Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Вечерний разговор: пандемия, карантин и малый бизнес

Как новосибирские предприниматели пережили первую волну ограничений, связанных с пандемией? Что ожидает бизнес-собщество на второй волне коронавируса? Почему в бизнесе выживает сильнейший? Об этом и многом другом Ивану Конобееву в прямом эфире передачи «Вечерний разговор» на радио «Городская волна» (101.4 FM) 8 октября рассказал председатель совета предпринимателей Первомайского района Новосибирска Дмитрий Соколов.

Иван Конобеев
Иван Конобеев
19:06, 12 Октября 2020

Иван Конобеев: Добрый вечер, в студии Иван Конобеев. Это программа «Вечерний разговор». И у нас в гостях сегодня [8 октября] Дмитрий Соколов — председатель совета предпринимателей Первомайского района. Поговорим мы об экономике города после пандемии и, наверное, во время пандемии — судя по новостям. Дмитрий, здравствуйте.

Дмитрий Соколов: Здравствуйте, уважаемые слушатели, Иван. Спасибо за приглашение.

Иван Конобеев: Давайте начнём с маленького знакомства: несколько слов в качестве представления. Кто этот человек, который называется «председатель совета предпринимателей района»? Как часто приходится общаться с предпринимателями? И по каким поводам?

Дмитрий Соколов: Прежде всего хочу сказать, что я сам являюсь предпринимателем. У меня есть две компании: одна по юридическому содействию бизнесу, вторая — транспортная. О бизнесе я знаю не понаслышке. Всю жизнь живу в Первомайском районе, и мои друзья живут здесь, мы всегда все общались. И пришла такая идея, что нужно объединяться, чем-то обмениваться. Всё активно развивается, а мы общаемся по-старому. Пришли с инициативой о создании нашего совета к главе администрации. Это общественная организация, она не принадлежит никакой структуре.

Иван Конобеев: И сколько человек в неё входит? Сколько бизнесов и какие отрасли?

Дмитрий Соколов: Сейчас мы объединились в чат в WhatsApp, там у нас больше 100 человек. Бизнес разный. Некоторые имеют бизнес не только в нашем районе, а во многих. Это общественный дружеский совет, в него входят не последние люди в экономике района.

o8xrLXrGMO0.jpg
Фото: личный архив Дмитрия Соколова

Иван Конобеев: Дмитрий, можно ли сказать, что у Новосибирска — особенная структура экономики, что у него есть особая концепция по сравнению с другими городами-миллионниками и соседями? Чем-то мы отличаемся или нет?

Дмитрий Соколов: Я закончил НИИЖТ, факультет «Мосты и тоннели» — и уехал работать в Москву. После Москвы наш город, конечно, отличается. Но сейчас у меня есть транспортная компания, где есть междугородние перевозки. Хочу сказать, что Новосибирск выгодно отличается своим местоположением. Да, у нас нет каких-то полезных ископаемых, но наше расположение очень интересное и выгодное.

Нужно развивать именно это направление, а я вижу, что оно сейчас развивается — и хабы строят, логистика в нашем городе очень сильно развивается. Я считаю, что это направление очень правильное у нашего города, так как он находится где-то в середине между западом и востоком. У Новосибирска очень хорошие перспективы в этом направлении.

Иван Конобеев: Каковы основные отрасли Новосибирска, которые создают экономику города?

Дмитрий Соколов: Так как город у нас логистический, постоянно идут передвижения, я знаю, что многие где-то зарабатывают деньги — и покупают квартиры в Новосибирске. У нас очень бурно развивается строительная отрасль. 

Даже по Первомайскому району я вижу большие отличия, каким он был в моей молодости и каким стал сейчас — это два разных района. Жильё становится всё качественнее и красивее.

Иван Конобеев: Новосибирск — это сфера услуг. В 2019 году в сеть общественного питания входило 2209 предприятий.

Дмитрий Соколов: В 2020 году это уже 1800.

Иван Конобеев: Да, об этом мы поговорим позже. Получается, что сфера строительства у нас основная.

Дмитрий Соколов: Всегда сфера строительства и сфера обслуживания были примерно 50 на 50. Сейчас сфера услуг просела. Эта самая просевшая часть экономики не только в Новосибирске, но, я думаю, в целом по России. По многим причинам.

Иван Конобеев: Например?

Дмитрий Соколов: К сфере обслуживания — самые высокие требования Роспотребнадзора. Человек должен сидеть на расстоянии, иметь маску, антисептики, в общем, очень много правил, которые нужно соблюсти, чтобы дойти до результата и до каких-то денег. В строительстве всё намного проще.

Эта отрасль просела ещё и потому, что все ушли на дистанционную работу. Например, кафе, которое обслуживало какое-то предприятие или находилось рядом, куда ходили люди пообедать — а сейчас 30% людей находится дома. И то количество людей, которое могли вместить предприятия общепита до пандемии, сейчас они обеспечить себе не могут.

Иван Конобеев: Вы сказали, что сотрудники сегодня не все находятся на рабочих местах. Это общая картина, так скажем, по городской экономике, что многие перешли на дистанционку, или люди находятся в отпусках?

Дмитрий Соколов: Нет, многие перешли на дистанционку. Скажу даже по Первомайскому району: у нас примерно 40 промышленных предприятий, из них около десяти предприятий железной дороги работают в дистанционном режиме.

Иван Конобеев: Меньше стали перевозить? В чём проблема? Почему сотрудники высвободились?

Дмитрий Соколов: Просто надо соблюдать меры.

Иван Конобеев: То есть это те самые обязательства, которые нужно выполнять организациям?

Дмитрий Соколов: Да. Например, в помещение площадью 12 квадратных метров можно было поместить пятерых — а сейчас только двоих. А аренда-то идёт за 12 «квадратов», поэтому выгодней закрыть какую-то часть или сдать в аренду — и отправить кого-то на дистанционную работу. Человек сидит дома, и за него не надо платить ни коммунальные, ни какие-то ещё услуги.

Иван Конобеев: Получается, что Роспотребнадзор всё-таки работает в этом направлении? Проверки по нагрузке на помещение проводятся? Понятно, что общепит находится у всех на глазах.

Дмитрий Соколов: Я не знаю за весь город, но в нашем районе проводятся. Мы с администрацией плотно общаемся — они выезжают к нашим предпринимателям. Ни один предприниматель никуда не пожаловался, что их этим как-то ущемляют.

vlcsnap-2020-10-12-18h29m50s032.jpg
Фото: nsknews.info

Иван Конобеев: Относятся с пониманием.

Дмитрий Соколов: Да.

Иван Конобеев: Вообще то, что сегодня происходит с экономикой города, региона, страны, можно назвать кризисом? Или это всё-таки временные трудности, и сообщество предпринимателей понимает, что эти неприятные вещи преодолеют через какой-то быстрый промежуток времени?

Дмитрий Соколов: Я не назвал бы это кризисом. Я считаю, что кризис — это когда война уже идёт. И то — наша страна сколько войн прошла и выдержала их! Даже в кризис у нас работали фабрики, заводы. Предприниматель — это такой человек, который, чтобы что-то заработать, 16 раз ошибётся, на 17-й что-то заработает. Поэтому сегодняшняя ситуация — это призыв переформатировать свой бизнес, найти что-то новое. Все раньше думали: работает у меня кафе, зачем что-то менять? 

А сейчас, в наших реалиях, все понимают, что надо искать что-то новое: внедрять доставку, работать навынос. Для предпринимателя это ещё одна ступень для развития. Он готов развиваться, но поддержка от государства, конечно, нужна.

Иван Конобеев: Мы уже почти полгода живём и работаем в таких условиях, в новом экономическом режиме, можно уже какие-то промежуточные итоги подвести. Мы уже сказали, что многим пришлось переформатировать свой бизнес. Те, кто смог измениться, выжили.

Дмитрий Соколов: Всё верно. Я скажу, что наш район жив. Все предприятия в основном оживают. Что касается общепита, то выжили те, кто сумел подстроиться под новые реалии, перейти на доставку.

Иван Конобеев: Наверное, это, получается, такой вызов для бизнеса, чтобы стать лучше. Выживает сильнейший?

Дмитрий Соколов: Кто успел сориентироваться, тот выжил, кто не успел — тот не выжил. Пандемия подтолкнула к тому, что бизнес надо в чём-то улучшать. Кто-то успел, кто понял это, кто стал развивать свои аккаунты в соцсетях. У нашего совета предпринимателей тоже есть аккаунты, мы там проводим разные акции. Например, сейчас запускаем акцию «Бизнес-история», чтобы каждый рассказал о себе. Там мы поймём, кто и как выживал, у кого какой опыт.

Иван Конобеев: А есть среди этих историй успешные — когда люди начали бизнес в пандемию и понимают, как его развивать дальше?

Дмитрий Соколов: Там все истории успешные, если люди что-то выставляют, значит, они живые.

Иван Конобеев: Есть ли какая-то статистика по тем, кто не выжил в этот период?

Дмитрий Соколов: Две третьих у нас всё-таки выжило, у нас не так много предприятий общепита, около 30, из них пять-шесть предприятий не выжило. Те, кто выжил, говорят, что даже стало лучше, потому что люди сейчас настроены на доставку больше, чем прийти куда-то пообедать — потому что пандемия всех напугала. Плюс у нас ещё не снят режим — ни масочный, ни коронавирусный, поэтому сейчас всё на доставке.

Иван Конобеев: Да, с доставкой получилась интересная ситуация. Если раньше это считалось таким способом ужин заменить, то сейчас это уже способ заменять какие-то семейные торжества.

Дмитрий Соколов: Я бы сказал, что раньше цена была бы другая, чем сейчас — на доставку и те продукты, которые доставляют. Сейчас те, кто хочет развиваться, держат, скажем так, стандартную цену.

Иван Конобеев: И мы понимаем, что если одна часть пропадает, то другая выживает. Если основные потери понесла сфера кафе и ресторанов, где люди тратили свои деньги, то эти деньги должны были куда-то перейти. И, судя по всему, они перешли как раз в доставку, которая раньше была непопулярной.

bPAZG7d8wzU.jpg
Фото: личный архив Дмитрия Соколова

Дмитрий Соколов: Люди, которые успели перепрофилироваться на доставку, займут ту аудиторию, которая покинула кафе, не успевшие переформатироваться. Тут есть и плюсы, и минусы, главное — вовремя сориентироваться.

Иван Конобеев: В разных условиях, в разных странах были разные способы поддержать экономику, были и муниципальные методы. Например, в Новосибирске мэрия дала возможность устанавливать общепиту на муниципальной земле летники.

Дмитрий Соколов: Была даже акция от мэрии, что август-сентябрь они разрешали устанавливать перед кафе столики, стулья, летники.

Иван Конобеев: Какие отзывы были?

Дмитрий Соколов: Люди были несказанно рады. Это мягкий выход из ситуации, постепенный. Сначала им разрешили летники, потом разрешили вход, и так постепенно их вернули, скажем так, к жизни. Мэрия города на август-сентябрь сделала ещё и скидки для летников на аренду.

Иван Конобеев: То есть отзыв от предпринимательского сообщества был хороший на эту инициативу. Ею воспользовались?

Дмитрий Соколов: Ею воспользовались все, кто смог, кто выжил, у кого хватило сил.

Иван Конобеев: Есть в городской экономике и другие отрасли, например, общественный транспорт. И в этой части, насколько я понимаю, довольно сложно им помочь. 

Мы знаем хорошо, что происходило с метрополитеном, который перевозит огромное количество пассажиров, ему нельзя было в период пандемии остановиться. Какой-то период поезда пускали с большим промежутком, но тем не менее это электричество, это содержание станции, персонал станции — по сути, расходы не изменились, а пассажиров не было.

Я думаю, что сфера общественного транспорта, которая довольна заметна для города, в том числе и в экономике, сильно пострадала. Если в принципе говорить про государственную поддержку на уровне федерации, как вы отмечаете — помогли эти меры или нет? Насколько я помню, были перенесены сроки оплаты налогов, беспроцентные кредиты на выдачу зарплат сотрудникам. Насколько эти меры использовались предпринимательским сообществом? Помогло это экономике или нет?

Дмитрий Соколов: Многие воспользовались этими мерами. Государство упростило оформление, через кабинет налогоплательщика можно было зайти, оформить документы и на каждого своего сотрудника получить 12-15 тысяч рублей. И на каждого сотрудника дополнительно получить деньги на дезинфицирующие средства — по 6000 примерно. У нас многие предприниматели этим воспользовались, но не все предприятия малого и среднего бизнеса имеют по 100 человек в штате, у кого-то пять-десять человек, соразмерно штату они и получили на сотрудников какие-то деньги. Я разговаривал с ними — они говорят, что процедура была очень простая. Я сам тоже этим воспользовался.

Иван Конобеев: Нужно куда-то идти?

Дмитрий Соколов: Нет, через телефон всё.

Иван Конобеев: То есть механизм был удобен, и им воспользовалось большое количество предприятий.

Дмитрий Соколов: Я не знаю, большое или нет, но многие воспользовались.

Иван Конобеев: А беспроцентные кредиты на зарплату сотрудникам — есть среди ваших знакомых такие, кто использовал эту возможность?

Дмитрий Соколов: По кредитам у нас много предложений от всех организаций, и кто какими кредитами воспользовался, этот момент я не могу отследить. Я знаю, у нас в чате есть и представители микрофонда, микрофинансирования.

Иван Конобеев: Но там-то, наверное, не беспроцентные кредиты.

Дмитрий Соколов: Там минимальный процент и минимальный сбор документов.

Иван Конобеев: Ещё была одна беспрецедентная мера по поддержке населения, но я думаю, что она в целом отразилась на экономике, — это выплаты семьям с детьми. Дважды выплачивалось по 10 000 рублей на ребёнка. И, судя по статистике, которую показывают официальные средства массовой информации, этой мерой воспользовались практически все, кто мог ей воспользоваться.

vlcsnap-2020-10-12-18h30m03s572.jpg
Фото: nsknews.info

Куда потратили эти деньги — есть разные оценки. И процитирую одну из публикаций в СМИ, что после выплат в 10 000 рублей, по мнению аналитиков, выросли продажи телефонов стоимостью около 10 000 рублей. Люди с внезапно появившимися деньгами пошли и потратили их на какие-то не столь нужные вещи, как, например, продукты питания. Вот вопрос — на что были потрачены эти деньги и нужны ли они были экономике.

Дмитрий Соколов: Раз на них что-то было куплено, то они потрачены были не зря. Какие-то организации получили прибыль. От прибыли они заплатили налог, он вернулся в государство, прошёл какой-то оборот денег. 

У меня двое детей, я тоже получил два раза по 10 000, я не купил себе телефон, у меня уже был до этого телефон. Я заплатил за садик, за какие-то кружки.

Иван Конобеев: То есть любое появление живых денег в экономике — это благо. Правильно я понимаю?

Дмитрий Соколов: Любое появление денег — это как цветочек в земле полить, он начнёт расти.

Иван Конобеев: Ещё одно наблюдение, которое, может, не все заметили (я его заметил), — это ассортимент продуктовых магазинов. До пандемии и сегодня на полках я вижу большую разницу. Наверное, процентов 20 из линеек, представленных в продуктовых магазинах, в которых я бываю, исчезли. Вы наблюдаете такую тенденцию?

Дмитрий Соколов: Я не наблюдаю такую тенденцию, что много исчезло продуктов, может, я меньше ем. Я не вижу, чтобы из жизненно необходимых продуктов исчезли какие-то. Среди предпринимателей нашего района (в основном это торговля, у кого есть несколько магазинов, сети магазинов) говорят, что перебоев с поставками нет, есть все продукты, которые ты желаешь, их все можно заказать, нет никакого дефицита. Транспортный бизнес — один из первых, кому в пандемию разрешили работать, и по транспорту можно предположить, что доставка работает в любой город, машины передвигаются, никто их не останавливает. Любой груз можно привезти из Москвы и других регионов.

Иван Конобеев: То есть логистика не остановилась, и загрузка у неё та же самая.

Дмитрий Соколов: Да, логистика вся работает, поэтому нет каких-то предпосылок, чтобы какой-то товар нельзя было привезти. Всё работает, и железная дорога, дороги все открыты.

Иван Конобеев: Одна из теорий, почему могло возникнуть сокращение линеек продуктов в магазинах — это падение покупательской возможности. По статистке Росстата, во втором квартале в России реальные доходы населения упали на 8%. Это рекордное падение с 1999 года. Может, это связано с тем, что в магазины нет смысла привозить разнообразные продукты?

Дмитрий Соколов: Думаю, это логично. Если бизнес имеет какую-то просадку, а у малого бизнеса и микропредприятий, в которых от одного до пяти человек — семья работает и ничего не зарабатывает, конечно, ей тяжело что-то купить. Кто-то из бизнесменов начинает меньше закупать каких-то продуктов. А покупательская способность, конечно, упала в разы. И сходить в заведение общепита — человек ещё подумает.

Иван Конобеев: Мы уже говорили, что у Новосибирска есть отрасли-локомотивы, благодаря которым он развивался и развивается. Приведу данные за 2019 год. Рост оборота розничной торговли в 2019 году на 7% уменьшился по сравнению с 2018 годом. Но стройка выросла относительно 2018 года.

Дмитрий Соколов: Логично.

Иван Конобеев: Почему?

Дмитрий Соколов: Потому что к строителям не применяются такие меры Роспотребнадзора, как мы уже говорили, как к предприятиям общественного питания. Люди напуганы своими доходами, эпидемией, пандемией, им надо куда-то вкладывать деньги. У многих есть какие-то запасы денег. Я считаю, что у нас не очень развита предпринимательская культура. Куда вкладывать деньги? Деньги вкладываются в покупку квартир.

Я разговаривал с представителями агентств недвижимости — в первую волну коронавируса были скуплены почти 90% всех построенных квартир. Поэтому строительный бизнес получил неимоверное вливание денег и сохранил всю свою строительную цепочку. Сохранил плату за землю, оплачивает аренду, вливание денег в бюджет. Мэрия работала дистанционно, через Госуслуги разрешения на строительство стабильно выдавали, пробуксовки у строительного бизнеса не произошло.

vlcsnap-2020-10-12-18h32m23s843.jpg
Иван Конобеев. Фото: nsknews.info

Иван Конобеев: И, насколько я помню, строительный бизнес не вставал, как в Москве. Не запрещали во время пандемии.

Дмитрий Соколов: Его запрещали, но совсем ненадолго. Первые бизнесы, которые открылись, были строительный и логистика.

Иван Конобеев: Соответственно, больше всех пострадал общепит, который долго не открывался.

Дмитрий Соколов: К строителю пришли, купили квартиру, заплатили деньги, а в общепите — ты приготовил обед, а никто не пришёл, не поел его, деньги тебе не дал. И по статистике, я посмотрел, что строительный объём почти не уменьшился, он держится на уровне прошлого и позапрошлого годов. И школы строились, и жильё. Я с риелторами разговаривал, сейчас квартиры только строиться начинают — а их уже покупают. То есть люди, не зная, куда вкладывать деньги, вкладывают в недвижимость — это надёжно. 

Нас не учили с детства инвестировать деньги в какие-то акции. Население считает, что в недвижимость вложить более надёжно деньги, чем в банк.

Иван Конобеев: Наверное, со свободными деньгами людей не очень много, а широкие слои населения не будут покупать квартиры. Сколько у них ещё продлится золотое времечко?

Дмитрий Соколов: У нас же идёт ещё и вторичка. Продал он квартиру, поживёт у мамы, у тёщи — и вложил в новостройку, зная, что цена вырастет. Простой арифметический расчёт. Потом он её перепродаст. Естественно, он не взял три-четыре миллиона из кармана, он что-то продал — и отдал деньги строителям.

По статистике, у нас продаётся 14 000 квартир в год на 60 миллиардов. И 14 000 в этом году уже введено жилья. Они те продали, там купили. Вложили какие-то свои сбережения, строители получили деньги и, может быть, даже больше, чем от продажи вторички.

Иван Конобеев: То есть самая стабильная отрасль сегодня — это строительство.

Дмитрий Соколов: Я считаю, что да.

Иван Конобеев: А дальше можем построить какой-то рейтинг, кто стабильный?

Дмитрий Соколов: Пандемия показала, что из тех бизнесов, которые можно «пощупать», это логистика, строители. Сейчас вырос и общепит, кафе работают. Кто-то закрылся, а кто-то всё равно продолжает двигаться.

Иван Конобеев: Вопрос только в том, какие будут дальше сигналы из Москвы.

Дмитрий Соколов: Да и та масса, которая ходила в одно кафе, всё равно куда-то перетечёт.

Иван Конобеев: А направление, связанное с сайтами?

Дмитрий Соколов: Сейчас такая тенденция, что многие уходят в онлайн-бизнес. Он заменяет сейчас те ниши, которые люди потеряли в своё время. Та же доставка онлайн, те же магазины, которые закрылись, открываются в соцсетях и торгуют товаром. Самая большая статистка по приросту сейчас у Сбербанка, «Яндекса». Они сейчас увеличивают доставку, онлайн-бизнес. Даже те же продажи квартир можно делать через онлайн.

Иван Конобеев: Многие знают, что началась вторая волна коронавируса, во всяком случае, об этом говорят на федеральном уровне. И она привела к тому, что в некоторых субъектах Федерации уже есть ограничения по школам, ведению бизнеса. И это будет отражаться на экономике страны.

Здесь есть два пути, на мой взгляд: первый — максимально сократить социальные контакты, люди старшего поколения сидят дома и не выходят, работающие не выходят на рабочие места, дети не ходят в школы и так далее. При этом мы должны понимать, что экономика валится. Если люди не работают, продукт не производится, не продаётся, налоги не платятся. У нас есть важный маркер, что в Новосибирске 800 миллионов на июнь недоплаченных налогов, и к концу года 2,5 миллиарда планируется, что недополучит бюджет.

Дмитрий Соколов: Я был на встрече с мэром и представителями бизнеса «без галстуков» — задал вопрос о том, когда в Первомайском районе появится бизнес-инкубатор, на что получил ответ, что у нас недополучено около миллиарда.

iKhiC3tZE24.jpg
Фото: личный архив Дмитрия Соколова

Иван Конобеев: Да. А другой путь — сохранить экономику, но понимая, что страшная волна при этом накроет медицинские учреждения, будет совершенно коллапсирующая ситуация в местах, где много людей — это образование, какие-то крупные предприятия. И на начало пандемии мы видели, что идём по первому пути, и, на мой взгляд, меры предпринимались чрезмерные, притом что количество заболевших было не таким большим, как даже сейчас. На сегодняшний день похоже, что выбран второй путь. Как вы оцениваете? Это два пути, или всё-таки нужно выбирать какой-то третий путь — и возможен ли он?

Дмитрий Соколов: Я считаю, что не тот и не тот путь. Мы видели оба варианта — ни один из них не работает, не останавливает пандемию. Один путь разрушает экономику, другой — семьи, которые остаются без денег. 

Ущерб от закрытия экономики будет намного сильнее, чем от коронавируса. Сейчас нас уже не так просто будет посадить на самоизоляцию, сейчас все только вздохнули свободнее. 

Возвращение к жёстким мерам может привести к ещё более серьёзным, трагическим последствиям.

Иван Конобеев: Летом у нас не работали предприятия общепита. Сейчас возможно вернуться к этим мерам.

Дмитрий Соколов: Меры, принятые летом, кардинально отличаются от мер, принятых зимой. У нас холодный город, летники не откроешь. Если зимой закрыть кафе, то оно уже не выйдет. Это коммунальные расходы, отопление, вода, аренда. Что будет делать человек зимой, если к нему вообще никто не идёт? Если сейчас не вернулось 25% общепита, то при принятии таких мер не вернётся ещё 25%.

Звонок: Здравствуйте, меня зовут Валентина Михайловна. Я бы хотела попросить, чтобы все люди, которые носят маски, носили их правильно, не относились формально к этому. Маска должна закрывать и нос, и рот, это очень важный фактор, иначе смысл маски теряется. И соблюдать дистанцию, ведь в магазине можно растянуть очередь подлиннее, не прижиматься друг к другу, иначе мы никогда не выйдем из этого коронавируса.

Иван Конобеев: Валентина Михайловна, скажите, пожалуйста, вот 10 000 рублей, которые на детей выделяло государство — ваша семья получала эти деньги? И если да, то как потратили? Насколько нужна была эта поддержка?

Валентина Михайловна: Эта поддержка была нужна, это было так удачно. Подготовка к школе, мальчик пошёл в третий класс, купили для него необходимые вещи. Сейчас ребёнка в школу собрать дорого, всё потратили на сборы в школу. Так что всем говорили спасибо.

Иван Конобеев: Большое спасибо за ваше мнение. Подтверждается точка зрения, на что пошли эти деньги.

Дмитрий Соколов: Да, что эти деньги хотя бы маленько поддержали тех, кто идёт в школу, садик.

Иван Конобеев: И, завершая, такой вопрос: насколько уверенно может чувствовать себя бизнес в сегодняшней ситуации, когда нет понимания, что будет дальше? Насколько он сможет приспособиться? Вы говорили о том, что любой бизнес выживает тогда, когда способен меняться. Сегодняшние обстоятельства заставляют меняться, мы это поняли. Но насколько бизнес готов меняться дальше, ещё больше, чтобы выжить? Вот завтра, например, объявят, что возвращаемся к апрельскому режиму. Что будет?

Дмитрий Соколов: Тут размышлять сильно даже не надо. В бизнесе, как в любом спортивном поединке, сегодня выживет сильнейший — тот, кто окажется наиболее гибок, наиболее коммуникабелен, готов к переменам.

Иван Конобеев: На этой оптимистической ноте будем завершать. Спасибо, что пришли.

Дмитрий Соколов: Спасибо, что пригласили.

Видео: nsknews.info

Что происходит

Ущипните меня немедленно: как привести себя в форму к Новому году

В каких маршрутках Новосибирска можно заплатить банковской картой

Сквер с видом на реку Иня в Первомайке преобразился к зиме

Жарко — холодно: народную карту отопления создали в СГК

314 школьников и 121 педагог заболели COVID-19 в Новосибирской области

Организатор конкурса красоты для глухих: «У нас восхитительные участницы»

Коронавирусные обсерваторы снова открывают в Новосибирске

Новосибирские заводы и фабрики показали свои производства на расстоянии

Тихие леди: в Новосибирске проходит необычный конкурс красоты

170 тонн грязи вывезли с новосибирских дорог за сутки

169 больных: Новосибирская область бьёт рекорды по коронавирусу

Показать ещё