Городская волна
Настрой город для себя

Милый город

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Милый город

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Однажды в Новосибирске: великий реформатор, заноза и масло вместо золота

8 сентября на радио «Городская волна» (101.4 FM) прозвучал юбилейный выпуск «Вечернего разговора об истории Новосибирска» — впервые передача вышла в эфир пять лет назад, 9 сентября 2018 года. На этот раз в студии побывал доктор исторических наук Михаил Шиловский. «Новосибирские новости» публикуют полную расшифровку программы.

Евгений Ларин
Евгений Ларин
10:00, 13 сентября 2023

Взгляд назад. Исторический календарь 

4 сентября 1941 года в Новосибирск эвакуировали Ленинградскую филармонию. 

4 сентября 1998 года в Новосибирске открылась Соборная мечеть, её основал имам-хатыб Шакирзянов. Эта мечеть — комплекс из трёх минаретов, в который также входит мусульманское духовное училище — медресе. 

5 сентября 1926 года выпуском последних известий в Новосибирске официально открылась первая в Сибирском крае широковещательная радиостанция. Передача началась в 8:00. Радиостанция находилась в Доме Ленина, а передатчик и вышка были в Закаменке, на улице Добролюбова, которая тогда называлась Казанской.

8C5A5842.JPG
Дом Ленина. Фото: nsknews.info

В газете по поводу запуска радиостанции писали: «Сегодня сокращаются тысячевёрстные расстояния Сибири. С этого дня Сибирь стала меньше. Приблизились к своему центру медвежьи уголки. Агроном начинает говорить с крестьянином, врач — с больным, профессор — с неграмотным. Сегодня начинает существовать в Сибири газета без бумаги и расстояний». 

5 сентября 1922 года в Ново-Николаевске создали сибирский фотокомбинат «Сибфотокино», его заведующим стал писатель, краевед, геолог и исследователь Сибири Максимилиан Кравков. 

6 сентября 1922 года губернский исполком издал приказ о введении «самоохраны» кварталов города самими жителями. Это сделали из-за того, что в Ново-Николаевске участились случаи вооружённых ограблений, краж и убийств. К ночному патрулированию привлекали мужчин от 18 до 50 лет. 

6 сентября 1941 года бюро новосибирского обкома ВКП(б) и облисполком выпустили совместное постановление, по которому в 45 районах новосибирской области предусматривалось расселить 100 тысяч немцев, депортированных из республики немцев Поволжья. 

7 сентября 1957 года в Новосибирский порт прибыли два необычных в то время для Оби теплохода типа ОМ — «озеро-море». Они предназначались для плавания по Обскому морю, то есть Новосибирскому водохранилищу. Теплоходы прошли большой путь через Мариинскую водную систему, Беломоро-Балтийский канал, а также Белое, Баренцево и Карское моря. 22 августа 1957 года в Салехарде их передали нашим речникам. Потом они прибыли в порт и стали курсировать от Новосибирска до Камня-на-Оби. ОМ-323 до сих пор ходит по Оби и водохранилищу, музей Новосибирска проводит на нём экскурсии со шлюзованием. 

7 сентября 1968 года на улице Вертковской сдали в эксплуатацию Дом радио, оборудованный современной техникой. 105 тысяч радиоточек в квартирах горожан перевели на трехпрограммное вещание. 

7 сентября 2012 года на площадке у Дома офицеров открыли бюста полководца фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова. Открытие приурочили к 200-летию победы России в Отечественной войне 1812 года.    

IMG_6302(17).jpg
Фото: nsknews.info

8 сентября 1929 года вышел в свет первый том Сибирской советской энциклопедии.

10 сентября 1930 года в городе открыли Западно-Сибирский коммунистический университет. Обучение велось на трёх отделениях: партийное строительство, советское строительство и пропаганда.

 

Однажды в Новосибирске. Легенда ночного города 

5 сентября 1967 года в Новосибирске на улице Богдана Хмельницкого открылся ставший потом легендарным клуб «Отдых». 

Задумывали и строили его как «Дворец вальсов», но пресса тех лет активно критиковала стройку. Газеты называли его «домом танцулек», и писали о том, что неуместно строить его тогда, когда трудящимся не хватает жилья. Стройку даже на время приостановили, а потом продолжили, но уже как строительство «межшкольного учебного комбината». Позже объект всё же удалось вернуть в культурно-развлекательную сферу. 

Это было волевое решение директора завода химконцентратов, НЗХК, Власова, который просто сказал, что его району, его заводу необходимо такое культурное учреждение. Стройку обнесли забором, говорить о ней перестали, а здание достроили и открыли, — уже как культурное учреждение. 

Со временем клуб стал, как это принято называть, культовым местом. Не одно поколение новосибирских студентов ходило туда на танцы и вечера юмора. Комсомольцы отдыхали культурно — никакого алкоголя, а двери учреждения закрывались в 22:30.    

IMG_2323.JPG
Клуб «Отдых». Фото: nsknews.info

Позже там были и концерты звёзд мировой величины и свадьбы новосибирских миллиардеров с Галкиным и Басковым на подтанцовке, и корпоративы чиновников, и официальные мероприятия городского уровня. А также банкеты и, конечно, выпускные вечера. 

А осенью 2016 года старейший ночной клуб города пустили под бульдозер — место расчищали под строительство жилья. Ни протесты, ни многочисленные пикеты в защиту «Отдыха» не помогли спасти городскую легенду от сноса. Культовый клуб канул в Лету.

 

Было — не было. Великое переселение народа 

Гость в студии «Городской волны» — доктор исторических наук, профессор НГУ, заведующий сектором Института истории Сибирского отделения Российской академии наук Михаил Шиловский. 

Евгений Ларин: «Богатая всем, кроме людей, Сибирь только в приливе сюда живой русской рабочей силы может найти полноту хозяйственной и культурной жизни», — вот так писал председатель Совета министров Пётр Аркадьевич Столыпин в 1911 году в отчёте о поездке по Сибири и Поволжью, которую он предпринял годом ранее.

Летом и осенью 1910 года премьер-министр совершил поездку по нескольким сибирским губерниям, — вот именно в эти дни, 113 лет назад, проходило сибирское турне председателя совмина. 31 августа Столыпин прибыл в Ново-Николаевск.

Зачем премьер-министр приезжал в Сибирь, что он хотел здесь увидеть и что показывали председателю совета министров сибирские чиновники, — вот об этом мы сегодня будем говорить в нашей главной рубрике. 

О так называемой столыпинской аграрной реформе мы, конечно, в этой студии уже говорили и не раз. Но, безусловно, всех подробностей и нюансов этой эпопеи мы не раскрыли. А о визите Столыпина в Ново-Николаевск мы лишь упоминали и не более, поэтому, конечно, хочется этот пробел восполнить. Тем более, что реформа Столыпина в истории Сибири в целом и нашего города, в частности, играет одну из ведущих ролей. Многие современные горожане историю своей семьи ведут именно от тех самых столыпинских переселенцев. 

Так что давайте начнём с контекста столыпинской поездки по Сибири и его визита в Ново-Николаевск. В чем заключалась самая суть реформы Столыпина, которая началась с 1906 года, в чём была главная задача реформатора? Она же была не просто в великом переселении народа с запада страны на восток?

KOMP3362_1.JPG
Михаил Шиловский и Евгений Ларин. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Михаил Шиловский: Совершенно верно! Столыпинская аграрная реформа затрагивала две проблемы. Первая проблема была связана с введением частного крестьянского землевладения. Государство, — Российская империя, — после освобождения крестьян европейской России от крепостной зависимости надельную землю передала общинам. То есть крестьяне выступали как пользователи земли. И, по мере того, как они обустраивались, росла интенсивность производства сельскохозяйственной продукции, прежде всего, конечно, хлеба, пшеницы, надо было решать проблему частного крестьянского землевладения с целью развития товарных хозяйств. То есть тех хозяйств, которые и тогда, и сейчас называют фермерскими. 

Второй проблемой была перенаселённость деревни европейской части страны. Полученные крестьянами наделы в 6-8 десятин, — это примерно столько же гектаров, — постоянно уменьшались. Рождались дети, потом они взрослели, и хозяйствам приходилось их наделы делить. В результате наделы становились такими маленькими, что, как говорили крестьяне, им курёнка было некуда погулять выпустить. 

Малоземелье становится одной из важных проблем. Она, начиная с 1902 года, породила серию массовых крестьянских выступлений. Поэтому правительство активизирует процесс переселения, миграции крестьян в регионы, где имелся излишек земли, то есть была низкая плотность населения и земли вообще не возделывались. 

Это была, прежде всего, Сибирь, особенно Западная Сибирь, а также так называемый Степной край, — северо-восточные районы Казахстана. Западная Сибирь, Алтай стали основным регионом, куда в конечном счёте приехали и поселились до 60% всех переселенцев.

Евгений Ларин: То есть получается, что в 1861 году крестьянам дали личную свободу, но не дали возможности этой личной свободой пользоваться. К тому же, насколько я понимаю, в первые десятилетия после отмены крепостного права помещики крестьян ещё и не отпускали — они боялись лишиться дешёвых рабочих рук! 

Михаил Шиловский: Личная свобода позволяла крестьянину бросить свой надел и уехать в город. Это, кстати, дало мощный импульс к развитию российской промышленности, к промышленному перевороту, к росту численности городского населения, в том числе, Ново-Николаевска. Наш город, как известно, возник в 1893 году при строительстве железнодорожного моста Транссибирской магистрали. Так вот, к 1917 году 97% жителей города по своему происхождению были приезжими крестьянами. То есть они оседали не только в сельской местности по пути — вдоль Транссиба и южнее, на Алтае, но и в городах региона. Возникали и новые города — современный Татарск, Барабинск и так далее. 

Евгений Ларин: И вот 1910 год. Уже четыре года как запущена аграрная реформа. Пётр Аркадьевич предпринимает большую поездку по Сибири. Для чего он это делает — понятно. Это была в некотором роде ревизия. Ну, а что именно он хотел увидеть, что он хотел проверить, посмотреть, на какие детали обратить внимание? Какие он цели ставил перед этой поездкой? 

Михаил Шиловский: Он хотел посмотреть, прежде всего, как происходил процесс заселения. Это сложная процедура! Нужно было не просто приехать и огородить или пометить свой участок. Его надо было ещё получить. Поэтому создавался специальный земельный фонд, работали землеустроительные отряды, которые размечали эти участки. Они смотрели не только возможности для пашни, нужно было учитывать наличие воды, леса — всего, что было необходимо для нормального обустройства и повседневной жизни.

Вторая забота — обеспечить переселенцев всем необходимым для создания инфраструктуры, как бы мы сейчас сказали. Переселенцу нужно было построить дом, надворные постройки, изгороди, завести скотину — лошадей, коров, овец, соответствующим образом начать обработку своего участка. Значит, надо было получить, достать, купить семена, необходимый инвентарь. 

Переселенцы из европейской России приезжали в Сибирь семьями. Были ходоки, представители общины, которым сельское общество вскладчину оплачивало дорогу и отправляло вперёд, — присмотреть место, где можно было или приселиться к старожилам, или совершенно пустое, где они создавали свои поселения. 

Евгений Ларин: Задачей Столыпина было посмотреть, как дело обстояло на селе, а приезжает он в город — в Ново-Николаевск. Но зачем он сюда приезжает, что ему здесь было нужно? 

Михаил Шиловский: Ново-Николаевск был не единственным городом, который он посетил со своими коллегами — с начальником Главного управления земледелия и земельных ресурсов Кривошеиным и начальником Переселенческого управления Глинкой. Они проехали по основным городам — Курган, Петропавловск, Омск, Павлодар, Славгород, который тогда, правда, ещё не был городом, Камень, Ново-Николаевск, дальше Томск, Мариинск и так до Итата, это современная Кемеровская область. 

Столыпина, помимо всего прочего, интересовала колонизация и освоение таёжной зоны. Это более трудоёмкий процесс, но, тем не менее, он был перспективным. 

Евгений Ларин: Насколько я понимаю, на визит председателя совмина власти города Ново-Николаевска возлагали большие надежды, поскольку уже на пристани, где его встречал городской голова Владимир Ипполитович Жернаков с местными чиновниками, Жернаков Столыпину что-то говорил. 

Михаил Шиловский: Это была обыденная практика встреч высокопоставленных лиц. В рамках таких посещений обязательно предусматривалась процедура подачи просьб, документов. При этом процедура была соответствующим образом обставлена. Чиновники из свиты специально встречались с просителями, собирали у них их прошения. И, кстати, власть очень оперативно реагировала на эти просьбы, приглашения. 

То же самое было и у нас. На пристани собрались чиновники местного имения Кабинета Его Императорского Величества, городской голова Жернаков, гласные городской думы, представители крупных торгово-промышленных объединений города. Наш город тогда уже был крупным логистическим центром, достаточно бурно развивающимся. Был подготовлен пакет ходатайств, предложений, которые вручили председателю Совета министров.

KOMP3109.JPG
Михаил Шиловский. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Евгений Ларин: О чём его просили? 

Михаил Шиловский: Ходатайства касались разнообразных вопросов. Просили, прежде всего, о приобретении городом статуса уездного центра. Официально Ново-Николаевск вплоть до 1917 года считался безуездным городом Томской губернии, то есть он имел такой же статус как соседняя Колывань. Статус уездного города Ново-Николаевск получил только летом 1917 года, когда был образован Ново-Николаевский уезд. 

Во-вторых, Столыпина просили содействовать замощению улиц города, проблема дорог в городе была одной из наиболее больных, она не теряет актуальности и по сей день. 

Среди прочих документов премьер-министру подали ходатайства, которые касались дальнейшего развития местного самоуправления, медицины, реконструкции больницы. Всем этим в принципе должны были заниматься местные власти, наше самоуправление находилось в статусе самофинансирования, но городских сборов и налогов на всё это явно не хватало. Поэтому речь шла о предоставлении государственного кредита или финансирования. 

Евгений Ларин: То есть мы по своей старой доброй традиции попросили всё и сразу, как мы это обычно делали. 

Михаил Шиловский: Да. Ещё водопровод! 

Евгений Ларин: Пётр Аркадьевич проводит в Ново-Николаевске несколько часов, и всё это время чем-то они здесь занимается. Так вот что именно ему показывали? И то ли ему показывали, что он хотел увидеть? Или Столыпин сам стремился увидеть в городе какие-то объекты, а их, насколько я понимаю, было несколько. 

Михаил Шиловский: Столыпин прибыл в Ново-Николаевск на пароходе из Камня в 11 часов утра. А дальше в направлении Томска он отправился уже под вечер, примерно в 17 часов. В Ново-Николаевске он посетил, прежде всего, объекты, которые интересовали его в плане переселенческой проблемы.

В первую очередь, это был переселенческий пункт. Там приехавшие переселенцы собирались, их там кормили, оказывали им медицинскую помощь, распределяли по партиям, дабы направить в соответствующий район.

Дальше Столыпин посетил Добровольное пожарное общество. Пожары, к сожалению, были неотъемлемой частью повседневной жизни. В нашем Ново-Николаевске годом ранее сгорела центральная часть города. В 1917 году сгорел Барнаул, несколько раз горели Томск, Красноярск, в Иркутске был колоссальный пожар, правда, значительно раньше. То есть эта проблема была достаточно актуальной. Наличие пожарных структур было заботой не только общества, но и властей. 

Затем премьер побывал в холерном бараке — это инфекционная больница. 

Евгений Ларин: Да, кстати, часто переносчиками заразных болезней были как раз переселенцы! 

Михаил Шиловский: Да, потом он посетил городскую больницу и тюремный замок. 

Евгений Ларин: Именно замок? Почему не просто тюрьма? 

Михаил Шиловский: Ну, так он назывался. Были разные пенитенциарные заведения. В сельской местности, в волостных центрах были каталажные камеры, куда сажали провинившихся «на 15 суток». В городах были остроги и пересыльные тюрьмы, в которых содержали осуждённых на ссылку или на каторгу в процессе их этапирования. Везти было далеко, а ездили не так быстро, как сейчас. И были городские тюрьмы, куда сажали «собственных» правонарушителей, там они отбывали наказание, тюремное заключение сравнительно небольшое по срокам. Такие объекты власти тоже держали на контроле. 

Евгений Ларин: Есть информация, что перед визитом Столыпина, — по крайней мере, слухи такие ходили, — в городе проходили обыски и аресты. И отдельных личностей даже на время упрятали за решётку. 

Михаил Шиловский: Ну, не за решётку, их выселяли. Это была традиционная зачистка. Так же было и в Москве перед Олимпийскими играми в 1980 году. Так и здесь — неблагонадёжных элементов на время из города удаляли.

Евгений Ларин: Чтобы они что не сделали? 

Михаил Шиловский: Ну, на всякий случай! Чтобы, не дай бог, чего-нибудь не произошло. Так, цесаревичу Николаю Александровичу в Японии нанесли удар самурайским мечом, — причём это сделал полицейский! Николай получил достаточно тяжёлое ранение. Поэтому охране высокопоставленных особ, правительственных чиновников в процессе их передвижения, визитов уделялось особое внимание. Полицейский органы, — управления, исправники в сельской местности отбирали благонадёжных крестьян или горожан, которые по маршруту движения окарауливали высоких гостей, они стояли на определённом расстоянии друг от друга. 

Евгений Ларин: Ну, а в случае со Столыпиным были предприняты беспрецедентные меры безопасности! Я процитирую то, что пишет некий корреспондент под псевдонимом «Заноза» в томской газете «Сибирские отголоски», корреспонденция из Ново-Николаевска. Он пишет о том, что «для широких городских масс населения посещение Ново-Николаевска Столыпиным осталось почти незаметным, а на станции меры предосторожности так были усилены, как будто премьер ехал не по родной стране, а где-то в стане воюющего неприятеля. Посторонних на станции — никого. Всем агентам станции и депо были выданы именные билеты за подписью жандармского ротмистра. Без этих билетов никто не смел и не смеет показываться до 15 сентября в полосе станции и по служебным надобностям. 

А теперь, внимание! Такая "бдительность” исключает всякую возможность для Столыпина увидеть подлинную Сибирь с её вековыми нуждами, а это обстоятельство в значительной степени обесценивает его длительное путешествие». 

Ну, понятно, что автор недаром подписался «Заноза», он, конечно, язвит по этому поводу. Но поднимает он достаточно серьёзную проблему. Во-первых, не перестарались ли, действительно, с безопасностью, а во-вторых, то, о чём я уже спрашивал: показали ли Столыпину то, что он хотел увидеть? Не обесценилась ли, как пишет товарищ Заноза, его поездка? Премьеру представили какую-то парадную часть, но крестьян к нему допустили? Поделились ли они с ним своими проблемами? 

Михаил Шиловский: Здесь нужно иметь в виду два обстоятельства.

Во-первых, незадолго до этого на Столыпина было совершено покушение. Взорвали его усадьбу в Петербурге, тяжёлые ранения получили охранники и дети Столыпина. Одна дочь стала инвалидом, — ей пришлось ампутировать ногу. В силу этого обстоятельства контроль и охрана были усилены. Такая система мероприятий практикуется и даже усиливается при проездах высокопоставленных чиновников вплоть до настоящего времени, поскольку разного рода покушения имели место во все времена. 

Во-вторых, что касается того, что увидел Столыпин. Понимаете, города его интересовали в меньшей степени. Его интересовало всё, что касалось переселенческого дела. В сельской местности он активно общался, встречался. Причём, он встречался не только с русскими и украинцами, которые составляли основную часть мигрантов, но и с казахами по пути, с переселенцами-немцами.

KOMP3055_1.JPG
Евгений Ларин. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Евгений Ларин: То есть он вынес из этой поездки то, что хотел, увидел то, что планировал увидеть, и всё понял? 

Михаил Шиловский: Да, он смог убедиться в том, как реализуется реформа, какие есть проблемы, понял, что надо сделать и какие есть перспективы, насколько этот проект, эти две задачи, которые были поставлены, реализуются и имеют перспективу завершиться. 

Евгений Ларин: Столыпин просил у кого-то, у высших сил, дать ему или России 20 лет без войн и революций для того, чтобы завершилась реформа. Но очень скоро Россия в изобилии и на долгие годы получила и то, и другое. А сам Пётр Аркадьевич уже всего этого не увидел, потому что выстрел террориста Богрова в Киеве в 1911 году прервал жизнь реформатора. Кому это было нужно? Зачем Столыпина убили? 

Михаил Шиловский: Столыпин оказался в изоляции. Прежде всего, к нему охладел сам император, он стал к нему относиться как-то инертно, даже с долей неприязни. Обратите внимание, что впервые в истории России крупномасштабная реформа получила название не по имени императора, — были реформы Петра Первого, Екатерины, Александра Второго, — а по имени чиновника, премьер-министра, то есть второго лица в государстве. Это, помимо всего прочего, свидетельствовало о падении престижа и авторитета Николая Второго и царской власти вообще. 

Были недовольные реформой. Резко критически к ней отнеслись основные политические партии, прежде всего, радикалы, — социал-демократы и эсеры. 

Социал-демократы считали, что реформа тормозит ликвидацию помещичьего хозяйства, что она консервирует систему помещичьих имений в европейской России, то есть, что мы развиваемся по прусскому пути.

Столыпин выступал за разрушение общины, института крестьянского самоуправления. 

Евгений Ларин: Но она здесь, в Сибири, всё равно возникала. 

Михаил Шиловский: Возникала! Более того, он и в своём отчёте о поездке чётко заявил, что в Сибири община имеет право на существование, что она удачно реализуют крестьянские настроения, их надежды, позволяет решать внутриобщественные конфликты. 

А для эсеров община была социалистической ячейкой, основой народнической программы и, естественно, процесс её разрушения вызывал у них резко негативную реакцию. Либералы, кадеты... 

Евгений Ларин: То есть Столыпин многим перешёл дорогу? 

Михаил Шиловский: Да, он практически оказался в изоляции. Против его реформы выступали даже черносотенцы. В Ново-Николаевске был очень мощный отдел Союза русского народа, в котором состояло более тысячи членов. У нас эта организация, одна из немногих, просуществовала до 1917 года. Так вот черносотенцы считали, что переселение должно осуществляться, но только русских, и никаких инородцев, — поляков, финнов, прибалтов, а также евреев, — сюда пускать нельзя. 

Евгений Ларин: Как вы считаете, реформа в конечном счёте провалилась? Сибирь, безусловно, обогатилась людьми, сюда приехали очень многие... 

Михаил Шиловский: Три миллиона человек переселись в Сибирь!

KOMP3381_1.JPG
Михаил Шиловский и Евгений Ларин. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Евгений Ларин: Русские из разных уголков страны и представители других народов принесли сюда свою культуру, свои говоры, в итоге у нас здесь появился уникальный сплав сибирского человека. Это, в том числе, можно назвать результатом реформы. Но то, куда метил Столыпин, всё-таки, наверное, сделать не удалось? 

Михаил Шиловский: Реформа в плане переселения, безусловно, носила положительный характер. Распахали 3 млн десятин земли, создали более тысячи поселений, которые даже с точки зрения топонимики легко вычленяются. Все эти Черниговки, Полтавки, Сарапулки были созданы выходцами из одноимённых губерний и населённых пунктов в европейской России. Это имело большое положительное значение. Это была самая масштабная миграция в Сибирь в XX веке. 

Евгений Ларин: Я бы сказал даже не виданная доселе и после тоже, разве что во время Великой Отечественной войны. 

Михаил Шиловский: Там всё равно эвакуированных было меньше. И даже в период освоения целинных и залежных земель, — это 1954-55 годы, — в Сибирь приехало гораздо меньше народа. Это безусловный плюс. 

Но с другой стороны, может быть, если бы не Первая мировая война, мы бы достигли чего-нибудь существенного, — если бы у России были те 20 лет без войн и революций, о которых говорил Столыпин. Он первым начал активно использовать социальную демагогию, — он называл сроки, подобно тому, как позже Хрущёв будет говорить о построении материально-технической базы коммунизма через 20 лет, к 1980 году.

В ходе столыпинской реформы примерно 25% крестьян перешли на отрубную и хуторскую форму ведения хозяйства, они стали уже не землепользователями, а владельцами этой земли, собственниками.

Но с другой стороны, в Сибирь ежегодно переселялось порядка 400 тысяч человек — если всю эту массу разбить по годам. А в это время за счёт естественного прироста сельское население в европейской части каждый год увеличивалось на 2 млн человек. Полтора миллиона лишних ртов! Им тоже земля нужна была. 

Переселение в Сибирь сыграло определённую негативную роль в период социального катаклизма — Гражданской войны. Это противостояние старожилов и новосёлов, новосёлов и аборигенов — казахов, алтайцев, бурятов, хакасов. Переселенцам надо было давать 15-десятинный надел, значит, эту землю надо было отрезать у скотоводов, номадов, то есть кочевников. А им земли требовалось больше, — чтобы прокормить лошадь на подножном корме, нужно примерно 40 гектаров. А местных скотоводов, инородцев, тоже переводили на 15-десятинные наделы, что вызывало негативную реакцию. У новосёлов они разрушали постройки, угоняли скот, старались всеми силами вытеснить их, не допустить поселения. И это впоследствии сыграло свою роль. В партизанском движении участвовали, прежде всего, новосёлы, которые к тому же, будучи мобилизованными на фронт, получили опыт Первой мировой войны. Потом, в ходе борьбы с Колчаком, они пытались решить и свои проблемы, — отобрать, переделить землю, пограбить богатых чалдонов, особенно не любили казаков.

KOMP3063_1.JPG
Евгений Ларин. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Евгений Ларин: В качестве последнего вопроса я поинтересуюсь: то, что просили у Столыпина во время его визита наши местные власти, удалось реализовать хотя бы частично или это произошло ещё не скоро? 

Михаил Шиловский: Ну, водопровод в Ново-Николаевске позже появился, но Столыпин тут ни при чём. Его построили за счёт местного самоуправления — городской думы и управы. 

Вообще, если говорить о практических результатах поездки Столыпина по Сибири в 1910 году, то здесь назвать решение об отмене Челябинского тарифного перелома (исключительный железнодорожный тариф, установленный правительством Российской империи в 1896–1913 годах на провоз зерна и муки из Сибири на запад страны через Челябинск; тариф на перевозки уменьшался с увеличением расстояния: чем дальше был адресован груз, тем ниже была оплата. По челябинскому тарифному перелому устанавливался иной порядок исчисления провозной оплаты — на хлебные грузы, следовавшие через Челябинск на запад, тариф насчитывался заново, как если бы зерно отправляли из Челябинска, — Википедия). 

Сибирь, особенно её западная часть, в плане аграрного развития и разделения труда приобрела специализацию на производстве масла и сыров. Масло — продукт компактный, молоко-то не вывезешь! 

Евгений Ларин: Да, наше масло славилось и за границей, во Франции на международных выставках призы получало! 

Михаил Шиловский: И в Англии. Где-то около 1913 года выручка от масла в Сибири превзошла даже выручку от сибирского золота.

Главные новости из жизни нашего города — подписывайтесь на нашу группу в Одноклассниках.

Что происходит

Эскалаторы работают строго по графику — диспетчер метро Сергей Тинаков

Сессия совета депутатов Новосибирска 19 июня — трансляция

Страдающую от пробок улицу Гоголя обещают отремонтировать в срок

Есть вопрос к главе района: график июньских инфодней мэрии Новосибирска

Новосибирцы не хотят видеть своих детей блогерами

Стартовал приём заявок на конкурс видеосюжетов «Пишу историю города»

Глава Дзержинского района ответит на вопросы новосибирцев на Горволне

Семь мостов отремонтируют по нацпроекту в Новосибирске в 2024 году

Самые опасные места для купания назвали в Новосибирске

Кони на ладони: десятки фигурок лошадей выставят в краеведческом

Дополнительные маршрутки пустят до кладбищ Новосибирска на Троицу

Показать ещё