Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Вечерний разговор: сабля против мэра, ложь в горсовете и карты на еду

Почему возникло столько шума вокруг отчёта мэра Новосибирска? Какие можно сделать выводы из этой ситуации? Чем продуктовые карты отличаются от продуктовых наборов? Должен ли депутат работать с людьми в соцсетях? Об этом и многом другом 18 февраля в прямом эфире передачи «Вечерний разговор» на радио «Городская волна» (101.4 FM) рассказал заместитель председателя совета депутатов Новосибирска Антон Тыртышный.

Иван Конобеев
Иван Конобеев
13:46, 24 февраля 2021

Иван Конобеев: Добрый вечер! В эфире программа «Вечерний разговор». И сегодня [18 февраля] её веду я, Иван Конобеев. В гостях у нас заместитель председателя городского совета, депутат городского совета Антон Тыртышный. Антон Григорьевич, добрый вечер!

Антон Тыртышный: Здравствуйте, Иван Сергеевич!

Иван Конобеев: Вчера состоялась сессия городского совета. И я бы сказал, что она такая была весьма непроходная. Такая сессия случается раз в году. Это сессия, которая рассмотрела отчёт мэра города Новосибирска.  

Антон Тыртышный: Таких важных сессий у нас две в году. Одна — это когда мы принимаем бюджет на следующий год, в декабре у нас такая сессия. И вторая сессия — это отчёт мэра, февральская.

Иван Конобеев: Я перебью вас буквально на секунду. Сегодня очень важная дата — 18 февраля. И постоянные слушатели нашей программы, наверное, помнят, как ровно пять лет назад из этой самой студии впервые в эфир вышла программа «Вечерний разговор».

Тогда её вёл другой ведущий, Артем Роговский. И я хотел бы дать ему возможность вспомнить это самое время. Мне говорят, что он у нас уже на проводе. Давайте услышим первого ведущего «Вечернего разговора».

Артём Роговский: Иван, добрый вечер!

Иван Конобеев: Добрый вечер, Артём. Вы помните, что происходило в этот день пять лет назад?

Артём Роговский: Пять лет назад, кстати, это происходило не в той студии, откуда вы сейчас ведёте эфир. Была маленькая студия, да и сам формат программы тогда, можно сказать, изобретался на ходу. Это был не час прямого эфира, а всего полчаса.

Первым гостем был Андрей Геннадьевич Жирнов, небезызвестный всем новосибирцам человек. Уже по ходу стало ясно, что получаса будет недостаточно для такой программы, где будет не только гость, но и формат прямого эфира, где будут звонки радиослушателей.

Конечно, было сильное волнение. Потому что у меня на тот момент не было опыта работы в прямом радиоэфире. Это всё же особый формат, очень драйвовый, который впоследствии себя очень сильно зарекомендовал.

Ну и, конечно, нельзя не вспомнить, что именно благодаря этой программе появилась целая линейка разговорных программ на «Городской волне»: программа в понедельник «Вечерний разговор о новосибирских новостях», во вторник «Вечерний разговор о замечательных новосибирцах», «Вечерний разговор о спорте» по средам и в пятницу «Вечерний разговор об истории Новосибирска».

Очень приятно, что именно наша программа стала таким первопроходцем. И очень приятно слушать её в эфире сейчас, уже в качестве рядового радиослушателя.

Иван Конобеев: Артём, спасибо большое, что начали эту эстафету, мы будем продолжать. И спасибо всем тем слушателям, которые с нами сегодня и каждый четверг.

Артём Роговский: Да, спасибо большое!

Иван Конобеев: Большое спасибо Артёму, но мы возвращаемся к сессии городского совета. Я читал в «Фейсбуке», в вашем профиле, о том, что вы, обделяя семью общением с отцом и с мужем, уходили по выходным на работу и там до изнеможения читали отчёт мэра.

Отчёт мэра — это вообще такой серьёзный документ, что ему нужно столько времени? Или это всё-таки был просто повод, чтобы уйти и посидеть, что называется, в выходные вдали от семейных проблем?

IMG_8047_tn.JPG
Антон Тыртышный. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Антон Тыртышный: Безусловно, отчёт мэра — это настолько занимательное чтиво, что просто невозможно в воскресенье оторваться от него. Да, это 118 страниц текста с отчётами различных департаментов и подразделений мэрии. Это такой составной документ — о том, что сделано мэрией во всех сферах деятельности и зонах её ответственности.

И, собственно говоря, там довольно много было интересной информации, в том числе даже для меня, хотя я уже третий созыв депутат, 11-й год уже депутатствую на своём избирательном округе. Тем не менее я думаю, что немногие депутаты реально берут и прочитывают отчёт от начала и до конца.

К сожалению, мы можем результаты этого иногда наблюдать на сессии. Мои коллеги начинают задавать какие-то дикие вопросы и говорить абсолютно дикие вещи. Ну что поделаешь... Не все в состоянии уделить время тому, чтобы разобраться в документах.

Иван Конобеев: То есть, если перевести на язык трёх предложений, отчёт — это некий документ, в котором подводятся итоги хозяйственной деятельности за год. Правильно?

Антон Тыртышный: Ну конечно. То есть там каждый департамент отчитывается. Департамент строительства говорит, например, что в городе Новосибирске построено, допустим, 1 млн 300 тысяч кв. метров жилья в 2020 году. Те, кто соображает, о чём речь, понимают, что это существенно больше, чем было в 2019 году.

В разделе, который касается образования, написано, что построено в городе три новых школы, введено десять детских садов. Такого тоже не было в прошлом году. Это очень большие объёмы строительства.

Это, кстати говоря, несмотря на то, какой у нас был 2020 год. То есть в марте люди вообще не понимали — будут они работать или не будут. Директора предприятий находились в шоке, они не знали, что им делать, как им быть — распускать людей или не распускать, как они у них работают вообще. То есть просто был какой-то сплошной форс-мажор. Да и строительные компании также не понимали, как они вообще этот год пройдут.

Тем не менее, несмотря на все эти сложности, областное правительство и мэрия советовались с руководителями предприятий и теми, кто понимает, как работает это всё внутри. Непосредственно эти решения принимались так, что сферы — и промышленная, и строительная — не просели и показали неплохие результаты. Особенно строительная сфера. Это хороший результат, на самом деле достойный.

Иван Конобеев: На понимание — зачем вообще нужна такая форма, как отчёт мэра перед депутатами? Зачем это каждый год происходит, какой в этом сакральный смысл?

Антон Тыртышный: Здесь всё очень просто. Если мы возьмём устав города Новосибирска, то увидим, что задача городского совета — контролировать работу мэрии, определять правила, по которым мэрия работает в рамках федерального и регионального законодательства.

Горсовет принимает определённые решения и контролирует их исполнение. То есть утверждает бюджет прежде всего, потом контролирует исполнение бюджета.

Что такое исполнение бюджета? Если выделены деньги, условно говоря, на проектирование каких-то объектов дошкольного образования и школ, то городской совет потом должен спросить: вообще их запроектировали? Куда эти средства пошли?

Например, городской совет утверждает бюджет, где заложены определённые средства на благоустройство дворов. У нас, кстати говоря, около 139 дворов подверглись комплексному ремонту в 2020 году.

Это средства не только городского бюджета — и регионального, и федерального — в части этих дворов. По крайней мере, которые по «Комфортной городской среде» были сделаны. Но и городские там есть, мы утверждали бюджет.

Соответственно, нам интересно, как эти средства потрачены, где эти дворы, покажите нам их. Вот в этом смысл отчёта мэра. Депутат смотрит — мэр отчитывается о работе всех своих подразделений в 2020 году, показывает достигнутые результаты работы. Это правильно и нужно.

Иван Конобеев: Ну и как всё прошло?

Антон Тыртышный: Отчёт, естественно, был принят подавляющим большинством голосов на сессии горсовета. Не все, правда, остались довольны, потому что у нас на весь отчёт мэра предусмотрено два часа по регламенту, и из них 40 минут сам мэр докладывал. Оставшиеся 1 час 20 минут — на вопросы депутатов. Но поскольку вопросов было очень много, не все депутаты смогли вопросы задать.

Я точно не могу сказать, но записавшихся там было точно больше 20 человек. И кто-то попал в конец очереди, хотя мы один раз всё равно решением сессии продляли время на эти ответы мэра. Тем не менее часть депутатов задать вопросы не смогла, прежде всего коалиция. Видимо, у них просто самая плохая реакция. Они позднее всех смогли кнопки нажать для заявки на выступление. И они посчитали себя обделёнными. И, шибко обидевшись, тихо улизнули из зала. Это, видимо, называлось «покинуть сессию» на их языке. Но тем не менее отчёт был принят, вот и всё.

Иван Конобеев: То есть какие депутаты ушли? Это какая-то фракция?

Антон Тыртышный: Нет, это не фракция. Фракция в горсовете — это депутатское объединение. Там надо, чтобы было пять человек как минимум, тогда это фракция.

У нас есть четыре депутата, избранных от так называемой «Коалиции 2020». Это Бойко, Каверзина, Пирогова и Картавин. Сергей Бойко на сессии отсутствовал. Он присутствовал в другом месте за организацию нелегальных акций в центре города Новосибирска, поэтому не смог присутствовать на сессии. Но его соратники присутствовали. И оказались в хвосте списка записавшихся на выступление, просто не хватило времени. Они обиделись и тихонько удалились с сессии в знак протеста.

IMG_8205_tn.JPG
Иван Конобеев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Иван Конобеев: А те, кто не удалились... Вообще, это же нормально — когда звучит критика на подобных отчётах? Критика вообще звучала или нет?

Антон Тыртышный: Конечно, критика звучала. Там есть несколько депутатов, которые представляют явную оппозицию нынешнему мэру Анатолию Локтю. Они свои вопросы смогли задать. Видимо, у кого реакция чуть получше. И, соответственно, были довольно острые вопросы. Вопросы, которые задавали и представители фракции «Единой России», и нашей фракции, КПРФ, они тоже были...

Никто же не будет задавать вопрос: «Уважаемый мэр, расскажите, как вам удалось построить 1,3 млн кв. метров жилья в 2020 году. Вы такой молодец». Таких же вопросов нет, все вопросы носят проблемный характер.

То есть депутата, например, интересует тема предоставления жилья для детей-сирот, это серьёзная проблема. Он и спрашивает, когда вообще и какие есть планы. В каких программах могут быть эти деньги и так далее. То есть все вопросы носят характер чисто проблемный.

Мэр Анатолий Локоть отвечал очень подробно и развернуто на каждый вопрос. Может, поэтому всем записавшимся не хватило времени. Потому что каждый вопрос требовал досконального и серьёзного ответа.

Иван Конобеев: Обсудим, что происходило на сессии в части выхода кого-то из зала, в части критики, которая не была подкреплена фактами. Мы сейчас немножко за эфиром говорили про то, что не все депутаты смогли прочитать отчёты и задавали вопросы, не понимая, о чём спрашивают. Были такие люди, по ощущениям. Или это всё-таки ведётся какая-то политическая борьба, или это депутаты действительно высказывают мнение избирателей — по вашему мнению?

Антон Тыртышный: Безусловно, политической борьбы стало в горсовете намного больше в этом созыве. И многие депутаты используют эту важную сессию именно для того, чтобы заявить свою политическую позицию, яростно покритиковать мэра. Иногда, кстати, не вполне предметно.

Это, наверное, нормальная ситуация. Потому что мы видим, что у нас общество бурлит. В обществе есть сегменты, разные слои, которые по-разному относятся к действующей власти и к мэру Анатолию Локтю. Кто-то относится позитивно, кто-то относится резко негативно. Это нормальная ситуация, когда есть такое отношение.

Есть другое отношение. И понятно, что каждый депутат работает на свою группу поддержки, условно говоря. То есть, если депутат от «Единой России» опирается на электорат, лояльный к власти, то есть на людей, которые поддерживают политику президента, председателя правительства и так далее, он высказывается в одном ключе.

Есть депутаты, которым, условно говоря, не нравится мэр-коммунист Локоть по какой-то причине. И, естественно, от депутата ждут, что он будет шпильки Локтю вставлять на отчёте, каверзные вопросы задавать. И, если он этого не делает, они потом будут его терроризировать в соцсетях, писать ему, что «мы голосовали, а ты почему-то злобных вопросов не задал, ты нехороший депутат, мы тебя вообще отзывать будем».

Каждый опирается на свою группу поддержки. Это понятная ситуация, хотя она не совсем правильная. Потому что, если депутат избрался, условно говоря, от ярых противников мэра Локтя, это не значит, что на его округе нет людей, которые относятся ко всему этому по-другому.

Вообще, по идее, задача депутата — как-то балансировать и понимать, что он представляет жителей всей территории, а не только узкий политический сегмент, который его привёл в горсовет. А мы сейчас видим, как даже из простых хозяйственных вопросов пытаются сделать какую-то «саблю», чтобы попытаться нанести как можно больше урона мэру. Так себе, я считаю, линия поведения.

Иван Конобеев: Но на самом деле критика, конечно, звучит и от рядовых новосибирцев. Понятно, что у нас прошли снегопады. Город Новосибирск в принципе весьма снежный город. И критика по поводу уборки улиц от снега есть на всех уровнях — и в интернете, и в досужих разговорах. Вы лично считаете, как обоснована такого рода критика? Это недоработка, или это нормально? 

Антон Тыртышный: Безусловно, есть проблемы в сфере городского хозяйства. Что касается уборки снега, главная проблема у нас — это то, что у нас сильно изношена техника. Износ уборочной техники составляет примерно 40%, и горсовет эту ситуацию неоднократно рассматривал.

И сейчас мы даже, принимая отчёт мэра, записали в рекомендациях городского совета к мэрии разработать специальную программу по приобретению новой уборочной техники, чтобы лучше убирать улицы города. Причём даже в этом году в бюджете заложено 50 млн рублей на обновление уборочной техники. В трёхлетнем бюджете каждый год по 50 млн заложено. И более того — горсовет рекомендует в качестве комплексной программы системных мер не только заложить деньги.

К сожалению, у нас ведь критика бывает не только предметной. Некоторые депутаты у нас не гнушаются просто откровенным враньём на сессии. А ведь проблема в чём — что идёт трансляция и люди смотрят сессию горсовета.

IMG_8062_tn.JPG
Антон Тыртышный и Иван Конобеев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Иван Конобеев: А что за трансляция, где она идёт?

Антон Тыртышный: Трансляция идёт в прямом эфире, можно через сайт горсовета её найти и посмотреть. Кто-то даже делает репосты у себя этой трансляции. И более того — можно посмотреть её и постфактум в интернете. Сейчас всё открыто, всё выложено в доступ. И протоколы сессии там публикуются, всё можно увидеть.

Но не все депутаты, к сожалению, опираются на факты. Даже была печальная ситуация. В декабре у меня возник спор с руководителем группы депутатов от коалиции Сергеем Бойко. Он на комиссии по бюджету сказал, что у нас бывали ситуации, когда... Я даже могу процитировать — до смешного доходило. Это дословная расшифровка: «Зная тягу нашего мэра к перезонированию, мы на месте школы вполне можем увидеть ещё один торговый центр». Имеется в виду, что снесут 54-ю школу и кто-то там построит торговый центр.

Я ему прямо там задал вопрос, что вот — вы упомянули безобразие, которое не может не возмутить жителей. Скажите, пожалуйста, когда такое было хоть раз? На что уважаемый Сергей Андреевич начал раком пятиться куда-то за камень и объяснять, что он вообще имел в виду совсем не то. И в конце сказал: «Ещё раз я прошу прощения и уточняю: я имел в виду социальные объекты в целом» — и «бла-бла-бла». То есть это как сказать? Люди смотрят трансляцию, и не должно быть такого, что депутат несёт какое-то откровенное враньё.

Иван Конобеев: Какие-то последствия могут быть для депутатов? Или вы всё-таки очень защищённые люди?

Антон Тыртышный: Есть практика такая и в госдуме, и даже у нас в заксобрании, что если депутат на сессии говорит заведомую ложь, то есть выдаёт заведомо ложную информацию, то его могут призвать к порядку. И если два раза призвали к порядку, то в третий раз могут лишить слова до конца сессии. Это есть в регламенте госдумы и заксобрания.

И мы решили горсоветом тоже принять такое же решение для того, чтобы лишить возможности депутатов врать в прямом эфире своим избирателям. Но это вызвало большое возмущение ряда депутатов, особенно от коалиции. Они очень активно выступали против.

Я не знаю, может, они защищали своё право врать в прямом эфире? Но комментарии, которые я потом смотрел у некоторых депутатов, прежде всего Каверзиной и Пироговой, по этому поводу — они тоже целый стрим выпустили и рассуждали на эту тему. Но это право врать в конечном итоге — форменный непрофессионализм, просто непонимание, о чём идёт речь.

Потому что мы внесли в регламент норму, что депутат призывается к порядку, если он использует заведомо ложную информацию. Заведомая ложность — это не то, что «я ошибся» или что-то там «перепутал нечаянно». Заведомая ложность — это юридическая категория.

«Заведомо» — это значит, что я знаю, как оно есть на самом деле, но при этом лгу. Условно говоря, мне дали материалы, что построено десять детских садов, а я выхожу и в прямом эфире начинаю рассказывать во время сессии людям, что мэрией Локтя не построено ни одного детского сада. Это заведомая ложность.

То есть я точно знаю, что они есть, но на сессии говорю, что их нет. Это уже прямо такая резкая норма. И даже на моей памяти тот же депутат Сергей Бойко на сессии себе такого не позволял. И даже этот случай, с этими «снесёнными школами», как он сказал, «построенными на их месте торговыми центрами», чего не было в реальности — даже эту информацию нельзя было как заведомо ложную преподнести.

Иван Конобеев: То есть бояться нечего?

Антон Тыртышный: Я думаю, что бояться нечего. И даже более того — если некоторые депутаты хотят врать, они даже могут соврать два раза. И только после этого, на третий раз, их лишат слова. И даже в таком виде почему-то ограничение вранья вызвало резкое сопротивление. Я сильно был удивлён.

Иван Конобеев: Возвращаясь к теме критики и снега, понятно, что закупка техники — это деньги. Я думаю, что эти цифры уже выучил каждый, кто более-менее интересуется бюджетным процессом на территории города Новосибирска.

На территории нашего города собирается 150 млрд рублей налоговых доходов. Из них остаётся в городском бюджете только 12 млрд рублей. Ну и какие-то деньги скидываются за счёт федерального и областного бюджетов в виде субвенций и дотаций. И доходит до 50 млрд рублей. То есть по факту город, зарабатывая то, что горожане отчисляют в виде налогов, оставляет себе только одну треть.

Антон Тыртышный: Меньше 15%, может, одну седьмую, без возврата. И фактически сейчас бюджет составляет 50 млрд. Из них больше половины — это перечисления из вышестоящих бюджетов.

Такова сознательная политика федеральных властей: чтобы все города — и крупные, и малые муниципалитеты — поставить в зависимое положение от областных правительств и губернаторов. Чтобы все были послушными, потому что в противном случае могут остаться без денег. Это политика, это система управления городами.

Это работает на всей территории страны, и город Новосибирск в этом плане, конечно, пострадал в определённом смысле в 2015 году, через год после того, как выиграл на выборах мэра Анатолий Локоть. У нас изменились нормативы отчислений от НДФЛ — срезали 10% налоговых доходов. В итоге минус 3 млрд получил городской бюджет по этому решению.

И только спустя, условно говоря, шесть лет мы вышли опять по собственным доходам на тот же уровень, который был у нас в 2014 году. Но это не значит, что бюджет в целом не рос. Он рос за счёт того, что просто больше денег поступает из федерального и областного бюджетов. Это государственная политика.

Иван Конобеев: Возникает вопрос: что могут сделать городские депутаты, чтобы увеличить финансовые возможности города Новосибирска? Понятно, что есть предложения, звучавшие от городской общественности: «Давайте сделаем Новосибирск субъектом федерации, и тогда мы будем, как Москва и Питер, распоряжаться собственным бюджетом, собственной налоговой». Естественно, налоговая база расширяется значительно. Но, кроме этого, реально какие-то механизмы существуют, или их нет у городских депутатов?

Антон Тыртышный: Фактически есть такой механизм. По крайней мере, в прошлом году была специальная согласительная комиссия, в которую входили руководители финансового блока области, заместители губернатора, заместитель мэра и городские депутаты.

Была создана рабочая группа именно по инициативе горсовета и городских депутатов. И в рамках этой рабочей группы представители Новосибирска, чиновники мэрии, доказывали, что нужно городу помочь деньгами. Просили из вышестоящего, областного, бюджета добавить на те или иные нужды.

IMG_8081_tn.JPG
Антон Тыртышный. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Продуктовые карты

Иван Конобеев: На прошлой сессии городского совета эта новость обошла все информагентства города Новосибирска. Вы предложили вместо продуктовых наборов, которые выдаются социально необеспеченным, незащищённым гражданам, выдавать электронные продуктовые карты. И сразу же возник спор. Люди слышат «карты» и «продуктовые», они вспоминают сразу всё самое нехорошее, что было в их жизни. Что это такое вообще? Зачем нужно? И с чем это едят?

Антон Тыртышный: Мы понимаем, что когда вспоминают нехорошее, то вспоминают продуктовые карточки, которые были тогда, когда в магазинах ничего не было или было, но мало. Сейчас проблема другая: в магазинах есть всё, только у людей нет денег это всё покупать. И в этом ситуация отличается коренным образом от тех событий.

В ряде регионов в России уже есть такой опыт, когда людям выдают электронные продуктовые карты, с которыми они приходят в магазин. И бывают бонусные подарочные карты. Здесь примерно так оно и работает. Только не вы сами за свои деньги покупаете подарочные карты малообеспеченным. Именно о них речь. Не обо всех подряд, а о прямо малообеспеченных гражданах, которые оказались в по-настоящему трудной ситуации. Чтобы им можно было вручать такие электронные карты, с помощью которых они могут приобрести в магазинах продукты из определённого набора.

Естественно, что здесь будут исключены непродовольственные товары, в том числе табак, алкоголь и прочие дорогостоящие продукты. Этот опыт довольно давно существует и в других странах. Вообще мне говорят: «Не надо приводить в пример США — это непатриотично». Но у них эта система работает уже 90 лет. Последнее десятилетие — именно в виде электронных карт.

Если мы посмотрим на опросы, мы увидим, что у нас 8% населения говорят, что им не хватает денег даже на еду. И у нас на учёте в городе Новосибирске состоят 130 000 таких человек. То есть это люди, которые периодически попадают в такую ситуацию, что им требуется помощь государства так или иначе. То есть там либо погорелец, либо человек временно остался без доходов и нуждается в какой-то помощи. 

Сейчас для людей, которые оказались в такой тяжёлой ситуации, есть продуктовые наборы. Там 12 или 14 позиций, условно говоря: крупы, сухое молоко, какие-то консервы.

Иван Конобеев: Продукты привозят людям, или они должны куда-то прийти за ними?

Антон Тыртышный: Есть определённая процедура. Не может быть такого, что мэрия всем подряд раздаёт эти продукты. Надо убедиться, что у человека сложная ситуация, что у него нет доходов и так далее. Там есть документы, которые человек должен предъявить и доказать, что он реально нуждается. Оно и понятно, это сделано для того, чтобы не было никаких злоупотреблений в этой сфере. То есть это довольно жёсткая процедура.

И может быть так, что человеку, например, не нужно оттуда подсолнечное масло по какой-то причине. Но продуктовый набор — это фиксированный набор продуктов. Электронная карта же позволит выбирать в рамках определённой суммы. Сейчас продуктовый набор стоит 700 рублей. Если те же 700 рублей человек получит на электронную карту и сможет отовариться в магазине на эту сумму, то он сможет выбрать, по крайней мере: ту крупу взять или другую, те консервы или другие. И так далее. И в этом есть плюсы. Надо, чтобы у человека был выбор, как мне представляется.

И желательно внедрить эту систему в Новосибирске, хотя бы сначала в экспериментальном виде. Причём в этом году это сделать уже не получится, потому что все средства, которые на эти цели в бюджете есть, уже распределены именно на приобретение продуктовых наборов.

Поэтому мы говорим о том, что эта система у нас в экспериментальном ключе может заработать с 2022 года. То есть сейчас куда-то идти и спрашивать: «Где моя электронная продуктовая карточка?» — пока ещё рано. Сначала нужно отладить все механизмы — кто, как их получает, какая сумма, в каких магазинах и так далее.

Чтобы все эти вопросы проработать внимательно, по моей инициативе горсовет создал рабочую группу, куда войдут чиновники мэрии разных департаментов. И департамента потребительского рынка (кто у нас общается с магазинами), информатизации и связи (кто понимает, как все эти электронные информационные системы работают), отделы социальной политики (которые понимают — кому, как, за что и какая реально помощь нужна). И депутаты горсовета туда вошли.

Комиссия по соцполитике, при которой эта рабочая группа создана, назначила меня руководителем этой рабочей группы. Сейчас она формируется, я жду предложения от департаментов мэрии — кого они в качестве участников дадут.

Но, в принципе, я уже переговорил с некоторыми руководителями, они сами туда войдут, это не рядовые сотрудники. Потому что вопрос такой важный, и многим это просто интересно — самим этим вопросом позаниматься.

IMG_8157_tn.JPG
Иван Конобеев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Иван Конобеев: А вообще идея возникла у самого депутата, в голове сварилась? Или он где-то прочитал? Или пришли избиратели и сказали, что такое необходимо делать?

Антон Тыртышный: Я давно думал на эту тему и изучал международный опыт — как там всё устроено. И меня подтолкнуло к этому, что я увидел, что эта тема наконец стала обсуждаться уже предметно в общественной палате Российской Федерации. А недавно — я был удивлён — даже президент высказался на эту тему. Буквально несколько дней назад я видел в интернете сообщение, что правительству надо такой вопрос проработать, такую тему посмотреть повнимательнее.

Я думаю, что, как научное открытие приходит одновременно в головы нескольких учёных, и правильная идея может прийти одновременно в головы разных депутатов и чиновников в разных регионах. И в этом нет ничего странного, потому что, видимо, она просто назрела уже. У нас общество современное, электронные технологии настолько развиты, что мы можем вполне воплотить всё это дело. Тем более у мэрии есть опыт в непродовольственной сфере выпуска подобного рода карт для ветеранов Великой Отечественной войны — для приобретения бытовой техники. То есть была похожая схема, и она работала.

Здесь схема чуть более сложная, потому что больше номенклатура товаров. Сложнее определить категорию, точнее, персонально человека, который получит или не получит. Понятно, что если ветеран войны, то у него есть удостоверение, он находится в соответствующем реестре и не надо с него просить дополнительно каких-то подтверждающих документов.

По неимущим ситуация будет сложнее, поэтому она требует более внимательной проработки. Но мне представляется, что мы всё равно рано или поздно к этому придём. И это будет правильно, тем более что мы на самом деле увидим — какие товары пользуются спросом у людей, а какие не пользуются. Может быть, надо вообще другие товары ставить в номенклатуре, менять продуктовую корзину, а не те, которые мы людям предлагаем, а они им и не нужны.

И мы всё это увидим по итогам эксперимента, потому что сможем посмотреть по каждому чеку, что реально люди покупают. Сейчас электронные базы данных, которые есть у супермаркетов, позволяют увидеть структуру каждого чека

Иван Конобеев: Было написано в СМИ, что 500 человек будут участвовать в этом проекте. Это пока предварительные данные?

Антон Тыртышный: Будет решение рабочей группы. На самом деле там звучала цифра 5000. Это связано с тем, что в этом году закупается 10 000 продуктовых наборов, стартовая цена была 700 рублей, но это аукцион на понижение цены, и при аукционе цена падала.

Когда при аукционе падает цена, учитывая, что она изначально взята не с потолка, а на основе мониторинга цен в магазинах, то сразу возникает вопрос: «А то ли качество товаров, которое предоставит в итоге продавец — этот продуктовый набор?» Когда человек сам выбирает, то он будет сам соизмерять качество и цену. И, наверное, здесь будет как-то попроще человеку и лучше для него самого.

Депутаты в соцсетях

Иван Конобеев: Антон Григорьевич, не зря несколько раз пытался спросить, предложили ли избиратели или идея была собственная. Потому что сегодня социальные сети и коммуникации другого уровня включились между депутатами и между избирателями, между жителями Новосибирска. Если с этой стороны посмотреть, то социальные сети для депутата — это... Продолжите фразу.

Антон Тыртышный: Социальные сети для депутата — прежде всего это такой камертон. То есть депутат очень быстро понимает — в правильном ли направлении он действует, правильно ли говорит, нравится ли людям, которые его избрали или не избрали, которые против него голосовали — как они относятся к тем или иным его словам.

Я сейчас здесь нелицеприятно высказался о некоторых депутатах от коалиции. Люди, которые просто далеки от нашей городской политики, могут подумать, что, наверное, это не очень правильно и не хорошо.

Но у нас разные депутаты. Есть очень квалифицированные, которые не один созыв избираются в горсовет. Есть люди, которые в первый созыв пришли в горсовет, но при этом они большие специалисты в своих сферах. Есть люди, которые пришли в горсовет и не очень разбираются, но стараются. А кто-то даже не старается, но при этом очень размашисто высказывается по любому поводу.

Иван Конобеев: Скоро будут посты на эту тему?

Антон Тыртышный: Безусловно, будут посты и комментарии, будут обсуждения и моего выступления. Если меня прокомментируют 1000 человек, предположим — я вряд ли в состоянии прочитать все 1000 комментариев. Я не про все из них узнаю. Но там, где напишут мне в личку или меня упомянут, прочитаю, наверное. Но тоже, может быть, что-то и упущу. Такова жизнь.

С другой стороны, у меня практически во всех соцсетях есть профили — во «ВКонтакте», в «Одноклассниках», на «Фейсбуке», в «Инстаграме». В «ТикТоке» только нет.

IMG_8172_tn.JPG
Антон Тыртышный и Иван Конобеев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Иван Конобеев: Помощники этим занимаются?

Антон Тыртышный: Я всё веду персонально. И когда мне пишут, то я сам персонально отвечаю на вопросы. По-другому как? Когда человек пишет депутату, даже в личку куда-то, я пишу и отрабатываю вопрос, как нормальное письменное обращение. Это всё равно, что человек пришёл бы ко мне в депутатскую приёмную и написал мне.

Или мне написали во «ВКонтакте», что «дом №28 на улице 1905 года — у нас там въезд с 1995 года вечно не чищен, снежная каша. Это муниципальная территория, сделайте что-нибудь». Я беру и пишу письмо в администрацию округа, что ко мне поступило обращение. Будьте добры, уважаемые, это ваша зона ответственности, почистите, пожалуйста. И приезжает подрядчик администрации, который чистит снег.

Возле дома №28 на улице 1905 года ещё не почистили. Наверное, надо напомнить ещё раз. Я писал по Сухарке, там где-то почистили, хотя тоже не всё, ещё раз напомним.

Вот так и живём, и работаем, это нормально. Сейчас у меня всех профильных подписчиков, наверное, суммарно около 6000. Это одни и те же люди, но, учитывая, что у меня округ размером в 25 000 избирателей, наверное, это не так и мало по большому счёту. Если брать «Одноклассники», «ВКонтакте», «Инстаграм» — там в основном люди с округа, которые целенаправленно были приглашены мною туда именно как люди с округа. Есть специальные технологии — таргетированная реклама и так далее. 

Не каждый может сейчас прийти в приёмную, найти телефон или позвонить. Сейчас все находятся в соцсетях. Если какая-то проблема волнует — ты берёшь и пишешь депутату, это нормально. Соответственно, это позволяет нам сразу увидеть, если мы гребём куда-то не туда. В этом есть определённый плюс.

То есть 20 лет назад депутат пять лет как-то работает, как считает нужным, а потом перед выборами приходится отчитываться перед избирателями. Они ему говорят: «Двойка тебе за работу. Не хотим мы тебя больше видеть, будем другого выбирать». А он-то ведь и не знал, что он что-то не то делает, что люди недовольны им. А тут — где-то оступился, что-то не то скажешь — и всё. Тебе в личку прилетит 20 сообщений, и ещё чего-нибудь нелицеприятного про тебя напишут. И ты будешь понимать: «Ну да, наверное, не комильфо».

Но, с другой стороны, здесь же такой момент, что я как депутат тоже не пряник, чтобы всем нравиться. Потому что выборы — это штука конкурентная. То есть я, конечно, выиграл выборы, но кто-то голосовал против меня, кто-то голосовал за других кандидатов. Кто-то голосовал за других кандидатов, потому что он персонально против меня, не хотел меня видеть: «Кто угодно, только не этот». Но тем не менее большинство избирателей отдали предпочтение мне. Я поэтому депутат. Я понимаю, что есть люди, которые всегда будут настроены против меня. Это нормально. Нам же мозги даны для того, чтобы ориентироваться в ситуации.

Иван Конобеев: Соцсети же всё равно предполагают какой-то засвет личной жизни? Вы соцсети ведёте только как человек в пиджаке, или там есть и публикации, относящиеся к семье, к совместному походу на каток семьёй?

Антон Тыртышный: Все понимают, что разные социальные сети предназначены для разных целей. И там есть разные аудитории, которым удобно воспринимать информацию немного разного формата. То есть если «ВКонтакте» — мы понимаем, что это в основном люди в возрасте от 20 до 50. Если «Одноклассники» — то преимущественно постарше, в среднем лет на 10-15, даже пенсионеров очень много там. В «Инстаграме» — я не совсем понимаю. Там больше, конечно, помоложе, но и пожилые там тоже есть.

Соответственно, какие-то проблемные вопросы я освещаю в «Одноклассниках» или «ВКонтакте». Семейные новости я туда практически не пишу. Я думаю, что людям, которые находятся во «ВКонтакте», это не сильно интересно. А «Инстаграм» — это больше такая социальная сеть, в которой много личной информации. Традиционно людям это нравится в «Инстаграме». И если я иду с семьёй куда-то на каток, то я размещаю это в «Инстаграме». Если я иду с дочерью потренироваться в стрельбе, условно говоря, то тоже размещаю в этой соцсети.

Я считаю, в нашей ситуации всегда полезно уметь обращаться с оружием.

Иван Конобеев: Антон Григорьевич, я открою нашим радиослушателям секрет, что вы просили вас сегодня не трогать. Я так понимаю, что сейчас приём избирателей как раз начнётся, и он должен был начаться ещё час назад. Тогда последний вопрос: сколько человек могут в соцсетях вам написать, узнать какой-то ответ на волнующий вопрос? Есть люди, которые приходят ещё и в приёмную. Много этих людей?

Антон Тыртышный: Когда есть какая-то достаточно сложная проблема, когда нужно познакомиться с документами, естественно, что человек собирает их и несёт. И мы вместе уже разбираемся. Иногда как второй этап, иногда как самостоятельный этап.

Бывает такое, что устный разговор по телефону вообще невозможен, он будет бессмысленным до тех пор, пока ты не увидел документы по той проблеме, с которой человек пришёл.

Более того, сам человек может даже и не понять, что там в этих документах, какая в них информация содержится. Потому что есть вопросы чисто специфические. По вопросам ЖКХ если человек приходит — он взял там какие-то тарифы управляющей компании. А что там за этим цифрами скрывается?

Если я давно этой темой занимаюсь, то всегда смогу это разложить, рассказать и так далее. Наверное, депутаты для этого и нужны по большому счёту. И обычно я веду приём каждую неделю по четвергам, у меня в среднем по несколько человек приходят.

Сейчас мы просто сдвинули тех людей, которые звонили и предупреждали, что они придут. Пандемия заставила нас немножко перестроить свою работу. Раньше у меня всегда была живая очередь. Сейчас люди привыкли, что они могут просто прийти к закрытым дверям из-за того, что ограничен личный приём. Все звонят заранее и предупреждают, в том числе и сегодня. Я сейчас уйду отсюда, поеду к себе в приёмную, и у меня будет через полчаса один человек, потом через час сможет прийти группа людей, через час будет вторая группа. Так и работаем.

Иван Конобеев: Спасибо, что побывали у нас сегодня в эфире. Который раз мы тут считаем юбилейный выпуск. Я думаю, что не в последний раз. Удачи в депутатских делах! Прощаемся на сегодня.

Антон Тыртышный: Спасибо, что пригласили! До свидания!

Видео: nsknews.info

Что происходит

На улице Ипподромской впервые в истории сделают капитальный ремонт

Отопительный сезон в Новосибирске завершат до 10 мая при тёплой погоде

Чемпионат России по кёрлингу на колясках стартовал в Новосибирске

На торги выставят войсковую часть площадью 28 га в Новосибирске

Новосибирцев пустят на парад Победы 9 мая на площади Ленина

Для центра адаптации инвалидов в Новосибирске купили новое оборудование

Новосибирский нархоз впервые вошёл в список лучших университетов мира

Когда начнут капитальный ремонт дорог — слушайте в прямом эфире Горволны

Застройщик возглавил отделение партии «Справедливая Россия» в Новосибирске

Фотограф-ушуист показал грацию человеческого тела на выставке

Запуск нескольких дачных автобусов отложили в Новосибирской области

Показать ещё