Городская волна
Настрой город для себя

Городской треш

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Городской треш

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Вечерний разговор: как помочь своему ребёнку в сложной ситуации

Почему «трудные» подростки всё чаще встречаются в благополучных семьях? Кто в большей степени должен воспитывать детей — школа или родители? К кому обращаться, если вы почувствовали, что не в состоянии правильно воспитать своего ребёнка? Об этом и многом другом рассказала 8 августа гостья программы «Вечерний разговор» — начальник отдела по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Центрального округа Наталья Дмитриева — на радио «Городская волна» (101,4 FM).

Иван Конобеев
Иван Конобеев
16:15, 12 Августа 2019

Иван Конобеев: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели! В студии Иван Конобеев. И сегодня [8 августа] мы поговорим о наших детях, о том, как они себя сегодня чувствуют в нашем непростом взрослом мире.

Я пригласил для разговора в нашу студию начальника отдела по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Центрального округа Наталью Александровну Дмитриеву. Здравствуйте!

Наталья Дмитриева: Здравствуйте, Иван Сергеевич!

Иван Конобеев: Я как депутат не так давно был делегирован в районную комиссию по делам несовершеннолетних. И то, что я вижу — комиссия собирается два раза в месяц — и туда приходят дети и родители. Почему и как — мы позже поговорим. Но то, какие проблемы переживают новосибирские семьи, заставляет глубоко задуматься.

Я с удивлением обнаружил, что проблемы с детьми касаются не только так называемых неблагополучных семей. Они есть и в семьях благополучных. И даже очень благополучных. И я думаю, что наш сегодняшний разговор будет полезен для многих родителей, у которых есть дети. Особенно, наверное, подросткового возраста.

У Натальи Александровны, я так понял, психологическое образование. Вы работаете на такой ответственной должности, имея такое нужное образование. И первый вопрос у меня для понимания: что такое комиссия по делам несовершеннолетних?

Для меня комиссия по делам несовершеннолетних — это такое «родительское собрание», куда приглашают родителей ребёнка в случае, если в воспитании и поведении ребёнка что-то пошло не так, возник какой-то «сбой». И на этой комиссии этот «сбой» пытаются нивелировать. Вообще, каковы задачи комиссии? Кто в неё входит? Потому что там довольно много людей находится, когда рассматривается каждый случай.

Наталья Дмитриева: Возможно, вам и представляется, что это некое родительское собрание, а у меня совершенно другое мнение. Это некий координирующий орган, в состав которого входят заинтересованные люди — заинтересованные в плане работы с детьми — их у нас в составе комиссии 22, и вы, в том числе, были недавно включены в состав комиссии. Это специалисты всех органов учреждений системы профилактики. То есть туда входят руководители или заместители руководителей отделов образования, опеки и попечительства, социальной поддержки.

Кроме того, на комиссию мы приглашаем и специалистов такой области, как психологи, врачи-наркологи, чтобы комплексно помогать, консультировать тех родителей и детей, которые к нам приходят.

Кроме того, у нас обязательно на заседании комиссии присутствуют представители прокуратуры, а также представители молодёжных секций, спортивных организаций, которые могут вовремя предложить какую-то досуговую деятельность.

Мы же с вами понимаем, что если ребёнок не занят, он найдёт себе занятие в другом месте. Вы, наверное, и видели, что на комиссии сразу предлагается помощь, например, подростку. Специалист встаёт и говорит: «Вот вам, пожалуйста, наша визитка, вот, пожалуйста, приходите!» Повторюсь: в состав комиссии входит большое количество профессионалов.

NET_5190_новый размер.JPG
Наталья Дмитриева. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: Я так понимаю, что это не только представители муниципального уровня?

Наталья Дмитриева: Конечно, если вы заметили, то на наших комиссиях сидят и представители епархии. Профессиональный состав.

По поводу задач — в первую очередь комиссия по делам несовершеннолетних координирует деятельность других органов и учреждений системы по профилактике, предупреждению правонарушений, преступлений, безнадзорности, беспризорности.

А кроме того, это, конечно, защита прав и интересов несовершеннолетних, это рассмотрение различных материалов на заседании комиссии, вынесение по ним каких-то наказаний. Это обеспечение оказания помощи, реабилитации — о чём мы ранее говорили — для этого у нас присутствуют специалисты-профессионалы в своей деятельности.

И, естественно, организация работы с семьями, состоящими на учётах в органах учреждений системы профилактики, которые находятся в социально-опасном положении.

Иван Конобеев: Эти дела, которые рассматриваются на комиссии — они откуда берутся? Откуда вы узнаёте, что произошло что-то нестандартное с ребёнком, и нужно на комиссию позвать его родителей?

Наталья Дмитриева: Главным «поставщиком» нашей комиссии являются отделы полиции. В центральном округе их три. Хочу отметить, что в 2013 году было слияние трёх администраций — Заельцовского, Центрального и Железнодорожного районов — и образовалась одна администрация Центрального округа, и в связи с чем и у нас — комиссия Центрального округа.

Иван Конобеев: Самая большая получается теперь.

Наталья Дмитриева: Да. И в производство комиссии приносят материалы отделы полиции. Они выявляют какое-то правонарушение, составляют административный протокол, приносят нам. И мы уже в дальнейшем проводим работу в соответствии с законодательством.

Кроме того, поступают материалы из других органов и учреждений системы профилактики. Например, из школы могут написать, что ребёнок, допустим, систематически пропускает уроки или не ходит на занятия. Из медицинских организаций — что родители, например, не обеспечивают медицинское обследование ребёнку.

NET_5188_новый размер.JPG
Иван Конобеев. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: На самом деле, у меня на глазах просто мифы разрушаются на каждой из этих комиссий. Неполная семья и недостаток внимания — главная причина разлада и потери контакта с ребёнком? Не факт! Кража продуктов из магазина из-за голода — нет, просто на спор. Вообще, любая ситуация, наверное, уникальна. И для меня было лёгким шоком, что в основном приходят родители вполне успешные, и таких, по-моему, больше половины. Как можно прокомментировать такое явление? Почему довольно успешные и нормальные семьи поставляют в комиссию проблемных детей?

Наталья Дмитриева: Иван Сергеевич, вы были правы в том, что каждая ситуация уникальна по своему. И неполная семья может быть определённой причиной, и недостаток внимания — лишь одна из причин. И как вы верно заметили, дети из благополучных семей попадают на комиссию, совершают противоправные поступки. 

Всё дело в том, что в настоящее время — мне так видится — родители стали меньше общаться со своими детьми, они стали меньше уделять им внимания. Казалось бы, зачем ребёнку из обеспеченной семьи идти на кражу? И что они отвечают на комиссии? Они говорят: «Просто так».

Иван Конобеев: Да, приведу пример: парень, прекрасно одет, замечательно выглядит — и он выносит из магазина что-то незначительное, продуктовый набор. И на комиссии рассматривается его дело. Спрашивают — почему ты это сделал? А ответ почти всегда один и тот же: «Да просто на спор!»

Наталья Дмитриева: Да, или просто на спор, или от нечего делать.

Смотрите, мы с вами как играли: выходили во двор, собирались компаниями, играли в казаки-разбойники или ещё какие-то игры.

А современные подростки где проводят свободное время? В торговых центрах! А там сколько соблазнов для них? И мне всегда говорят: там у вас на комиссии вы рассматриваете детей из неблагополучных семей. Нет. Не обязательно. Дети рассматриваются и из неблагополучных семей, и из обеспеченных семей. Но их не научили родители какой-то ответственности за свои поступки, потому что родители же хотят, чтобы ребёнок был самостоятельным.

Иван Конобеев: Да, современные правила таковы, что ребёнок сам должен пробивать себе дорогу.

Наталья Дмитриева: Вернёмся к тому, что общение незаменимо для ребёнка.

Иван Конобеев: У меня такой миф существовал, и он был развенчан, что на комиссии оказываются ребятишки из неблагополучных семей.

А второй факт меня тоже удивил. Приведу пример: на одной из первых комиссий, на которой я оказался, стоит ученик 6 класса, его пригласили по письму из школы, так как он пропускал занятия. И его спросили: «Почему не ходишь в школу?» А он говорит: «Да я не хочу, я сплю, а в первую смену мне неудобно просыпаться».

И я думаю — ну какой оригинальный парень! А потом когда подобный случай стал повторяться из комиссии в комиссию и с разными детьми, одна форма моего удивления сменилась другой — что это общее место. Ребята просто не хотят учиться, и их не могут заставить ни родители, ни школа. Вообще, как такое происходит — это что-то новое, или так было всегда?

Наталья Дмитриева: Иван Сергеевич, конечно, есть такая сейчас проблема. Как такое происходит? У каждого ребёнка по мере взросления свои причины. И способы преодоления этой причины различны. И наша задача — разобраться, почему он не хочет идти туда, и смотивировать его на учебу. И естественно здесь беседа является наиболее действенным способом, и мы стараемся всё для этого сделать.

Иван Конобеев: Представители комиссии ссылаются на закон РФ о том, что родители обязаны обеспечить детям основное общее образование.

Наталья Дмитриева: Да, до 18 лет ребёнок должен обучаться, и родители обязаны обеспечить его основным общим образованием.

Иван Конобеев: Вы уже сказали о том, что беседа — это действенный способ. Но мне просто интересно, что есть две формы. Одно — это наказание, комиссия выносит решение и это решение связано со штрафами. Не знаю, насколько это серьёзно, но я слышал, что от 100 рублей и до тысячи рублей.

Причём тысяча рублей — это в каких-то особых случаях, при серьёзных нарушениях. Я знаю, что «вилка» до 3000 рублей, но на моей памяти, на тех комиссиях, на которых я присутствовал, ни разу не приняли решения о штрафе свыше 1000 рублей. Эта часть наказания деньгами — как она работает? Как вы считаете? Или здесь что-то другое должно работать?

Наталья Дмитриева: Конечно, у нас идёт расчёт на то, что ситуация в семье изменится. Штраф — это всего лишь денежное наказание в соответствии с кодексом Российской Федерации. Мы стараемся и делаем акцент на работе с семьей. Не для того, чтобы подсчитать, сколько мы наложили штрафов. Мы стараемся помочь семье и ребёнку, и помочь комплексно.

Штраф — это административное наказание, которое предусмотрено законом. Поступил материал — по нему определённое наказание имеется, которое мы должны вынести — вы, присутствуя на заседании, голосуете, предлагаете. И ещё есть одна же сторона этой медали — помочь. Какая помощь нужна — помочь определиться с чем-то, предлагается помощь в трудоустройстве, помощь в оздоровлении и так далее. Для этого и присутствуют на заседании комиссии те специалисты учреждений, которые могут оказать тот или иной вид услуг.

NET_5151_новый размер.JPG
Наталья Дмитриева. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: То есть получается, что деньги, штраф — на мой взгляд, это вообще недейственная форма. Беседа всегда разная получается. Я вижу, что порой до 30 минут разговор ведётся с ребёнком, родителями. Беседа — это более важная часть работы комиссии, чем штраф?

Наталья Дмитриева: Возможно, вы и правы.

Иван Конобеев: А потом, если понадобится помощь, можно ещё продолжить эту работу с семьёй...

Наталья Дмитриева: Не можно, а она продолжается в любом случае. Потому что все те семьи, которые попадают на заседание комиссии, будем говорить — несовершеннолетние и их родители — независимо от того, рассматривается ли ребёнок, или рассматривается ли законный представитель — в любом случае с ним организуется дальнейшая работа.

Существует прекрасный центр, он называется комплексный центр социального обслуживания населения Центрального округа, который оказывает большой спектр услуг, не только социальных. Они оказывают психологическую помощь, юридическую помощь, педагогическую помощь. Если семье необходимо это, то специалисты выходят домой, оказывают адресную помощь, помогают продуктами питания и одеждой.

Семья, если захочет, то воспользуется всем комплексом.

Иван Конобеев: Каждое первое сентября, когда встречаешься с коллективом школы, когда видишь замечательную линейку; детей, у которых горят глаза; педагогов, которые понимают, что на них ложится серьёзная нагрузка в течение года, но, тем не менее, тоже заинтересованы; родителей, которые понимают, что у них тоже будут испытания по всем предметам. Понимаешь, что в этом «треугольнике» и складываются такие отношения, в результате которых ребёнок чувствует себя комфортно. В этом треугольнике существует возможность обучаться, жить, интересоваться чем-то, дополнительное образование получать... Как вы считаете, появление детей на комиссии — это какое-то нарушение в рамках этого треугольника, или я построил теорию на ровном месте?

Наталья Дмитриева: Ни для кого не секрет, что поведение подростка является следствием его воспитания. Если в семье существуют какие-то проблемы, то зачастую это и приводит к совершению каких-то неблагородных поступков. К сожалению, не каждый несовершеннолетний способен осознавать, что совершает какой-то плохой поступок. Ведь он когда родился, он не понимает, плохой или хороший поступок он совершает. И задача родителя — научить его этому.

Иван Конобеев: Родителя и школы...

Наталья Дмитриева: А вот школа как раз — в помощь родителю. 

В первую очередь тому, что такое «хорошо», а что такое «плохо» ребёнка учат родители, потом подключается дошкольное образовательное учреждение, потом подключается школа... Я считаю, что главное — вовремя увидеть проблему, а кто уже первый подключится — тот и молодец. Действительно, лучше, если школа видит проблему и начинает с ней работать, и говорить об этом родителю, и советовать, что делать дальше.

Иван Конобеев: То задача родителей — не игнорировать.

Наталья Дмитриева: Конечно. Поскольку у нас бывает и такое. Вы же видите: мы распинаемся-распинаемся на комиссии, предлагаем-предлагаем, а они повернулись и пошли.

NET_5243_новый размер.JPG
Наталья Дмитриева и Иван Конобеев. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: Я так понял, что в этом условном треугольнике вершиной являются семья и родители.

Вопрос у меня связан теперь с практикой: те случаи некорректного поведения ребёнка, если возвращаться к этим отношениям — семья-школа — они чаще всего связаны с чем? С воспитанием, или это отношения в школе. Вы сказали о том, что главное — воспитание. Это подтверждает практика, или нет?

Наталья Дмитриева: Безусловно, подтверждает. Я и до этого говорила: поведение ребёнка — это следствие воспитания.

Иван Конобеев: Вернёмся к теме, когда ребёнок находится в кризисной ситуации. Бывают случаи, когда ребёнок не может находиться в семье. Что с ним тогда происходит?

Наталья Дмитриева: Иван Сергеевич, к сожалению, такие случаи бывают. И когда комплексная межведомственная работа не даёт видимого результата, когда действительно службы видят, что нет выхода на данный момент, тогда есть несколько выходов. Существуют реабилитационные центры. На территории Центрального округа у нас находится центр «Виктория», это областное учреждение, у него два здания — одно находится в Железнодорожном районе, другое — в Заельцовском.

Есть варианты, когда ребёнок не может находиться дома, он может сам по личному заявлению обратиться в данный центр, где ему окажут специализированную помощь.

Второе — это можно сделать по заявлению родителей. Третий случай — когда ребёнок убегает, сотрудники отдела полиции его поймали, и нет возможности передать законным представителям (родители уехали или просто не могут с ними связаться). И тогда сотрудники отдела полиции тоже могут поместить ребёнка в центр.

Но это, конечно, всё временно, просто для выхода именно из того кризиса, в котором находится ребёнок, для улучшения психологического, эмоционального, медицинского состояния. Потому что как раз этот центр оказывает и реабилитационные, и психологические, и педагогические, и медицинские услуги в комплексе. Там работают высококвалифицированные специалисты, есть несколько отделений.

Иван Конобеев: Имеется в виду пребывание постоянное. А если семья готова выйти из кризиса сама, но нет возможности, и нужна какая-то помощь? В этом же центре помогут?

Наталья Дмитриева: Да, например, в связи с трудной жизненной ситуацией, мама по личному заявлению может поместить туда ребёнка на время.

Иван Конобеев: А если речь не идёт о том, чтобы ребёнка поместить в какой-то центр, где он должен постоянно находиться, а нужна просто помощь, например, психологического характера?

Наталья Дмитриева: Такие центры тоже есть, но психологическую помощь и данный центр оказывает. Если нужна, например, помощь психолога, у нас в Центральном округе существует три таких отдела.

Это психологические центры, которые оказывают психологические, психокоррекцонные, психотерапевтические услуги. Туда приходят родители с ребёнком или один ребёнок — и им помогут. Это центры работают абсолютно бесплатно. Если посещение такого центра было рекомендовано на комиссии, мы обязательно это отслеживаем. Но большинство родителей не доходят до этих учреждений, поэтому, если вы обратили на это внимание, мы всегда советуем обратиться к психологу в образовательное учреждение.

NET_5284_новый размер.JPG
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: Или, если применять ситуацию на себя, то это может быть неприятным — признание своей родительской неполноценности. И нужно прибегать к помощи третьих лиц.

Наталья Дмитриева: Я не знаю, почему у общества сложилось такое мнение, что психолог — это страшный врач. Ведь психологи — это не те люди, которые дают вам рецепт — нет. Они для того, чтобы дать пути для решения ваших проблем. Это абсолютно не стыдно — обращаться психологу. Вам же не стыдно к терапевту ходить?

Иван Конобеев: А если говорить о статистике? Вы ведь ведёте статистику всех дел?

Наталья Дмитриева: Обязательно!

Иван Конобеев: Больше становится случаев, которые рассматривает комиссия, или меньше? Или специфика рассматриваемых дел меняется год от года? Можете такой информацией поделиться?

Наталья Дмитриева: Если говорить о статистике в отношении детей за полугодие 2018-2019, то картина у нас улучшилась. Если говорить простым языком — у нас стало меньше курящих и пьющих детей по количеству рассматриваемых материалов.

Но я хочу обратить внимание, что такая статистика только по тем материалам, которые поступают к нам в комиссию. Если говорить о статистике в отношении родителей, динамика тоже положительная. Мы стали меньше рассматривать материалов за ненадлежащее воспитание, обучение, содержание ребятишек.

И также мы рассматриваем родителей, у которых дети распивают спиртные напитки — это дети, которые не достигли возраста привлечения к административной ответственности, то есть 16 лет. Административный протокол в этом случае составляется на родителей. Почти в два раза у нас сократились такие дела. Статистика лучше, и это нас радует.

Иван Конобеев: Можно ли сказать, что однажды оказавшись на комиссии по делам несовершеннолетних, ребёнок уже точно окажется на этой комиссии снова, или это не так? Часто можно услышать от вас фразу «Надеюсь, мы с вами здесь больше не увидимся». Это «заклинание», или реальный опыт?

Наталья Дмитриева: Повторю: каждый случай индивидуален. К нашему великому удовлетворению есть такие случаи, когда родители и дети не попадают повторно на комиссию. Но, к сожалению, бывают случаи, что при межведомственной работе, при комплексной работе, когда все службы стараются как-то помочь семье, семья опять попадает на заседание комиссии. Например, родители за ненадлежащее воспитание и содержание детей.

Мы предлагаем помощь ещё и ещё, но некоторые родители не хотят принимать её. Вы сказали, что некоторым страшно идти к психологу, есть те, кто считает зазорным обратиться в социальную службу, они считают, что это плохо. А ведь социальная служба — это тот орган, который может помочь, и у него есть для этого ресурсы.

NET_5295_новый размер.JPG
Наталья Дмитриева и Иван Конобеев. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: Как помочь своему ребёнку не оказаться на комиссии? Мы все прекрасно понимаем, что нынешняя занятость новосибирцев такова, что у многих ненормированный рабочий день, кто-то работает допоздна и в выходные, и порой темп жизни не даёт возможности родителям обращать внимание на своих детей. И в этом смысле — насколько страшно оказаться на комиссии? Или это вообще нормально и не так страшно? Многие же не приходят?

Наталья Дмитриева: Не многие, но бывает.

Иван Конобеев: Почему не приходят? Я думаю, что нет ничего страшного, если ты придёшь и разберёшься. Если тебе даётся возможность понять, что произошло.

Наталья Дмитриева: У каждой семьи, у каждого родителя своя система воспитания, поэтому говорить о том — стыдно-не стыдно, страшно-не страшно... Понимаете, даже те семьи, которые не приходят на заседания комиссии, — мы их не оставляем без внимания. Даже если они не пришли, мы обязательно подключаем к работе другие органы и учреждения системы профилактики.

Мы ранее говорили с вами о комплексных центрах социального обслуживания населения. Мы направляем туда специалиста этого центра, который начинает работать с семьёй. Все вместе ищем пути решения. Для этого и существует комиссия по делам несовершеннолетних — чтобы помочь. Не обязательно накладывать штраф.

Иван Конобеев: Да и не настолько это действенно.

Чтобы не доводить до этой меры, которая называется «приглашение на комиссию», как понять, что нужна сторонняя помощь? Ведь конфликты нормальны в принципе. И дети, проходя стадии взросления, обязаны проходить через эти конфликты: со сверстниками, с родителями, со взрослыми...

Наталья Дмитриева: Возрастные кризисы никто не отменял. Подростковый кризис наиболее значительный, и ребёнок не может справиться сам. И тогда нужно, чтобы родители и школа ему помогли. Вот как вы видите, что ребенку больно?

Иван Конобеев: Ребёнок плачет.

Наталья Дмитриева: Или плачет, или плохо. В любом случае, родитель может увидеть в своём ребёнке, что ему плохо по каким-то своим наблюдениям: пришел ли он грустный, злой, хлопнул дверью. Вы же всё это видите. Главное — вовремя помочь, вовремя обратить на это внимание и помочь.

NET_5172_новый размер.JPG
Иван Конобеев. Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Иван Конобеев: Говорят, что детей нужно любить прежде, чем воспитывать. Согласны с такой формулой?

Наталья Дмитриева: Я согласна в какой-то степени. Ведь через любовь мы и воспитываем своих детей. А если воспитывать не через любовь... Вы же видите: к нам на заседания приходит разные родители. Некоторые сами себя сдержать не могут, а что мы от детей тогда хотим?

Общение — наша самая важная коммуникация. Если мы не будем общаться, мы не будем видеть, что ребёнку плохо, и не сможем ему помочь. А в нём это накапливается комом, и начинаются проблемы с обучением, друзьями... Он не знает, как из этого выбраться.

Иван Конобеев: То есть кризис, который назревает, родители могут предупредить, если будут общаться с детьми и обращать на них внимание. А если он уже развивается, то куда можно обратиться?

Наталья Дмитриева: Существует и реабилитационный центр, и психологические центры. У нас их три в округе, каждый находится в одном из районов.

Центр «Вита» в Заельцовском районе, телефон 225-98-11, центр в Железнодорожном районе — 223-72-48 и центр «Ника» — 201-50-09. Туда могут позвонить и дети, и родители со всех районов города.

Перечень предоставляемых услуг в этих учреждениях велик. Психологи помогут найти выходы, решения из любой сложившейся ситуации.

Да, может быть, и нет жизни без конфликтов, но ведь их нужно научиться разрешать.

Иван Конобеев: Спасибо за разговор! Важная тема для родителей, для нас — тех, кто занят на работе и порою забывает о том, что у нас есть очень большая ответственность. И эту ответственность необходимо каждый раз актуализировать. И чем мы чаще общаемся с детьми, тем быстрее мы можем отреагировать на те вещи, которые ведут к кризисам.

Наталья Дмитриева: Уделяйте больше внимания своим детям!

Видео: nsknews.info

Что происходит

Мы любим бить людей — организаторы фестиваля «Княжий двор»

Фундамент станции «Спортивная» начнут заливать этой осенью

ГАЗ «Эмку» 1938 года показали на площади Маркса в День флага России

О фестивале «Княжий двор» рассказывают в Вечернем разговоре на Городской волне

Новосибирцев приглашают на школьный фримакет

Как стать харизматичнее, расскажут на коуч-завтраке на «Балконе»

Сити-фермер Роман Рыбаков: «Я отдыхаю в обнимку с гидропоникой»

1-комнатная возле Центрального рынка вошла в ТОП-10 самых дорогих в России

Стадион за 6 млн рублей строят у школы №61 в Академгородке

Самые популярные у новосибирцев треки назвали в Яндекс.Музыке

За пять миллионов продают подвал в «Доме грузчиков» в Новосибирске

Показать ещё