Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Слава Степанов: «Кто-то на автомобили копит, а я на полёт на вертолёте»

Слава Gelio Степанов стал звездой интернета благодаря снимкам Новосибирска и области с высоты птичьего полёта. Его блог в ЖЖ регулярно занимает первые места различных рейтингов. Он объехал весь мир и побывал в самых труднодоступных, в прямом и переносном смыслах, местах. И теперь он в гостях «Вечернего разговора о жизни замечательных новосибирцев».

Регина Крутоус
Регина Крутоус
16:11, 08 Декабря 2017

Досье: Слава Степанов, 31 год, новосибирский фотограф, совладелец компании Gelio Vostok. Стал известен далеко за пределами Новосибирска благодаря аэрофотосъёмкам, высотной, архитектурной и промышленной фотографии. В 2007 году окончил Сибирский государственный университет путей сообщения. Женат.

Регина Крутоус: Здравствуйте, Слава. Ваше настоящее имя Станислав, как к вам обращаться? Слава?

Слава Степанов: Да. Я прямо везде это подчёркиваю, что это мой псевдоним. Станислав — в документах, во всяких там БТИ или где-то ещё, а тот, кто пришёл на интервью — это Слава. Мне нравится полное имя Станислав, но не нравится короткое Стас, и мне также не нравится полное имя Вячеслав, но нравится короткое Слава, вот такой симбиоз.

NET_8855.jpg
Слава Gelio Степанов. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Регина Крутоус: Слава Gelio Степанов, вы стали звездой интернета благодаря высотным снимкам Новосибирска и области. А с чего всё начиналось?

Слава Степанов: Начиналось с того, что я представлял с самого детства города с высоты и воплощал их в рисовании. Я даже в художественной школе занимался какое-то время, выдумывал города, рисовал их. А потом, когда немного подрос, понял, что можно просто подняться на крышу. В начале 2000-х начали строиться высотные дома, и появились элементарные молодёжные тусовки на крышах, причём мы ничего там не ломали, ничего такого не было, просто какая-то элементарная халатность каких-то там обслуживающих организаций позволила найти открытые крыши. И кто-то дал мне однажды мыльницу в руки и сказал: «Ну-ка, фотографируй». Я и начал фотографировать.

В то время появилось на одном из порталов что-то вроде раздела «фото», я выкладывал свои фотографии и показывал Новосибирск с высоты. Всё это начало пользоваться популярностью, я потом работал какое-то время дизайнером и научился элементарно обрабатывать фотографии, поэтому навык как фотографа мне в то время даже особо не пригодился. Я умел, грубо говоря, приукрасить фотографию, приукрасить действительность. Наверное, это людей и зацепило.

Какое-то время попробовал поставить на систематику: я облазил много крыш, показал город с разных ракурсов, и так уж получилось, что до этого так никто не делал.

Регина Крутоус: Изначально не фотография была страстью, а именно высота?

Слава Степанов: Да, конечно. Я никогда себя не представлял фотографом, и даже если бы представил, то испугался бы этого. Когда я выиграл конкурс, и мне подарили зеркальный фотоаппарат, я был расстроен, потому что для меня это было то же самое, что приобрести пивной живот. Для меня это было некомфортно, мыльницу или телефон можно положить в карман, а теперь всё вертится от фотоаппарата. Если ты его взял, то идёшь с ним, словно на миссию. Я был из-за этого немного расстроен, но потом для меня пришло очень важное осознание, благодаря которому фотоаппарат стал для меня инструментом для того, чтобы познавать мир и, самое главное, удовлетворять любопытство. Интересно, как это всё работает, как это выглядит с такого-то ракурса. И фотоаппарат стал неким пропуском в эти места.

Когда я написал одно из первых писем на Новосибирскую ГЭС, мне просто было интересно посмотреть, как вживую работают гидроагрегаты, как это всё устроено внутри, но не было повода. А тут я сказал, что могу сделать репортаж, и у меня получится, хотя я не был даже в этом уверен. И они меня пустили, потом была ТЭЦ, Новосибирское метро и так далее.

Регина Крутоус: А с какими опасностями на высоте приходилось сталкиваться?

Слава Степанов: Наверное, самая страшная опасность на высоте для меня — это бюрократия, потому что, чтобы попасть на эту высоту, нужно пройти серьёзный путь согласования.

Есть категория людей, которые снимают с высоты, — это руферы, они просто бездумно, напролом идут и ломают замки. Я выбрал другой путь. Главное — это фотография. Порой, чтобы попасть на какой-то объект, какую-то крышу, нужно, чтобы прошло месяца полтора, а бывает и больше.

Регина Крутоус: Тяжело получить подобное разрешение?

Слава Степанов: Да, конечно. Если спрашивали изначально про опасности, то такая опасность, как высота, всегда присутствует, но я не экстремал. У меня нет задачи показать свои ноги, свисающие с высоты, и поэтому все мои шаги на крыше как правило обдуманны. И даже если я лезу на скатную крышу зимой, то понимаю, что, во-первых, я альпинист, прохожу обучение, у меня есть снаряжение с собой, и я с умом к этому подхожу.

Регина Крутоус: Слава, у вас проходят съёмки не только труднодоступных мест Новосибирска и других городов России, вы и зарубежные города посещаете, а там ведь тоже нужно получить разрешение на съёмку.

Слава Степанов: Я пробовал идти по этому пути, в некоторых городах Европы и США пытался также писать какие-то письма, но у них совершенно другая реакции на это. Поэтому там я города показываю чаще просто с вертолёта, так гораздо проще и доступней. Это, конечно, недёшево стоит, но я иду к этой цели и коплю деньги. Кто-то на автомобили копит, а я на полёт на вертолёте. Например, коплю на полёт над Нью-Йорком, потом его продумываю, долго обсуждаю с экипажем, посекундно.

Регина Крутоус: Слава, а вам комфортно жить и работать в Новосибирске?

Слава Степанов: Если бы не вопрос географии, то было бы, наверное, комфортно. К Новосибирску можно привыкнуть, потому что в этом городе есть практически всё, что нужно. Кроме, разве что, тепла. У меня же постоянно встаёт вопрос с логистикой. Бывает, меньшее количество дней в году я провожу в Новосибирске, а чаще куда-то летаю, и порой неудобно, потому что из Толмачёво не так много вылетов, как хотелось бы. Если мне, допустим, нужно во Владивосток или в Благовещенск, то мне приходится туда летать через Москву. Это очень долго и неправильно.

Если бы я жил в Москве или в Питере, или вообще в европейской части, мне, наверное, было бы в этом плане проще, но в остальном Новосибирск для меня комфортный. Мог бы переехать, наверное, но Новосибирск останавливает. Если бы я жил, например, в Омске, в Томске, в Кемерово, в Челябинске — я бы переехал буквально через несколько часов, меня бы город просто вынудил это сделать. А Новосибирск, его элементарная активность затягивает, что ли. Наличие активности меня отсюда не выгоняет, не выживает. 

Я могу здесь жить, существовать, зарабатывать деньги, и мне нравятся люди, которые здесь живут, что очень важно. Я по стране поездил и могу сказать, что люди географически очень сильно разнятся. Сибиряки в этом плане выигрывают, я прямо фанат сибиряков, и в Москве и Питере или за границей сибиряка могу вычислить.

NET_8864.jpg
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info 

Регина Крутоус: Я знаю, что вы часто отвечали на этот вопрос, но всё равно его задам: Слава, с каких крыш Новосибирска открывается, на ваш взгляд, самый красивый вид на город?

Слава Степанов: У меня раньше был классический ответ на этот вопрос — с Горского микрорайона и с высоток на метро Октябрьской. Если летом, то презентабельные ракурсы с левого берега на правый, потому что полоса правого берега выглядит внушительно. Если посмотреть на неё в 2000-х годах, то всё так довольно жиденько было, а сейчас смотришь — довольно плотная, яркая застройка, и фасад домов перестал быть обязательно серым. Он стал каким-то интересным, и это здорово. А если про центр, то мне нравится вид City-центра — это бизнес-центр, такая огромная 25-этажная свая, вбитая возле Оперного театра, и с него открывается отличный вид на центр.

Перечислять можно много, но единого ответа на этот вопрос нет. Например, можно приехать в Екатеринбург. Этот город по объёму и по населению похож на наш, но у него есть высотная доминанта — бизнес-центр «Высоцкий». У него есть смотровая площадка на 52 этаже, и представьте, когда под вами там всё 20-этажное, и ты поднимаешься на 52-й, то действительно всё становится понятно, структурировано, и возникает ответ на вопрос: «Откуда лучше вид?»  

А у нас такой высотной доминаты нет. У нас, если честно, всё встало под одну линию 20-25 этажей, и, если издалека смотреть, то зацепиться глазу не за что. И мне всё тяжелее отвечать на этот вопрос.

0_7b944_4d0324bd_orig.jpg
Зимний Екатеринбург. Фото: Слава Gelio Степанов 

Регина Крутоус: Слава, сейчас вы являетесь учредителем издательства Gelio Vostok. Когда из увлечения ваше дело переросло в бизнес?

Слава Степанов: В 2011 году у меня набралось достаточное количество материала по Новосибирску, и ко мне однажды пришёл товарищ и сказал: «Давай это реализуем, что-нибудь сделаем такое, что останется!». В интернете это всё уходит в ленту, вряд ли кто-то будет потом возвращаться. И мы решили сделать подарочный фотоальбом, прошлись по книжным магазинам Новосиба, посмотрели, что вообще есть, что было, ужаснулись и пришли к выводу, что, если бы мы были туристами и приехали в Новосибирск в гости или просто посетить город, то мы бы ни одну книгу из города не увезли.

Мы сделали фотоальбом с видами Новосибирска с высоты. Получилось, что мы попали сразу в десятку, людям это оказалось нужно. Первый тираж довольно быстро ушёл, мы подчеркнули все свои ошибки, которые сделали в вёрстке и дизайне. После этого сделали вторую версию, третью, и сейчас вот-вот выйдет чуть ли уже не восьмое издание. 

И когда мы с Новосибирском эту историю воплотили, то подумали, что есть ещё в России города, и мы поехали по ним, выделили основные, на наш взгляд: Казань, Екатеринбург, и попробовали там сделать. По деловой активности и по активности покупки книг эти города нам сильно уступают, поэтому там не так сильно идут продажи, но всё равно они тоже есть. Потребность такая имеется, и мы даже до Москвы добрались и про Москву тоже сделали книгу.

Сейчас мы также делаем книги про промышленные предприятия: заводы авиастроения и судостроения, космонавтику. Можно брать всё, что угодно, любую сферу, и для меня это было изначально интересно, потому что я хотел попадать на эти предприятия, смотреть, как собирают самолеты, как добывают уголь. И когда ты это делаешь для себя, и ещё это полезно для компании, то это просто потрясающе.

Регина Крутоус: А есть у вас какая-то съёмка мечты? Какая-то задумка, которую вы не можете воплотить, но очень хотите?

Слава Степанов: Я люблю крайние точки географии, они визуально совершенно неэффектны — я говорю про всякие мысы, про полюса — Северный и Южный. Мне изначально интересна география, и я всегда мечтал попасть на мыс Челюскин, на Берингов пролив, на мыс Доброй Надежды, это вдохновляет. Некоторые из этих задумок я осуществил и надеюсь этим продолжать заниматься. В частности, можно назвать мечтой, наверное, Северный и Южный полюс. Для фотографа это будет бестолковая цель, потому что вряд ли что-то уникальнейшее там можно снять, но тем не менее.

NET_8871.jpg
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Регина Крутоус: Слава, в детстве вы наверняка мечтали стать кем угодно, но только не фотографом. Расскажите о ваших детских планах?

Слава Степанов: Детские планы — стать архитектором. Нет, я сначала хотел стать пилотом, мне всегда нравилась авиация. Я не стал им, потому что у меня были проблемы со зрением, а потом я хотел стать архитектором и даже ходил на курсы в Архитектурную академию. 

Конечно, надо было идти архитектором, хотя сейчас ни о чём не жалею, меня всё равно жизнь вернула к архитектуре. Если, допустим, дать мне сейчас какое-то невероятное количество денег, то я бы начал строить, причём не ради прибыли, а ради того, чтобы после себя оставить нечто прекрасное. Здания переживают людей. Есть масса примеров в мире, когда люди ставили всё на зеро только для того, чтобы после себя оставить прекрасное здание. Один из ярчайших примеров в Нью-Йорке — Эмпайр-стейт-билдинг. 

Регина Крутоус: А что бы вы построили в Новосибирске?

Слава Степанов: Не факт, что в Новосибирске. Я бы, наверное, с чистого поля начал, как арабы. Я вдохновляюсь архитектурой тех времен, которые уже прошли, не хай-теки всякие, а сталинский ампир, например. И я бы вопреки всему строил бы в этом стиле. Пускай это будет опровергать всю существующую застройку, но мне кажется, что я бы создал такой небольшой уютный уголок.

Регина Крутоус: Слава, а фотограф, на ваш взгляд, должен учиться профессии, или это всё-таки внутренний дар?

Слава Степанов: Если брать за основу мою историю, то я ничему не учился, ни одной книги, ни одного курса по фотографии.

Я всё прошёл методом проб и ошибок, причём ошибок было больше. Но, безусловно, чувство композиции какое-то у фотографа должно быть заложено. Если говорить про секрет успеха кадров, то это ракурс-композиция-обработка. Когда мне пишут люди: «Слушай, я хочу также фотографировать, что нужно сделать?», то я уверен: нет таких шагов, чтобы раз-два-три, и ты стал таким же, или фотографировал точно так же. Оно либо есть, либо приходит со временем, но оно должно идти изнутри, я так считаю.

Регина Крутоус: Возвращаясь к образованию: где вы учились?

Слава Степанов: В СГУПСЕ, на факультете «Мировая экономика и право. Финансы и Кредит».

Регина Крутоус: По профессии удалось поработать?

Слава Степанов: Славу Богу, нет, я на самом деле изначально понимал, что иду туда ради высшего образования.

Регина Крутоус: Чтобы родителей успокоить?

Слава Степанов: Да, если совсем говорить правду, то это именно так. Я приобрёл там другие навыки — общения, обучения. Там хорошие специалисты, и всё там потрясающе, просто это история не про меня.

Регина Крутоус: Слава, а как вы относитесь к критике вообще? Считаете ли себя самокритичным?

Слава Степанов: Критика меня делает только лучше, поэтому я к критике отношусь более чем положительно. Но при условии, что она продуктивная. Если опираться на комментарии на известных ресурсах, то это, конечно же, не критика.

Регина Крутоус: И грязью поливали?

Слава Степанов: И до сих пор поливают, безмерно поливают, безбожно. Приходится удалять, банить. Даже до того доходило, что звонки с угрозами поступали, что чуть ли тебя не столкнём с крыши в следующий раз. За что? Почему? У меня ответа на этот вопрос нет, но я к этому научился философски относиться.

Регина Крутоус: Это, получается, одна из граней славы и успеха?

Слава Степанов: Я не знаю, что сподвигает людей на такие негативные эмоции. Даже если моё творчество кому-то не нравится, и мои фотографии кому-то не нравятся, вид, обработки фотографий, то и ладно, это вполне нормально, я и не рассчитываю, что буду всем нравиться. Просто зачем столько негатива?

Регина Крутоус: Слава, а фотографии ваши, как правило, нравятся. И судя по последним публикациям в СМИ, очень нравятся. Более того, достаточно остро стоит вопрос с авторским правом: часто случается, что ваши фотографии без ссылки на вас используют.

Слава Степанов: Да, так и есть. Воруют очень много, даже очень много. Мы не справляемся с этим. И меня что удивляет: воруют на всех уровнях. Ладно, если какое-нибудь маленькое агентство недвижимости просто скачало фотографию, поставило себя в шапку на сайт, и подумало: «Фотография же в интернете, значит, она всеобщая, народная». Образования не хватает людям или какой-то грамотности, разные причины. Но когда это делают высокопоставленные чины, была и такая история, то это довольно странно.

Помимо того, что наказываем их рублём, я стараюсь об этом иногда заявлять, говорить. Моя задача — отучить от этого людей. Я уже говорил неоднократно, что если бы я с такими прецедентами жил, например, в США, я был бы миллионером, потому что мы бы отсуживали колоссальные суммы за такое воровство. В России история немного по-другому развита. До сих пор много людей не понимают законы. Многие люди на это реагирует, мол, тебе что, жалко, ты же просто на кнопку нажал. И люди не понимают, что это большой труд. Это не просто нажать на кнопку, есть предыстория у каждого фото, именно в труде, который вложен. 

Регина Крутоус: Но, тем не менее, это успех, а успех важен же для фотографа?

Слава Степанов: Успех меня бодрит, потому что если бы в самом начале на мои фотографии так бы не реагировали, я бы, наверное, мог и забросить это. А когда видишь отклик людей, понимаешь, что на верном пути, и что это людям нравится, и что ты делаешь благое дело.

NET_9001.jpg
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info 

Регина Крутоус: Вы уже сделали не одну тысячу снимков. Есть ли те, которыми вы гордитесь?

Слава Степанов: Не одну тысячу снимков я иногда делаю за день. Есть такие. Как правило, это симбиоз того, что мне повезло с погодой, что я добрался до этой точки. Например, Якутск, телебашня, мороз — 44 градуса. Мне очень непросто было залезть туда, во-первых. И мне очень непросто было организовать эту съёмку, договориться, дождаться включения всех огней в Якутске, а плюс ко всему мы ещё договаривались, чтобы все здания включили подсветку. Была такая административная работа, и ещё мне повезло с ракурсом. Этим кадром я горжусь. 

Или, например, когда я снимал самолёты на заводах Су 34. Нужно было, во-первых, договориться с заводом, во-вторых, с лётно-испытательным центром, чтобы они в определённом месте поставили самолёты, и мы подсветили, и с подсветкой получился кадр. Да, этим кадром я тоже горжусь. Так, чтобы я один кадр выделил, такого, наверное, нет. Бывают кадры, которые мне просто очень нравятся, потому что всё совпало. Очень много мне помогает в этом плане природа, особенно если снимать с вертолёта. 

Регина Крутоус: Слава, многие думают, что будь у них фотоаппарат, подобный вашему, они могли бы делать фотографии не хуже. Разделяете ли вы такую точку зрения?

Слава Степанов: Конечно, я не разделяю такую точку зрения. Хотя, наверное, было бы здорово, если было бы так. Я вообще считаю, что это классно, что всё больше и больше людей всё-таки считают себя фотографами и снимают. Это документалистика. Когда я изучаю те же самые 80-е, 60-е и 30-е годы, то мне многого не хватает. Например, представления, как что-то выглядело.

0_91979_6bd010f6_orig.jpg
Офис «Сбербанка» в Новосибирске. Фото: Слава Gelio Степанов

Бывает и такое: например, я в самолёте, через иллюминатор снимаю Новосибирск на посадке, и на следующий день пролетит самолёт, и там летит какой-то человек, который совершенно ничего не понимает в фотографии, но он просто случайно достал свой айфон и на него сделал кадр. Но у меня была метель, к примеру, или дождь, а у его будет прекрасный рассвет или закат, и всё, его фотография сразу сильно лучше. Здесь элемент везения, конечно, присутствует.

Регина Крутоус: Слава, как уже состоявшийся профессионал, что вы можете посоветовать начинающим фотографам?

Слава Степанов: Прислушиваться к себе и однозначно делать то, что тебе нравится самому. То, что тебе интересно самому. Например, меня часто просят сфотографировать свадьбу, портрет, корпоратив. А я говорю: «Ребят, вы хоть один корпоратив видели, который я сфотографировал, или свадьбу? Хоть один? Вы на что опираетесь, когда просите?» Отвечают: «Мы видели, как ты метро снимаешь!» Прекрасно, но это маленько про другое. Я к тому, что я в эти сферы не лезу, потому что мне это неинтересно, и я знаю, что есть огромное количество людей, которые этим занимаются и делают это великолепно, и я никогда так не сделаю.

Поэтому, в первую очередь, не нужно опираться на «хочу быть, как он». Здесь надо смотреть на то, что ты реально хочешь фотографировать. Какие фотографии ты хочешь показать миру. 

Регина Крутоус: Слава, у вас есть личная группа поддержки?

Слава Степанов: Да. Это мои коллеги, моя семья. Конечно же, семья меня очень сильно поддерживает.

Регина Крутоус: Расскажите о своей семье, кто в неё входит?

Слава Степанов: Я не думаю, что сильно отличаюсь от большинства людей. Это мои родители, моя жена, родственники. Всё классически. Жена очень сильно поддерживает, я спокойно реагирую на комментарии, которые выходят к каким-то статьям или фотографиям. А она рвёт и мечет, и наоборот, радуется, когда  пишут про меня что-то хорошее. Мне это, конечно же, помогает, я могу с ней поделиться всегда и всем.

NET_8816.jpg
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Регина Крутоус: А кто на вас повлиял больше всего, дал какие-то основы?

Слава Степанов: Основы мне дала, конечно же, моя мама. Думаю, что самые основные постулаты, что хорошо, что плохо это о том, что я до сих пор ничего не ломаю, всегда стараюсь договориться, а не идти напролом. Навсегда она вбила в голову, что чужое нельзя брать, нельзя ломать, нельзя трогать. Я за это ей очень сильно благодарен.

Что касается инженерного, системного мышления, наверное, стоит сказать спасибо моему дедушке. Он у меня инженер-мостостроитель. Его большая заслуга в том, что он мне с самого детства показывал макетирование, объяснял такие сложные инженерные формулы, как строится мост, как формируется понятие «город», откуда, что и как. Я, конечно же, всё это слушал и мотал на ус, а потом это всё начал сам изучать. 

Регина Крутоус: А у вас есть какие-то увлечения, помимо фотографии?

Слава Степанов: Архитектура. Я много вообще чем интересуюсь, но архитектуру просто изучаю. Это источник моего вдохновения до сих пор. Я в частности изучаю архитектуру 30-х годов США, небоскрёбостроение. У меня дома всё увешано чертежами, репродукциями. Много литературы, целая библиотека уже формируется. Второе — это авиация. То, что интересовало ещё в детстве.

Регина Крутоус: Это же здорово, что мальчишеские увлечения во взрослую жизнь вошли, потому что, как правило, наши детские увлечения в детстве и остаются.

Слава Степанов: Да, мне говорят, что мне повезло, что я реально занимаюсь тем, что мне нравится. Я этого же желаю всем!

Блиц-опрос

— Ваш девиз?

— Единственный способ определить границы возможного — это выйти за эти границы. Артур Кларк.

— Опишите себя в двух словах.

— Близнец и любопытный. Я не верю в гороскопы, но когда говорят про Близнецов, там всё, как с меня писали.

— Ваше самое большое достижение?

— Наверное, то, что мне удалось каким-то образом сделать что-то, что хотя бы немного, но переживёт меня.

— Самый впечатляющий провал?

— Зря потраченное время, когда я в 2012 году в Казани сломал ногу и полгода не ходил.

— Когда появляются силы двигаться дальше?

— Всё просто: когда у меня есть новая цель.

— А когда вы ощущаете душевную пустоту?

— Если в какой-то фрагмент времени не могу найти эту цель.

— Какой вы видите свою жизнь через десять лет?

— Я над этим вопросом думал, кстати, не так давно, и походу я буду примерно таким же, кем я сейчас являюсь. Не вижу того, что кардинально у меня изменится в жизни.

— На что вам не хватает смелости?

— Встать на сноуборд. После того перелома.

— Вы считаете себя счастливым?

— Да, конечно.

— Кто или что делает ваше счастье?

— Сам, в том числе, занимаюсь этим, чтобы быть счастливым. Окружающие меня люди, близкие люди. Наличие цели меня делает счастливым.

Что происходит

Рисованные «красные кролики» пришли в центр Новосибирска

Новосибирец с помощью SIM-карт украл почти полмиллиона

Количество умерших от коронавируса в Новосибирской области достигло 280

«Розеточки» и лепнину на советских домах восстановят в Новосибирске

Выставка таблеток с дополненной реальностью открылась в Новосибирске

Мэр Локоть поздравляет с Днём строителя

Новосибирцев зовут работать автоинспекторами за 40 тысяч в месяц

Скалолазы облюбовали для тренировок опору Октябрьского моста

Зачем ДНК упакована в клетке особым образом, выясняют новосибирские учёные

Четыре новосибирца умерли от коронавируса за сутки

Когда развеется дым над свалкой возле Хилокского рынка

Показать ещё