, многие семьи получили «похоронки», вернулись инвалиды. Отношение к немцам было, во многом, негативное. Но были и такие случаи, когда местные жалились над этими измождёнными людьми, подкармливали их. Наши, российские и советские люди, незлобные. Серьёзных эксцессов не было. Пытались, особенно дети, подбрасывать гранаты и тому подобное, но это не носило массовый характер. В основном, к ним относились сочувственно.

Первых пленных начали отпускать уже в начале 1946 года, потому в сентябре 1945 года вышло первое постановление — отпустить из наших лагерей, например, военнопленных румын. Их отпустили в течение года. Также в 1945 году стали отпускать инвалидов и больных, которые не могут работать. В сентябре 1945 года поступил приказ освобождать и репатриировать на родину поляков, французов, чехов, словаков, югославов, итальянцев, шведов, норвежцев, голландцев, болгар. Основная масса военнопленных покинула Россию в 1949 году.

До 1956 года держали тех, кто совершил какие-либо воинские преступления либо был осуждён советским судом. Так судили немецких лётчиков. Они не участвовали в зверствах на оккупированной территории, но нанесли экономический ущерб Советскому Союзу в виде сбитых самолётов.

По отчётам труд военнопленных в Новосибирске был рентабельным, они принесли прибыль нашей стране. А в целом использование военнопленных в Советском Союзе обходилось очень дорого, потому что мы уже хотели выглядеть культурно перед лицом новых создающихся государств, стран будущего Варшавского блока. Поскольку труд был убыточен, дешевле было эксплуатировать за зарплату собственных граждан или заключённых, пленных начали быстро отпускать.

Кроме того, по имеющимся воспоминаниям военнопленных немцев, которые сидели в лагерях в Новосибирске, очень активно действовал комитет «Свободная Германия». Он пропагандировал ненависть к нацистскому режиму. Тяжёлые условия войны на немецких военнопленных оказали отрезвляющее воздействие, и у многих немцев в Новосибирске были антинацистские, антигитлеровские настроения. Они старались выстраивать хорошие отношения с нашими согражданами. К сожалению, всего не скажешь. Я подготовил статью о роли иностранцев в судьбе Ново-Николаевска. Там очень много новых, ранее неизвестных фактов. Надеюсь, после публикации в декабре этого года в журнале одного из университетов мы сможем вернуться к этой теме и рассказать ещё более интересные и важные факты. 

Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook — будьте в курсе актуальных новостей Новосибирска.

Что происходит

Режим «чёрного неба» объявлен до 30 ноября в Новосибирске

Коронавирус убил ещё шестерых новосибирцев — младшему было 38 лет

15 новосибирских новобранцев приняли присягу и написали письма мамам

Сильнейшие волейбольные школы Сибири сыграли в Новосибирске без зрителей

Два автобуса сняли с рейса в Новосибирске из-за ковид-диссидентов

Новосибирская область в ноябре вышла на плато по коронавирусу

Если вы пропустили: валенки с Путиным, мама Шилка и золото с ладонь

Мать десятерых детей получила награду от мэра Новосибирска

В Новосибирск поступят минские автобусы вместимостью в 100 человек

Почему остановились трамваи и троллейбусы в центре Новосибирска

Ковидные реабилитационные центры Новосибирска приняли первых пациентов

Показать ещё