Городская волна
Настрой город для себя

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Однажды в Новосибирске: староверы, капитализм и морозовская пластинка

7 апреля на радио «Городская волна» (101.4 FM) прозвучал очередной выпуск «Вечернего разговора об истории Новосибирска». В студии побывали заведующая Музеем на набережной, куратор выставки «Хранители веры» Оксана Кузнецова и руководитель Музея истории старообрядчества Сибири Александр Емельянов. «Новосибирские новости» публикуют полную расшифровку программы.

Евгений Ларин
Евгений Ларин
11:55, 12 апреля 2023

Взгляд назад. Исторический календарь

3 апреля 1917 года в Ново-Николаевске прошли выборы депутатов Городского народного собрания. Причём произошло это без каких бы то ни было указаний Временного правительства. Решение принял Томский губернский комитет общественной безопасности.

Выборы в Ново-Николаевское Городское народное собрание стали политическим триумфом эсеров — социалистов-революционеров. Из 80 мест эсеры получили 67 мандатов. Но Временное правительство отказалось признавать самовольно созданные после революции органы местного самоуправления. В октябре 1917 года прошли новые выборы в Городскую думу, а Городское народное собрание прекратило свою деятельность.

4 апреля 1923 года было создано Сибирское отделение Общества Друзей Воздушного Флота.

4 апреля 1930 года Новосибирское отделение Осоавиахима, то есть Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству, выступило с призывом к трудящимся об отчислении средств на постройку самолёта «Новосибирец». Деньги собрали, и их хватило на постройку даже двух самолётов.

Александр Покрышкин вспоминал: «На торжественном митинге авиаторам были переданы самолёты “Новосибирец” и “Сибкомбайновец”. Мне посчастливилось быть на митинге. Я слушал взволнованные выступления ораторов, смотрел на поблёскивающие свежей краской машины и думал: моя дальнейшая жизненная дорога — только авиация».

6 апреля 1913 года в Ново-Николаевске освятили церковь в честь Вознесения Господня, ныне это Вознесенский кафедральный собор Новосибирской епархии Русской Православной Церкви.

IMG_8221.JPG
Вознесенский кафедральный собор. Фото: nsknews.info

8 апреля 1987 года принято решение «Об утверждении ежегодного празднования Дня города Новосибирска». По замыслу чиновников и партийных руководителей, День города должен был способствовать продолжению революционных, боевых и трудовых традиций города. Праздник должен был пропагандировать экономические и социальные достижения трудовых коллективов, воспитывать у горожан патриотизм и любовь к родному городу. Устроители праздника предполагали, что он будет способствовать превращению Новосибирска в город высокой культуры, образцового порядка и здорового быта.

Соответственно задаче — продолжать революционные, боевые и трудовые традиции — первое празднование Дня города назначили на 4 октября 1987 года к дате 70-летия Октябрьской революции.

9 апреля 1930 года появилось первое сообщение об отправке в Сибирь звуковой кинопередвижки. Показ фильмов был назначен на 20 апреля. В программу показа вошёл в том числе звуковой фильм «План великих работ» и звуковой мультфильм «Тип-Топ» про чернокожего мальчика, который путешествует с приехавшей иностранной делегацией по Москве и встречается с членами правительства.

NET_9421.JPG
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

9 апреля 1942 года обком ВКП(б) получил справку стройотдела Управления НКВД по Новосибирской области «О количестве заключённых на контрагентных строительствах». Из неё следовало, что на строительстве различных объектов было занято 13 429 заключённых.

9 апреля 1943 года в Новосибирске открылось командное речное училище имени Дежнёва.

 

Однажды в Новосибирске. Инженеры под мостом

5 апреля 1897 года был сдан в эксплуатацию одноколейный девятипролётный железнодорожный мост Транссибирской магистрали через Обь в створе села Кривощёково. Мост построили по проекту петербургских инженеров Николая Белелюбского и Николая Богуславского. На это потребовалось чуть менее четырёх лет и примерно два миллиона ещё тех — царских — рублей.

Торжественная закладка первого камня в правобережный устой будущего моста состоялась 20 июля 1894 года у села Кривощёково. Как писала петербургская газета «Новое время», произошло это в полдень в присутствии губернатора тайного советника Тобизена, строителей железной дороги, многочисленной публики и при огромном стечении народа.

Строить мост планировали начать ещё больше года назад. Задержка начала возведения моста произошла из-за того, что 8 сентября 1893 года инженер Александр Конопчинский подал в управление строительства обоснованный рапорт о целесообразности переноса моста на 200 саженей, — 426 метров, — выше по реке. Это дало сэкономить 800 000 рублей.

IMG_9475.jpg
Фото: nsknews.info

Для строительства моста применили пролётные строения консольно-балочной системы из сварного железа. Русловая часть моста была перекрыта семью пролётами общей длиной 795 метров. Опоры моста сделаны из бутовой кладки в гранитной облицовке.

Первое движение по мосту началось 31 марта 1897 года. До этого в течение трёх дней, с 28 по 30 марта, проходили испытания. Их принимала специальная комиссия Министерства путей сообщения под председательством автора проекта моста — профессора Николая Белелюбского.

Испытания делились на два этапа. Сначала прошли статические испытания. На мост заехали четыре сцепленных паровоза системы компаунд, которые весили в сумме 206 тонн. Затем предстояло провести динамические испытания. Два паровоза с 28 гружёными вагонами прошли по всей линии моста с различной скоростью, нагрузками, ускорениями и торможениями.

По старой традиции во время испытаний под мостом на льду стояли его строители, инженеры, проектировщики, как бы говоря тем самым, что головой отвечают за качество сооружения.

Испытания прошли благополучно, и 5 апреля 1897 года по мосту открыли так называемое «правильное движение», — заработали все службы и поезда стали ходить уже по расписанию.

 

Было — не было. Хранители веры

Гости в студии «Городской волны» — заведующая Музеем на набережной, куратор выставки «Хранители веры» Оксана Кузнецова и руководитель Музея истории старообрядчества Сибири Александр Емельянов.

Евгений Ларин: В Музее на набережной, — это отдел Музея Новосибирска — 7 апреля открылась новая выставка. Экспозиция получила название «Хранители веры». О ней мы сегодня и поговорим, точнее, она станет поводом для нашей сегодняшней беседы.

Выставка «Хранители веры» — это совместный проект, коллаборация, как сейчас принято говорить, Музея на набережной и Музея истории старообрядчества Сибири.

Чтобы у наших слушателей сложилось представление о предмете нашего разговора, давайте расскажем, о чём эта выставка, — «Хранители веры», — и что ждёт посетителей на экспозиции.

Оксана Геннадьевна, как куратор выставки, сделайте небольшую презентацию!

Оксана Кузнецова: Наверное, стоит начать с предыстории возникновения идеи этой выставки. Изначально мы делали другую выставку — «Сибирь. Земля обетованная»  — и пришли в гости к Александру Николаевичу Емельянову, руководителю Музея истории старообрядчества Сибири. Один подраздел выставки о переселенцах мы хотели посвятить старообрядцам, которые сюда приезжали, осваивали Сибирь. И когда мы увидели все эти редчайшие предметы, уникальные реликвии, то вышли с мыслью, что нам нужно показать посетителям всю эту глубину...

Евгений Ларин: Более развёрнуто?

Оксана Кузнецова: Да! Показать и рассказать о духовной культуре старообрядчества. Появилась идея от большего пойти к меньшему. Нам пришлось перенести выставку «Сибирь. Земля обетованная» на более позднее время, чтобы создать выставку «Хранители веры».

Евгений Ларин: Что же это за уникальные реликвии?

Оксана Кузнецова: Каждый раздел выставки можно рассматривать как самостоятельную экспозицию! Это книжное дело, это иконы, в том числе меднолитые иконы, складни, кресты с 11-го по 19-й век.

Евгений Ларин: 11-й век?!

Оксана Кузнецова: Да, это домонгольский период. Что касается книжного дела, то книг у нас представлено много, — рукописных, написанных скорописью, и печатных. Самая ранняя книга датируется 1591 годом, то есть она вышла в свет ещё до никоновской реформы. Мы решили расширить этот раздел и продемонстрировать все этапы создания книги. У нас на выставке появилась особым образом оформленная зона, — мастерская иконописца и книжника. Мы хотим рассказать посетителям, как всё это создавалось, какие инструменты использовались для создания икон, какие этапы написания проходила икона, кто такие иконописец и книжник.

Евгений Ларин: Ещё хочу задать чуть более сложный вопрос: зачем эта выставка?

Оксана Кузнецова: Мне бы хотелось, чтобы как можно больше людей узнали про этот огромный пласт истории нашей страны, через эти редчайшие экспонаты углубились, погрузились и прочувствовали это название, — «Хранители веры», — которое абсолютно точно подходит для экспозиции. Старообрядцам удалось сохранить нашу историю, несмотря на все гонения, которые они испытывали веками.

Евгений Ларин: Александр Николаевич, вы экспонируете эти предметы в своём музее, даёте их во временное пользование в другие музеи. Как вы видите предназначение такой выставки, где собраны, действительно, редчайшие и уникальные предметы?

Александр Емельянов: Я начну с того, что несколько лет назад мы в Новосибирске провели реальный социальный опрос среди горожан, которые посещают Центральный парк, записывали интервью на видео. Мы задавали всем один вопрос: что вы знаете о старообрядчестве? Ответы нас поразили.

В основном, люди, конечно, говорили, дескать, не знаю, забыл, что-то слышал, мол, но не в курсе. Были ответы абсолютно нелепые, несуразные, которые даже нет смысла приводить. И только, по-моему, два человека, — школьник и молодая студентка, видимо, вчерашняя школьница, у которых ну хоть какой-то курс истории ещё не забыт, по крайней мере, смогли назвать имена боярыни Морозовой, патриарха Никона, то есть тех людей, имена которых тесно связаны с историей Раскола второй половины 17-го века, с историей старообрядчества. Ситуация очень интересная: народ своей истории-то не знает, корней не помнит.

IMG_5439.JPG
Оксана Кузнецова и Евгений Ларин. Фото: Сергей Тарасов, nsknews.info

Евгений Ларин: Да, от обывателя, то есть среднестатистического мирянина, часто приходится слышать примерно такие выражения, как «христиане и католики». Или «православные и старообрядцы». Я ни в коем случае не хочу никого обидеть, но выясняется, что в вопросах веры наши люди часто бывают невежественны.

Александр Емельянов: К сожалению, это так. Такие простые, казалось бы, термины и понятия для большинства людей — это даже не высшая школа, это какая-то учёная степень. Поэтому первая причина, по которой мы стали заниматься выставочной деятельностью, — это желание рассказать людям историю не на уроках и лекциях, а наглядным путём. А вторая причина, по которой мы делаем эти выставки, в том, что мы обращаем внимание на культурный фон, культурную среду, которая окружает нас здесь и сейчас, в наши дни в нашем Новосибирске. И мы понимаем, что глубоко исторического с духовным подтекстом наполнения в этой среде, конечно, мало. По-моему, его вообще нет. Практически нет. Очень низкий процент. И чтобы как-то восполнить эту пустоту, мы стараемся делать наши выставки и организовывать прочие мероприятия.

Евгений Ларин: Давайте, по возможности, определимся с базовым понятием: что мы называем старообрядчеством? В чём его соль? Почему возник церковный раскол, а противоречия оказались настолько непримиримыми, что заставили приверженцев старой веры бежать в сибирскую глушь и другие отдалённые уголки России? Что случилось?

Александр Емельянов: Давайте посмотрим, что представляла собой Русь к середине 17-го века. В конце 16-го века закончилось время правления Рюриковичей, было страшное Смутное время, — мы его преодолели. Однако и наследие Ивана Грозного было велико, — расширились пределы государства Российского, пошло освоение Сибири, русские казаки основывали остроги, брали дань с коренных народов, осваивали новые территории. На царствование были призваны Романовы. И, казалось бы, пришло мирное время, государству нужно развиваться дальше.

К тому времени, к середине 17-го века, при юном царе Алексее Михайловиче Романове возник кружок ревнителей благочестия. Туда вошёл незабвенный будущий лидер старообрядчества протопоп Аввакум, Иван Неронов, будущий патриарх Никон, который был ещё митрополитом, и другие ревнители, которые, действительно, хотели лучшего. Они хотели упорядочить богослужение Русской церкви, избавить его от некоторых негативных моментов, которые проявлялись на службах, привести в порядок книжные образцы. Конец 16-го века был переходом от рукописного исполнения книги к печатному, — давно работал Московский печатный двор, печатались книги. Нужно было всё это упорядочить, привести к общему знаменателю. Но потом это вышло в совершенно другую плоскость, сыграло, как говорится, злую шутку, хотя ничего шутливого здесь нет.

При заступлении на патриарший престол патриарх Никон задумывает церковную реформу. Не он один, а вместе с царём Алексеем Михайловичем. Многие даже считают именно царя инициатором этой церковной реформы, после которой всё и началось.

Евгений Ларин: Какие принципиальные различия привели к обострению, настоящему конфликту, не просто к ссоре, а к войне?

Александр Емельянов: Рассказывать обо всех причинах будет очень долго. Это нужно рассказывать всю историю Раскола, а это будет целая лекция и, может, даже не одна. Поэтому я забегу в конец и скажу, что там было в конце.

В процессе этой реформы были изменены тексты книг, изменены некоторые богослужебные чины, имя Иисуса стали писать с двумя «и», как сейчас, а раньше его писали с одной «и», — Исус.

Евгений Ларин: И это тоже что-то означало?

Александр Емельянов: Конечно! Это священное имя, и для каждого русского верующего человека с тем средневековым мышлением это было нечто незыблемое, то, что нельзя было трогать.

Немаловажным был вопрос о совершении крестного знамения, — двуперстно или трёхперстно. Со времён Крещения Руси у нас крестились двуперстным крестным знамением. И Стоглавый собор середины 16-го века при митрополите Макарии и юном царе Иване Грозном закрепил это правило в своих постановлениях. Там даже было выведено такое заключение: «Аще кто не знаменается двема персты, яко же и Христос, да будет проклят». Это было принято в пику тому, что на Русь уже тогда приходили и немцы, селились и жили, и армяне, то есть представители других христианских конфессий, которые молились по-разному, крестились по-разному. Полемика сравнительного богословия, сравнения разных вер, началась ещё с 16-го века. И, как в любой полемике, свои позиции нужно было как-то закрепить. В частности, постановление Стоглавого собора о двуперстии было именно таким.

А во второй половине 17-го века патриарх Никон объявляет, что отныне креститься нужно не двумя, а тремя перстами, как на тот момент крестилась современная им греческая церковь. Почему это произошло? Да потому что всю церковную реформу, всю книжную справу 17-го века [книжная справа — деятельность в Русской церкви по редактированию текстов переводов богослужебных книг в 1640–1660-е годы. — Прим. автораНикон решил делать не по древним русским образцам, а по греческим образцам того времени, которые представили ему его делегаты на востоке, приехавшие на Русь греческие иерархи и монахи. У них были свои цели, свои планы. Они, конечно, хотели заступничества русского царя против османов, которые их осаждали, притесняли. А взамен этого они пообещали, что щит русского государя будет прибит на воротах Царьграда, русский царь будет новым императором Третьего Рима, великой восточной христианской империи, а патриарх Никон — Вселенским патриархом. Но для этого нужна всего малость — подвести к общему знаменателю, под единый образец греческое современное богослужение и русское, которое было искони.

В деяниях Собора 1666-67 годов, который собственно и дал раздел, была очень страшная фраза о том, что кто теперь не крестится трёхперстно, как повелел патриарх, кто не принимает реформу, тот теперь будет находиться под анафемой. Соборные постановления того времени предусматривали анафему, то есть проклятие для тех, кто этого не принимает и не придерживается. И что увидели в этом поборники «древлего благочестия»? Они увидели не что иное как анафему и проклятие всей той дораскольной церкви, всему тому древнему русскому благочестию, в котором и просиял тот сонм святых, который был от начала Крещения Руси. Это и первые русские мученики, — князья Борис и Глеб, и Сергий Радонежский, и Антоний Печерский, все-все-все преподобные, все святители, все первые пять Московских патриархов, которые пребывали в этом благочестии, — все они оказались под этими нелепыми анафематствованиями 1666-67 годов.

Евгений Ларин: Оксана Геннадьевна, изменилось ли ваше представление о такой неисчерпаемой теме, как старообрядчество во время подготовки выставки?

Оксана Кузнецова: Александр Николаевич правильно сказал, что познания людей в этой области очень малы. В своё время в школе я даже сдавала экзамен по теме Раскола, я кое-что об том знала, но когда мы начали изучать материал, то в каждом разделе открывалась просто невероятная глубина духовной истории.

Евгений Ларин: Кажется, что четырёх стен выставочного зала явно мало для этой выставки.

Оксана Кузнецова: Перед нами стояла непростая задача — попытаться вместить всю представленную коллекцию. Но мы с этой задачей справились.

IMG_5448.JPG
Александр Емельянов и Оксана Кузнецова. Фото: Сергей Тарасов, nsknews.info

Евгений Ларин: Александр Николаевич, откуда пришли все эти предметы, которые мы видим на выставке?

Александр Емельянов: Основу нашей музейной коллекции составляют предметы, которые хранятся у нас в кафедральном соборе. Это уже довольно старые предметы, они не бывают в богослужебном обиходе, пользоваться ими небезопасно для их сохранности. И мы включили их в нашу музейную экспозицию. Это иконы, книги, облачения и часть других предметов. Другая часть предметов поступает к нам от частных лиц. Бывает, что люди приносят предметы. Не так часто и не так много, но приносят. Преимущественно это семьи наших прихожан-старообрядцев. Кто-то принесёт книгу, кто-то — какой-то предмет быта, сундук, прялку или что-то ещё. Всё это мы, конечно, с благодарностью берём. И часть предметов у нас — из личных домашних собраний старообрядцев, которые переданы во временное хранение в музей, это также книги и иконы, медное литьё.

Небольшую часть нашей коллекции нательных крестов, которая стала её основой, нам передал теперь уже наш друг и коллега, реставратор металлопластики и коллекционер из Нижегородской области Александр Рубашкин. Он узнал, что у нас есть музей, — не виртуальный, а настоящий, — и прислал нам несколько крестов разных периодов, в том числе домонгольские кресты 11-12-го веков, которые мы можем сейчас видеть на выставке в Музее на набережной.

Музей Новосибирска_023.jpg
Фото: Музей Новосибирска

Евгений Ларин: А что-то выдаёт в тех или иных предметах их происхождение по регионам?

Оксана Кузнецова: Да, у нас, например, представлена икона 18-го века невьянской школы, это Урал.

Александр Емельянов: Есть ещё одна уральская икона 19-го века, без определения конкретного места. А самая старая икона из нашего собрания, недавно у нас появившаяся, — это икона «Евангелист Марк» 17-го века из Ярославля.

Евгений Ларин: Известная школа гуслицкой росписи — это же тоже центр России?

Александр Емельянов: Да, Гуслицы — это Подмосковье, нынешний знаменитый Орехово-Зуевский район. Гусляки вообще были большими мастерами, но прославились они, в основном, не как иконописцы, а как оформители и переписчики книг, в особенности книг певческих. Расцвет школы гуслицкого книгописания пришёлся на 19-й век. Они, действительно, создавали шедевры, их мастерство было очень высоким. Мы рады и по-хорошему горды, что в нашей коллекции есть эти гуслицкие певческие книги, мы смогли их представить на выставке.

Евгений Ларин: Есть такое обывательское представление, — вам оно прекрасно известно, — что старообрядцы — это такие суровые мрачные люди, которые носят чёрную одежду, ни с кем не хотят разговаривать и дружить вообще ни с кем не хотят. И живут они где-то в страшной глуши, чтобы их никто не видел и не трогал. И жизнь их связана с невероятным количеством всевозможных запретов, немыслимых с точки зрения обычного человека, даже верующего, ну, или считающего себя верующим.

И вот можете себе представить, каково было моё удивление, когда я узнал, что среди членов Ново-Николаевской старообрядческой общины были и гласные, — то есть депутаты, — Городской думы, и купцы, и промышленники. Люди весьма состоятельные и очень влиятельные!

И мне кажется, что здесь есть какое-то противоречие. Как деятельность человека, глубоко верующего христианина, который заведомо должен исповедовать принципы нестяжательства, может быть направлена на обогащение? А он коммерсант, предприниматель, промышленник. Как с этим быть?

Александр Емельянов: А с этим всё очень просто. Дело в том, что с конца 17-го века и по 1905 год старообрядчество подвергалось гонениям. Причём не просто гонениям, но это были реальные репрессии, в результате которых люди, несмотря на возраст, пол, духовный сан, заключались в остроги, в тюрьмы, в земляные ямы, казнились смертной казнью. Разумеется, не за то, что они крестились двумя, а не тремя перстами, им вменялись серьёзные преступления. За что сожгли протопопа Аввакума? За великие на царский дом хулы! Аввакум, действительно, в конце своей жизни неистово обличал царя, грозил ему проклятиями. Но, по-моему, он имел на это право. А знаете, почему? Потому что они были дружны некогда. Вот если бы Аввакум не знал царя и где-то ему кулаком грозил, это было бы другое дело. Но царь был вчерашним сподвижником, товарищем Аввакума, они некогда были вместе, они шли вместе, одержимые общей идеей сделать всё хорошо в нашем государстве и в церкви. И вдруг вот такой разворот! Поэтому Аввакум царя сперва по-дружески увещевал, по-отечески, ласково, мягко и дипломатично. 

Но когда это не работало, когда Аввакума несколько раз ссылали, дважды он ходил в ссылку в Сибирь, на север, когда у него в результате этих ссылок умерло несколько детей, когда он 15 лет просидел в земляной яме, он, конечно, превратился в другого человека.

Обстоятельства его настолько закалили, что всё мягкое и сердечное у него превратилось в камень. И тогда он, действительно, стал огнепальным.

Старообрядчество, конечно, подвергалось гонениям, оно было официально гонимым. Было очень много запретов, прописанных в законах и царских указах. И не только в царских, но и в постановлениях обер-прокурора Синода. Пётр Первый упразднил патриаршество, а вместо него работал государственный орган — Синод.

И только в 1905 году, благодаря стараниям старообрядцев, но не простых, не из низких слоёв населения, а тех старообрядцев, кто был немного повыше, — промышленников, предпринимателей, купцов. В 1905 году Николай Второй опубликовал знаменитый манифест «Об усовершенствовании государственного порядка» и дал тем самым религиозную свободу старообрядцам. И гнёта, который довлел над старообрядцами 250 лет, не стало, появилась свобода. Потенциал старообрядчества, как пружина после многолетнего сжатия, начал раскрываться. И вот, как вы говорите, вроде с одной стороны нестяжатели, замкнутые люди, а с другой стороны некоторые из них стали большими людьми. Так вот по причине этих гонений старообрядчество, чтобы выжить, должно было приспосабливаться к этим условиям. Не прогибаться под них, а уметь выживать в этих условиях. Что хочешь делай, хоть умри, но ты должен выстоять. И они выстаивали. Они были крепкими, хозяйственными, у них был принцип общины, — общинные поселения, общинный труд, у них всё было общим. Они добивались определённых успехов и в сельском хозяйстве. Взять старообрядцев в Забайкалье. Горсточку русских сослали в страшную степь за раскол, как Некрасов писал. А потом туда приехали, а там хлеба колосятся. Так же и в купечестве, и в промышленности. Они сумели сколотить себе капиталы. После 1905 года в руках старообрядцев были и банковское дело, и крупная промышленность. Старообрядцы абсолютно не чурались передовых технологий. Первый в Российской империи автомобильный завод АМО, — Автомобильное московское общество, — это было детище старообрядцев Рябушинских.

IMG_5455.JPG
Оксана Кузнецова и Евгения Ларин. Фото: Сергей Тарасов, nsknews.info

Евгений Ларин: Казалось бы, противостояние всему новому... Об этом можно услышать в десятках и сотнях фильмов про старообрядцев, которые можно найти в интернете.

Александр Емельянов: Противостояние всему новому — это не более чем стереотип. Здесь надо разобраться. Всему новому, что приходит извне в виде того, что влияло бы на религиозную свободу человека, — это да. Но в области промышленности, производства — нет. Здесь только то, что должно нормально работать. Здоровый капитализм.

Евгений Ларин: А давайте на примерах ново-николаевских старообрядцев, оставивших наибольший след в истории города.

Александр Емельянов: У нас есть материалы о члене ново-николаевской общины, члене совета этой общины, успешном предпринимателе, — Тарасе Антоновиче Чернышёве. И то у нас, наверное, не совсем полные сведения об этом человеке. Мы надеемся, что кто-то из новосибирских или барнаульских краеведов сможет о нём сказать больше. Тем не менее, то, что мы о нём знаем, нам поведал его внук, ныне живущий в Австралии, — там несколько общин старообрядцев, ушедших в своё время из Китая. В 1930-е годы они уходили в Китай, потом в 1950-60-х годах оттуда они перебрались уже в Австралию, и там живут до сих пор, в частности, в Сиднее.

Тарас Антонович Чернышёв был уникальным человеком. Его отец, Антон Савельевич Чернышёв, в начале 20 века взял свою семью и из Пензенской губернии переехал в Ново-Николаевск. Тарас Антонович с юных лет помогал отцу. Они открыли торговый дом «Антон Чернышёв и сыновья», у них была паровая мельница, паровая лесопилка, которые находились на Чернышёвской пристани, туда вела улица Чернышёвский спуск.

Евгений Ларин: Которую почему-то называют Чернышевским спуском.

Александр Емельянов: Да, хотя на самом деле автор романа «Что делать?» к этому вообще никакого отношения не имеет. Спуск Чернышёвский, потому что Тарас Антонович Чернышёв был главным человеком на том участке. И его лесопилка, — лесопильный завод, — производила настолько хороший материал, что он отправлялся на экспорт в Англию и использовался в кораблестроении. Из него делали настил для палуб кораблей. Казалось бы, Англия — морская держава, владычица морей, уж у неё-то всё самое-самое. И где же она брала лес для частей своих кораблей? В Ново-Николаевске, у старообрядца Чернышёва! Вот вам, пожалуйста, уровень. В каком-то из годов на одной из всемирных выставок в Париже, которые там тогда проводились, крупчатка с мельницы Чернышёва завоевала один из первых призов.

Очень интересную деталь описывает старообрядческий писатель Фёдор Мельников в своей книге «Краткая история старообрядческой церкви». Тарас Антонович, действительно, был человеком знаменитым и уважаемым. Мало того, что он был гласным Городской думы и владельцем собственного бизнеса, он по долгу своей службы часто бывал на приёмах у губернатора в Томске. И если приём проходил в постный день, то губернатор чётко знал, что Чернышёв ни в коем случае не притронется к скоромному блюду. Зная, что Чернышёв будет на приёме, губернатор приказывал отдельно для него готовить постный стол. Все гости принимали общую трапезу, но Чернышёв — строго постное. Вот такой был человек.

Евгений Ларин: Известен факт, что нынешнее здание главпочтамта — это бывшее здание Богородско-Глуховской мануфактуры, которое принадлежало знаменитому Арсению Морозову из старинного богатого старообрядческого рода.

pochta комаров.jpg
Главпочтамт. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Александр Емельянов: Это самый знаменитый род!

Евгений Ларин: Но ведь есть ещё несколько памятников архитектуры, которые также остались после известных ново-николаевских старообрядцев!

Александр Емельянов: Да, но это уже не такие знатные люди, как Морозов, это наши горожане, — Поляковы, Филипповы, Ефремовы. Некоторые здания сохранились, они находятся в исторической застройке Красного проспекта, но, к сожалению, на них нет ни табличек, ни QR-кодов, которые бы рассказывали об истории этих зданий и об их бывших владельцах. Но, возможно, в будущем нам удастся разместить такую информацию для горожан и гостей Новосибирска.

Евгений Ларин: Отрадно, что наш слушатель придёт на выставку в Музей на набережной уже достаточно подготовленным, но, тем не менее, остался ещё один вопрос, который хотелось бы прояснить.

Оксана Геннадьевна, какие, на ваш взгляд, предметы заслуживают наиболее пристального внимания со стороны посетителей выставки?

Оксана Кузнецова: Мы поговорили про певческие книги, сказали про Арсения Морозова. Мы не сказали ещё об одном очень редком предмете — это пластинка с записью знаменного пения Морозовского хора. Это один из уникальнейших экспонатов на выставке. Ещё нужно сказать про иноческие облачения.

Евгений Ларин: Подождите! И что, эта пластинка, — она играет? Её можно послушать?

Александр Емельянов: Она играет, её можно послушать, но на проигрыватель её лучше не ставить в целях обеспечения сохранности экспоната. Все желающие смогут послушать оцифрованную запись именно с этой пластинки. Скорее всего, это единственный сохранившийся экземпляр в мире.

Евгений Ларин: Как это так могло получиться?

Александр Емельянов: Как такое могло получиться, я не знаю, но с этой пластинкой связана очень интересная история. Это история о том, как она к нам попала.

Дело в том, что я, будучи по образованию хормейстером, занимаюсь ещё и регентской службой в нашем кафедральном соборе. Интерес к старообрядческому пению — это мой профессиональный интерес.

Во времена оные, то есть до революции, существовал знаменитый в старообрядчестве Морозовский хор, который Арсений Иванович Морозов организовал из рабочих своих мануфактур и их детей в Богородске. И это был не просто хор, который пел на богослужениях в храмах, это было, как бы сейчас сказали, что-то вроде лаборатории.

Евгений Ларин: Творческой?

Александр Емельянов: Да, возможно. Дело в том, что участников этого хора, особенно детей, брали туда как в некое училище. Их обучали музыкальной вообще и крюковой грамоте в частности и даже игре на некоторых музыкальных инструментах. У них был хор-класс, постановка голоса. То есть Морозов решил сделать нечто вроде профессионального хора из старообрядцев. Такого никогда нигде раньше не было. Вот ещё один факт, подтверждающий то, что старообрядцы во многом были пионерами. И Морозов был первым, кто записал старообрядческое богослужебное пение на пластинки.

Евгений Ларин: Передовой звуковой носитель!

Александр Емельянов: Да! Если я не ошибаюсь, то только в 1899 году произошёл переход от эры восковых валиков Эдисона к записи на граммофонные пластинки. А уже в 1902 году, — то есть практически сразу же, — Морозов пишет свой хор на пластинку. И вот эта первая пластика долгое время нигде не упоминалась.

Музей Новосибирска_008.jpg
Фото: Музей Новосибирска

Есть множество исследователей, учёных, которые занимаются не только старообрядческим богослужебным пением, но и непосредственно историей Морозовского хора. Исследователь из Москвы, доцент Московской консерватории Ирина Владимировна Дынникова защищала по этой теме диссертацию. Морозовский хор — это её научная тема, но даже в её описях изданных морозовских пластинок, которые выпускали несколько компаний, эта пластинка не была учтена. Она нигде не фигурировала.

Я в своё время, общаясь на одном из старообрядческих форумов, поднял тему этих пластинок. Ни у кого их не было, — это сейчас страшный раритет, большая редкость. В прошлом году на одном из аукционов мне попадалась морозовская пластинка более позднего года выпуска, она торговалась в нескольких экземплярах. Я не смог её выторговать, стоимость исчисляется десятками тысяч рублей за один экземпляр.

На форуме у нас завязалась беседа с одним из коллекционеров, и он сказал, что у него есть такая пластинка, я сразу понял, что это пластинка, доселе неизвестная. Хор был записан под руководством самого первого головщика, — Ивана Аверьяновича Фортова, кстати, родственника недавнего президента Российской академии наук.

Евгений Ларин: Вот так!

Александр Емельянов: Да, вот так. И здесь тоже старообрядцы. С тем коллекционером у нас завязались переписка и общение, результатом которых стал дар этого человека в мои руки этой пластинки. Он рассудил так, что пластинка должна вернуться в свою историческую среду, а он не старообрядец и не знаток знаменного пения. И он решил, что нам эта пластинка нужнее. И вот сколько лет прошло, а я не перестаю благодарить этого человека, всегда поминаю его добрым словом.

Евгений Ларин: И ещё мы начали говорить об иноческих облачениях.

Александр Емельянов: Это одежда простых монахов, причём монахов-скитников, которые жили в скитах Тувы. В лесах и на горах, как писал Мельников-Печерский. Это облачения начала 20-го века, они очень заношенные, весьма потрёпанные. Мы специально не стали ничего восстанавливать, чтобы они были в своём аутентичном виде. Эти облачения тоже стоит посмотреть, потому что их не просто носили люди. Их носили люди, жившие в самых экстремальных условиях — без каких бы то ни было коммунальных услуг. Есть тайга, в ней есть избушка, рядом течёт ручеёк. А всё остальное — это рыба, ягода, охота. Живи и богу молись. Эти облачения у нас тоже представлены на выставке.

Оксана Кузнецова: А рядом можно увидеть иноческие вериги.

Александр Емельянов: Это конструкция из цепей и пластин, которая надевается как шлея на тело человека для постоянного ношения. Создаёт крайне неудобные условия и неприятные ощущения. Снять эти вериги человек не может, они заклёпываются особым способом.

Евгений Ларин: Чтобы жизнь мёдом не казалась?

Александр Емельянов: Да, у монахов издревле есть такая духовно-телесная практика, касающаяся усмирения плоти.

Евгений Ларин: Огромное спасибо вам за беседу!

Главные новости из жизни нашего города — подписывайтесь на нашу группу в Одноклассниках.

Слушать аудиоверсии программы «Вечерний разговор об истории» теперь можно также в разделе подкастов на Яндекс Музыке.

Что происходит

Об истории новосибирского хоккея расскажут на Городской волне

Тюльпаны, розы, орхидеи: поток цветов идёт в Новосибирск

Сирены завоют 6 марта в Новосибирске — горожан просят не паниковать

Участок для захоронения иудеев выделили на Заельцовском кладбище

45 кошек вывезли за рубеж из Новосибирской и Томской областей

Приём документов на конкурс по выбору мэра Новосибирска стартовал 1 марта

Хэй, хвостатый, выйди из кадра: как коты попадают в Новосибирские новости

Афиша выходных: «Бахыт-компот», музыкальный гипноз и кино про Босха

Новое с 1 марта 2024 года: VPN, ОСАГО, винные бутылки и когтеточки

«Работы будет больше»: губернатор Травников о послании президента

«Закроются сами»: новосибирские депутаты о блокировке работы наливаек

Показать ещё