Профориентация — знакомый многим подросткам термин. Часть из них только начинает разбираться в своих интересах и искать своё призвание в жизни. Как правильно подойти к выбору профессии и как в этом способны помочь родители, учителя и психологи — «Новосибирские новости» обсудили с тренером по развитию личности подростков Евгенией Бочаровой.
Анастасия Горелова: Евгения, здравствуйте! Более 70% россиян недовольны своей работой. Выбор профессии начинается ещё со школьных лет. Связана ли такая статистика с тем, что подростков неверно направляют, не помогают определиться с тем, что им интересно в профессиональном плане?
Евгения Бочарова: Конечно, всё это связано, потому что выбор профессии начинается в очень раннем возрасте. Мы начинаем слышать от наших детей буквально с трёх лет, что сегодня я пожарный, завтра — космонавт, послезавтра — автослесарь.
Кто-то идёт по определённой колее, продолжает династию. Например, мои мама с папой бухгалтеры, и я тоже буду. Кто-то готов поступить куда угодно. А кто-то принимает решение в последний момент и буквально методом тыка, пальчиком указывает, куда он пойдёт учиться.
Действительно, огромное количество людей после получения образования выходят на рынок труда и понимают: «Боже мой, я вообще не тот человек, на которого учился».
Анастасия Горелова: В таком случае самоопределение и профориентация — это разные вещи?
Евгения Бочарова: Самоопределение относится к навыку критического мышления, а именно это и есть умение принимать решения. Это формируется как метанавык, промежуточный навык, который можно нарабатывать в процессе жизни.
Анастасия Горелова: С какого возраста стоит заниматься профориентацией, чтобы в будущем, не без рисков, конечно, была возможность сказать: «Я люблю свою работу»?
Евгения Бочарова: Не стоит оставлять это на последний момент. Есть смысл начинать профориентацию месяца за два-три до принятия ответственного решения. Например, многие приходят ко мне на занятия начиная с седьмого-восьмого класса. Потому что сейчас во многих школах идёт разделение на классы — социально-гуманитарные или просто гуманитарные, физико-математические и естественно-научные. И вот здесь было бы здорово начинать раннюю профориентацию. Ребёнку важно определить, какие предметы интересны, а какие — нет и почему.
Далее восьмой-девятый класс — это более глубокая работа. Мы уже точно знаем, что у ребёнка сформированы установки, принципы, приоритеты. Основываясь на них, мы можем предполагать, какие специальности, профессии, направления будут потенциально интересней остальных.
Анастасия Горелова: Какие есть подготовительные курсы, где ребёнка направляют к его будущей профессии?
Евгения Бочарова: По программе президента сейчас мощно идёт профориентационная работа. Есть конкурс «Большая перемена». Дети попадают в этот состав, проходят командообразующие игры. После этого школьникам дают возможность погрузиться в ту или иную профессию.
Но это больше элемент шоу. Если говорить про общедоступные вещи, есть различные форумы на бесплатной основе, чтобы ребятам можно было немножко подсказать. Там сначала идёт серия тестирований, а потом — индивидуальная работа с куратором.
Анастасия Горелова: В школах мы изучаем биологию, обществознание. Познаём всё, но не себя. По какой причине в общеобразовательную программу не ввели предметы, которые помогли бы нам с самоопределением? Максимум нам предлагают тесты по профориентации.
Евгения Бочарова: Это очень печально, что в образовательной программе нет гибких навыков. Их обычно используют в дополнительных образовательных учреждениях либо в платных структурах.
Если говорить про гибкие навыки, то в большей степени мы их, конечно, будем нарабатывать и изучать где-то извне. Очень здорово, когда помогают родители, когда они компетентны, подключаются, когда они проявляют это в своих детях.
Анастасия Горелова: Как раз о родителях. Успех ребёнка, его развитие на 70% зависят от семьи — там он проводит больше всего своего времени. В таком случае какова роль родителей в профориентации?
Евгения Бочарова: Я бы сказала, тотальная. Первые три-пять лет нужно записывать все важные моменты, которые говорит ребёнок, наблюдать за его действиями. Далее возраст пять-семь лет — это уникальная возможность для родителей показать ребёнку, как же много вокруг кружков.
Начинается школа. Здесь очень важно, чтобы ребёнок перестроился, адаптировался и понял, что есть свободное время, а есть время на то, чтобы заниматься определённой деятельностью. Школа — это прекрасно, но нельзя оставлять кружки. Можно уменьшить интенсивность, чтобы ребёнок не сильно уставал, но главное — оставить костяк друзей, общения, обязательны прогулки. Лето уделять тому, чтобы ребёнок реально гулял.
Очень важно, чтобы у ребёнка были установленные друзья. Второй момент — наставники. Начинают появляться такие тренеры, люди, которые успешны в своих компетенциях и заражают своей профессией.
Анастасия Горелова: Давать ли ребёнку право выбора или мотивировать пойти по своим стопам? Теория династии — это верный путь?
Евгения Бочарова: Были у меня такие родители, которые говорили, что «мы врачи до (какого-то) поколения. Можно, чтобы в вашем отчёте тоже был врач?» Я всегда говорю, что, скорее всего, оно так и получится, потому что ребёнок растёт в этой атмосфере. В таких случаях однозначно нужно давать ребёнку возможность выбора, чтобы он посмотрел, а что же есть ещё.
Анастасия Горелова: Что вы скажете по поводу родителей, которые, как ясновидцы, предрекают судьбу ребёнка ещё с трёх лет? Он собирает из кубиков креативные домики. Родители говорят: «Всё, ты будешь архитектором, у тебя всё получится». Ребёнок свято в это верит, продолжает на протяжении жизни доказывать родителям: вот, я архитектор, как вы хотели. Но ему самому это не нравится, он бы хотел ещё что-то попробовать. Насколько это правдивая история, как часто встречается?
Евгения Бочарова: Это момент на карандаш, чтобы можно было наблюдать. Такие ситуации бывают, когда ребёнок свято верит в то, что он будет именно этим специалистом. Были у меня такие моменты, когда оказывалось, что это не так, ребёнка интересует что-то другое. Но установки, которые мы приобретаем в течение жизни, часто бывают сильнее наших приоритетов и желаний. Поэтому здесь есть смысл для начала разобраться со своим внутренним состоянием.
Анастасия Горелова: Как не бояться, избежать этого стресса при поступлении в университет? Часто подростки думают: выберу профессию раз и навсегда, у меня нет права на ошибку.
Евгения Бочарова: В современном мире всё поменяли на слова «У тебя есть абсолютно все возможности», «Ты можешь делать сколько угодно ошибок», «Вся жизнь впереди» и так далее. Но есть смысл выбирать вариант, который будет тебя удовлетворять во всём.
Анастасия Горелова: Как понять, в чём твоё призвание? Ведь те же кино и социальные сети создают идеалистическую картинку о профессии. Из-за этого ожидание и реальность не совпадают. Что с этим делать?
Евгения Бочарова: Как выбрать? Ответ: никак. Потому что мы приходим к принятию какого-то решения относительно своего призвания, предназначения, жизненного пути только начиная с 25 лет. До этого идёт время проб и ошибок.
Анастасия Горелова: Что посоветуете родителям, которые так или иначе влияют на выбор профессии подростком?
Евгения Бочарова: Первое, что важно сделать, — составить карту личности ребёнка, чтобы вы понимали, чем он дышит, какие у него ценности, приоритеты. Это мы можем делать в том числе через анализ всех его действий, решений, жизненных событий, в которых он как-то проявлялся. Далее можем определить, какой предмет следует выбирать на ОГЭ и ЕГЭ. После этого начинаем использовать какие-то профориентационные инструменты.
Если вы не собираетесь пользоваться консультацией профессионала, то есть смысл посмотреть тестирования. Только после этого открывать сервисы «Поступи Онлайн», Учёба.ру, какие-то ещё, где вы можете увидеть весь спектр образовательных учреждений и специальностей, чтобы определиться с выбором. На всё это уходит минимум два-три месяца.
Полную версию интервью смотрите в этом видео:
#Городское телевидение. Полезный город #Молодёжь #Работа #Образование