Городская волна
Настрой город для себя

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Милый город

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Вечерний разговор: ДТП с самокатами, Ланнистеры и гопники в костюмах

Как быть с недисциплинированными пилотами электросамокатов? Сколько денег недоплатили в бюджет операторы отрасли микромобильности? Что делать с отсутствующими велодорожками и когда их достроят в Академгородке? Как защитить пешеходов от несущихся мимо самокатов? Эти и другие вопросы 15 сентября обсудили гости ток-шоу «Вечерний разговор» на радио «Городская волна» (101.4 FM) — первый вице-спикер заксобрания региона Андрей Панфёров, депутат новосибирского горсовета Георгий Андреев, ответственный в компании Whoosh за регион Сибирь Артур Ткаченко и один из основателей этой сети Сергей Лаврентьев.

Артём Роговский
Артём Роговский
20:45, 19 сентября 2022


Артём Роговский: Добрый вечер! Сегодня у нас в эфире будут сразу четверо гостей. И интересная тема на злобу дня. То, что интересно, пожалуй, каждому жителю города. Это электросамокаты.

Подходит к концу сезон проката самокатов в Новосибирске. Как пишут на сайте «Новосибирские новости»: «Популярность кикшеринга с каждым годом становится всё больше. Более 2 700 000 километров накатали горожане в этом году».

Представлю своих сегодняшних гостей. Справа от меня — первый вице-спикер заксобрания региона Андрей Панфёров. Андрей Борисович, добрый вечер!

Андрей Панфёров: Добрый вечер!

Артём Роговский: Слева от меня — депутат совета депутатов города Новосибирска Георгий Андреев. Георгий Андреевич, добрый вечер!

Георгий Андреев: Добрый вечер!

Артём Роговский: И сразу два человека, представляющие одну из самокатных организаций — Whoosh (жёлтые самокаты). Как известно, у нас есть либо жёлтые, либо фиолетовые самокаты.

IMG_7316.JPG
Артур Ткаченко, Андрей Панфёров, Артём Роговский. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Артур Вячеславович Ткаченко — ответственный в компании Whoosh за регион Сибирь. И попозже к нам присоединится один из основателей сети Whoosh — Сергей Владимирович Лаврентьев.

Для затравки предлагаю начать со старта сезона. 2 700 000 километров — это немыслимая цифра. Столько накатали новосибирцы на прокатных самокатах. Только компании Whoosh? Или вообще?

Артур Ткаченко: Добрый вечер. Спасибо за приглашение в эфир. Тема актуальная для всех. Я скажу больше — выписка была сделана чуть раньше. 

Если говорить про Новосибирск и Академгородок, то, по нашим данным, пользователи проехали 3 300 000 километров.    

По нашим метрикам это составляет более 1 200 000 поездок только за текущий сезон. Если говорить про пользователей — в сумме это более 160 000 человек. Практически каждый десятый новосибирец.

Мы рады быть в Новосибирске. Этот город стал фактически второй точкой у компании Whoosh после Москвы. Это был 2019 год.

Сейчас работаем, готовимся к закрытию сезона, ориентируемся на погодные условия.

Артём Роговский: Но, как мы знаем, не все были рады появлению электросамокатов в Новосибирске.

IMG_7444.JPG
Андрей Панфёров. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Один из моих сегодняшних гостей Андрей Борисович Панфёров на своей странице во «ВКонтакте» 15 апреля опубликовал — спустя две недели после начала самокатного сезона — обращение к мэру Новосибирска Анатолию Локтю с просьбой прекратить «возмутительную вакханалию самокатчиков на бездорожье Новосибирска».

Андрей Борисович, почему вы были и, возможно, остаётесь против самокатов на наших улицах?

Андрей Панфёров: Спасибо, Артём, что пригласили в эфир. Эта тема действительно уже должна обсуждаться с подведением итогов.

Сам я не самокатчик. Обычно езжу, хожу или бегаю по городу — когда занимаюсь спортом. Когда я как пешеход следую по тротуарам и улицам Новосибирска — особенно в центре, где эти самокаты активно эксплуатируются, — то вижу многое. Сейчас это немного упорядочили.

Сегодня специально прошёл по улицам и посмотрел со стороны — насколько значимыми были последние изменения. 

Откровенно скажу: так, как начинали эксплуатацию самокатов в этом и в прошлом году, эта вакханалия действительно должна была прекратиться. 

И пока не были оговорены правила эксплуатации этого транспорта — выпускать их на тротуары и улицы города нельзя.

Артём Роговский: Спасибо, Андрей Борисович!

Георгий Андреевич Андреев, как и я, является членом рабочей группы по пользованию электросамокатами в Новосибирске. Я уже сказал коллегам, что они со своим Whoosh’ем до моего Первомайского района не доехали.

Urent появлялся, местами мы согласовали... Пропал. Ни ответа, ни привета. Даже письмо вернулось, отправленное по указанному адресу. Но не суть.

Георгий Андреевич, как вы оцениваете завершающийся сезон самокатного движения в Новосибирске?

Георгий Андреев: У меня в приложении Whoosh на данный момент зафиксировано 12 поездок. Но при этом могу сказать коллегам, которые сегодня пришли, — ситуация у нас довольно серьёзная. Наш политик регионального уровня Андрей Борисович Панфёров поднял такой вопрос.

IMG_7495.JPG
Георгий Андреев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Андрея Борисовича я знаю класса с седьмого или восьмого. Когда я ещё учился в 12-й школе — часто видел Андрея Борисовича у нас в центре, на перекладине. Он практически всегда подтягивался. Было тяжело застать его на земле.

Андрей Борисович — коренной житель центра города. И то заявление, которое я видел, было эмоциональным. Некоторыми людьми оно было воспринято с иронией. Но лично я был благодарен за то, что именно таким заявлением мы привлекли максимальное внимание. Что политик такого уровня, с серьёзной репутацией обратил внимание на такую сферу. И к ней начали относиться абсолютно серьёзно все. Что это не какие-то покатушки, развлечения или карусели. Что это действительно несёт опасность и может стать проблемой.

Андрей Борисович, как и многие другие депутаты, всесторонне подошёл к этому вопросу. Когда я его обсуждаю — радею только за два момента. Первый — чтобы было чёткое упорядочивание размещения этих самокатов, их мест хранения. Тут есть слабые места, есть определённая хитрость и (уж простите, коллеги, не сочтите за резкость), как мне кажется, лукавство. Когда сейчас берётся в аренду два квадратных метра под размещение самокатов, а туда их навалено 10-15 (мы понимаем, сколько на самом деле самокатов можно поместить в такую квадратуру), используется муниципальная земля не по назначению.

 Просто пока ещё у прокуратуры не дошли руки на это посмотреть.

И общество в целом втягивается в дискуссию — что «мэрия что-то не понимает», «мэрия закостенелая». А вот закон у нас неправильный. «А что у нас в мэрии не скажут Мишустину с его правительством — как нужно делать?»

Но мы понимаем: где у нас мэрия города, а где — правительство Российской Федерации. И вы, коллеги, тоже прекрасно это понимаете. Важный момент, как мне кажется, основная точка напряжения — что у кикшеринга сейчас один из ключевых моментов в бизнесе — возможность миграции объёма самокатов по городу так, как вам заблагорассудится.

Условно говоря, начался весенний сезон — взяли и свалили самокаты в одну сторону. Где люди ходят — там самокаты и появляются. В течение сезона проходные места меняются. Например, оттаяла набережная — там они появились. И вы как бизнес — я вас ни в коем случае не осуждаю! — не заинтересованы в том, чтобы муниципалитет до конца навёл порядок. Системе вашего бизнеса это не нужно. И тут у нас получаются столкновение интересов и недопонимание. И я пока, к сожалению, не нашёл возможности это понимание найти.

IMG_7340.JPG
Артур Ткаченко. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Я очень рад, что сегодня тут есть один из создателей этого бизнеса. Честно скажу, что в жизни не сяду на фиолетовые самокаты. Для меня есть только жёлтые. Считаю, что ваших оппонентов нужно выкинуть из города.

Мне кажется, что чем больше будет здравых разговоров у серьёзного бизнеса с мэрией крупнейшего города, тем быстрее у нас появится консенсус.

Артём Роговский: Почему самокатный сезон начинается так, как он начинается (а именно — приехала «Газель», бросили и уехали)?

Артур Ткаченко: Я думаю, тут вопрос восприятия. Мы — достаточно опытная операционная команда. Начало сезона бывает хаотичным, но мы делаем всё для того, чтобы это контролировать.

Артём Роговский: Уже есть звонки в эфир. Добрый вечер! Как вас зовут?

Звонок: Здравствуйте! Меня зовут Ольга. У меня работа в основном связана с ходьбой. Чтобы сократить расстояние, я иногда пользуюсь самокатом. И ещё мы с дочкой любим кататься на самокате. Раньше, насколько я помню, этот вид транспорта появился в Академгородке. Мы туда специально ездили с друзьями для того, чтобы покататься. А так — это очень здорово, современно и правильно.

Артём Роговский: Спасибо, Ольга, за звонок!

Хочу теперь дать слово Сергею Владимировичу. В мэрии год назад у вас была встреча по вопросам Академгородка. Вы тогда ещё сказали, что являетесь однофамильцем Лаврентьева, это символично. И шёл разговор о том, чтобы сделать велодорожку. Сделана ли сейчас эта велодорожка?

Сергей Лаврентьев: Добрый вечер!

Ольга, хочу вас поблагодарить. Позвоните в студию после эфира — я вам дам промокод.

Что касается истории с велодорожкой в Академгородке. Год назад у нас было выездное собрание в Новосибирске. Трое из четырёх основателей компании родились, учились и выросли в Новосибирске. Я родом из другого региона России, но фамилия у меня очень символичная и любима многими горожанами.

NET_9485.JPG
Фото: Ростислав Нетисов, nsknews.info

Год назад было выездное собрание. Мы посетили и изучили то, как работает транспорт Новосибирска. В том числе заехали в Академгородок. И эта часть Новосибирска была вторым городским районом в России, где был запущен сервис Whoosh. Для нас это большая гордость. Также это очень сильный эмоциональный шаг. Прежде всего — для основателей города.

Мы посмотрели на старую инфраструктуру, которая была основана ещё моим однофамильцем. Нашли старые велодорожки, которые уже поросли травой. И у нас возникла идея — восстановить их, создать пилотный проект и тестировать там эволюцию перехода от автомобиля и общественного транспорта к шерингу, самокатам.

Мы обратились с этой идеей в администрацию Новосибирска. Покуда мы не являемся строительной и автодорожной компанией, но такая идея родилась из самых благих намерений — мы сказали, что сначала хотим оценить этот проект.

Мы наняли специальную компанию, которая сделала оценку проекта. К сожалению, самая скромная оценка оказалась в шесть раз больше, чем наши самые смелые ожидания по бюджету. Это большие суммы, сотни миллионов рублей.

Мы поставили этот проект на паузу. 

Недавно показывали сериал «Игра престолов» — мы как Ланнистеры: Whoosh всегда платит по счетам. 

Рано или поздно мы этот проект реализуем. У нас есть идеи, как профинансировать. Мы готовы выступить соинвестором проекта, мы от него не отказались и не отказываемся. Просто физически сейчас как частная компания не можем позволить себе те суммы, на которые нам проект оценили.

Артём Роговский: Обращаюсь к вице-спикеру Заксобрания. Андрей Борисович, а должны ли компании участвовать в таких вопросах?

Андрей Панфёров: Если компания имеет такое желание — она, на мой взгляд, может принимать в этом участие. Но я сразу скажу — нужно быть очень аккуратным в своих обещаниях. Потому что пообещать можно всё что угодно.

Я бы хотел возвратиться, Артём, вот к чему. Мы сейчас не говорим о километраже и о том, каким образом компания входила и какие она преследует цели, приходя в Новосибирск. Мы говорим о порядке, который необходимо соблюдать при эксплуатации этого транспорта, который пришёл в наш город.

Чем больше я с этим ознакамливаюсь — тем больше понимаю, что сейчас этот порядок уже не выкорчуешь. Всё, уже запустили. У меня есть несколько вопросов, в том числе к мэрии — к тем чиновникам, которые вели переговоры с этими компаниями и устанавливали правила.

IMG_7262.JPG
Артур Ткаченко, Андрей Панфёров, Артём Роговский. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Второе. Что сказали Артём и Георгий. По поводу стоянок и всего остального. Вы поймите правильно — с вашей стороны есть определённые вещи, которые вы не можете устранить. Все вопросы прежде всего идут к муниципальной власти — почему она не наводит порядок?

А я скажу. Специально сегодня перед приездом на эфир прочёл правила, которые вы поддерживаете, о которых вы говорите. По два человека нельзя ездить. Нельзя ездить по паркам. И так далее.

Вчера в 23 часа в Центральном парке восемь человек ехали на четырёх самокатах — по двое на каждом. Причём из них 5-6 — киргизы с банками пива. Гоняли по дорожкам — никто им и слова не сказал. Они паркуются за Центральным парком.

Мост, который идёт от законодательного собрания, — там постоянно гоняют на этих самокатах. Лавирование между пожилыми людьми (я даже не говорю об обычных горожанах) — очень опасный манёвр.

Едет дядька под 120 килограммов, и он даже не понимает, что нужно слезть, перейти дорогу по переходу, катя этот самокат, и потом снова садиться на него. Это создаёт угрозу и неприятие людьми вашего вида транспорта. Вот о чём идёт разговор. Вы должны быть заинтересованы, чтобы к вам люди тянулись. Но когда идёт такая дезорганизация...

Я знаю, что ваши самокаты забрасывали даже на крыши автобусных остановок. Просто люди таким образом показывают своё отношение к тому, что происходит. Вот в чём вопрос.

Артём Роговский: Спасибо, Андрей Борисович. Сейчас примем входящий звонок и продолжим этот разговор.

Добрый вечер! Как вас зовут и нужны ли Новосибирску электросамокаты?

Звонок: Добрый вечер! Меня зовут Даша. На мой взгляд, электросамокаты Новосибирску не помешают. Сама я живу в Академгородке. Я обычно езжу от дома до офиса. Всё достаточно экологично и быстро. Полевая и Гнесиных. Мне кажется, пандемия внесла некую тревожность в нашу жизнь. С самокатами лично мне намного спокойнее передвигаться, чем на общественном транспорте.

Артём Роговский: Вопрос от Георгия Андреева.

Георгий Андреев: Я сам очень редко бываю в Академгородке. Какого там цвета самокаты?

Даша: Жёлтые. Теперь уже появились и фиолетовые.

Артём Роговский: Против фиолетовых выступает Георгий Андреев. Думаю, скоро их не будет нигде в Новосибирске. Спасибо за звонок!

Георгий Андреев: Тоже скажу пару слов. Уважаемые коллеги, поймите главное: я уверен, что реальных противников электросамокатов очень мало. Это то же самое — можно ли быть противником каруселей в парке? Или троллейбусов на улице? Мы — за. Вы большие молодцы, инвестировали большие средства в наш город. Огромное вам спасибо. Сейчас вы пишете новую историю предпринимательской деятельности этой страны, Новосибирска.

Я думаю, вам нужно хорошо поговорить со своими пиарщиками. Я оцениваю это, будучи сам пиарщиком по профессии. Вы сделали пиар-кампанию и при этом надавили на очень больную мозоль. Так делать нельзя. Будьте, пожалуйста, аккуратнее. Дорожки в Академгородке — очень важный момент, который лишний раз лучше не трогать.

Мы все сейчас выступаем за одно — чтобы был порядок и безопасность. Главный момент — чтобы платились деньги за аренду в бюджет. Таково и требование прокуратуры.

Если мы договариваемся — вы просто встраиваетесь, как пазл, в жизнь Новосибирска.

Артём Роговский: Добрый вечер! Как вас зовут?

Звонок: Добрый вечер! Меня зовут Сергей. Я не катаюсь на самокатах, я не против их. Но в данном случае хочу поддержать линию Панфёрова. Город не подготовлен для эксплуатации этого вида транспорта. Самокаты едут либо по тротуару, что мешает пешеходному трафику, либо по дороге, что небезопасно как для них, так и для автовладельцев. Я сам водитель, езжу по всему городу. Бывал в других городах и странах, видел, как это у них организовано. Есть специальные велодорожки. По ним нельзя ходить пешеходам.

Артём Роговский: Место электросамоката — на специальной дорожке?

Сергей: Абсолютно правильно.

Артём Роговский: Спасибо за звонок! Сергей Владимирович, прокомментируйте.

Сергей Лаврентьев: Это правильно — там, где они есть. Спасибо за комментарий, вопрос очень правильный.

Расскажу про саму отрасль микромобильности. Ей от роду пять лет. Технологии всегда опережают законодательную базу. Мы знаем, что сущность самокатов ещё никак не узаконена, не регламентируется — ни правилами дорожного движения, ни отношением с городами. Из-за этого юридического лимба, в котором мы оказались, определение взаимоотношения с самокатами с городом отдано на откуп каждому отдельному муниципалитету.

Мы работаем уже в 50 городах РФ, в Казахстане и Белоруссии. В каждом городе — свои правила. У нас есть определённые критерии, но мы разделили их на шесть сценариев работы с городом. Мы все ожидаем поправок к правилам дорожного движения, которые урегулируют эту отрасль, упростят жизнь всем нам — операторам, властям, пользователям.

Вы много раз сказали про порядок и безопасность. Это наш приоритет №1. То, что мы видим и наблюдаем... Ещё раз напомню: отрасли — пять лет от роду. У нас громадный штат программистов, которые работают. В ближайшее время мы внедрим революционные технологии, которые позволят нам отсекать катание вдвоём, катание детей.

IMG_7624.JPG
Сергей Лаврентьев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Мы работаем над искусственным интеллектом, который будет понимать — где находится самокат — с помощью компьютерного зрения. Даже если он находится в толпе, где условно не ограничена скорость (а она везде ограничена как 25 км/час) всё равно он будет снижать скорость самоката до приемлемых значений. У нас работают умнейшие программисты страны, которые сделают самокат в ближайшее время самым безопасным и самым умным транспортом в мире.

Артём Роговский: Дорога, тротуар или специальная велодорожка? С учётом всего того опыта, который вы накопили в компании Whoosh.

Сергей Лаврентьев: У министерства транспорта есть рекомендации, на которых будут основаны поправки в ПДД. Там рекомендовано ехать по велодорожке — там, где она есть. Если её нет — то по тротуару.

При этом идёт отсечка по весу самоката и по скорости — 25 км/час. Если невозможно ехать по тротуару или по велодорожке — тогда можно ехать по правой стороне автодороги. Будет дан распорядок, и его внесут в ПДД. Мы ожидаем эти поправки к концу года.

Артём Роговский: Пьяные водители — что делать с ними?

Сергей Лаврентьев: Сложный вопрос. У нас будет индекс вождения. Мы уже сейчас понимаем — по какой поверхности едет самокат. Мы будем понимать, как он едет.  

Если он часто делает повороты, нестабильно держит руль — мы понимаем, что либо это неопытный пользователь, либо пьяный человек. Мы будем искусственно снижать скорость.

Есть определённые критерии, которые мы разрабатываем сейчас.

У нас очень мало времени. Мы быстро развивались. Сейчас создаём искусственный интеллект, который сделает самокат самым безопасным и умным видом транспорта — за исключением, возможно, самолётов на автопилоте.

Андрей Панфёров: Скажите — эти аргументы будут иметь действие, когда вы подойдёте к родителям, ребёнок которых лежит в гипсе? И вы будете рассказывать, что в ближайшее время у вас всё это появится.

Я вас уверяю, что вас отправят куда подальше с этими самокатами и разработками. Я знаю настроение людей. Я не исключаю, что за этими самокатами — большое будущее. Но факт остаётся фактом.

Город — это общественное пространство. Тротуар — общественное пространство, там ходят люди разных возрастов и с разным состоянием здоровья. Даже один покалеченный или убитый человек не стоит ваших самокатов, хоть миллионы их сюда завезите. Можете рассказывать про экологию, километраж поездок.

И ещё спрошу — сколько вы заплатили в бюджет города Новосибирска за последний год? Каким образом вы помогаете муниципалитету создавать эту инфраструктуру — под ваш транспорт?

Сергей Лаврентьев: Что касается безопасности. У меня у самого есть двое детей школьного возраста. У старшего партнёра нашей компании четверо детей школьного возраста. Обвинять нас в том, что мы игнорируем безопасность детей не совсем корректно. Мы делаем.

Эту реальность невозможно отрицать. Всё равно, что в своё время отрицали паровозы, автомобили...

Андрей Панфёров: Мы не туда уходим. Как ваши нынешние аргументы повлияют на сознание родителей. Что ваш самокатчик — пьяный, или вдвоём — покалечили ребёнка. И когда начнут спрашивать, когда вы компенсируете лечение, и вы ответите, что никаких правил нет, и ничего компенсировать не будете. И что это вопрос к муниципалитету, который не может вам обеспечить безопасность.

Я практик. Каждый день работаю с людьми, а не с самокатами. Говорю, как есть. Вот есть общее количество пешеходов, которые ходят по городу. Одна часть, условно, до 60 лет, вторая — после 60. Третья часть — с болезнями, с колясками, с детьми. И четвёртая — это ваши самокатчики, которые вам звонят и рассказывают, как всё замечательно. Экология сохраняется.

И я это не исключаю. Я в эти тонкости даже не ухожу. Здесь вопрос совершенно в другом. Нужны чёткие и строгие правила эксплуатации ваших транспортных средств, которые сейчас находятся на пешеходных тротуарах города Новосибирска.

IMG_7510.JPG
Артём Роговский, Георгий Андреев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

С Москвой сравнивать — пусть живут своей жизнью. Волгоград — там тоже свои правила. Вот у меня в чём вопрос. И вопрос, в том числе, к чиновникам мэрии, которые вас сюда пустили. Но при этом не отработали правила эксплуатации транспортных средств. Георгий?

Артём Роговский: Подходим к самому интересному. Георгий Андреевич является членом рабочей группы.

Георгий Андреев: Здесь я согласен с Андреем Борисовичем. Коллеги, поймите, важный нюанс. Я часто был на мероприятиях, связанных с самокатами. Видел вашу большую группу поддержки. Вы поймите, что есть огромное количество жителей этого города, которых вы — в силу возраста, окружения — просто не ощущаете. А это действительно фактор опасности.

Вот вы говорите, что у вас есть дети. Но вы зашли в 50 городов и они фактически все по-разному развиваются. Они все оказались в одной и той же среде. И все начали по-разному выживать.

Повторюсь: никто не против самокатов. Но наша задача сейчас: с одной стороны — защитить интересы города, с другой — защитить интересы всех горожан, в том числе абсолютно бесправных пешеходов. Людей старшего возраста, с колясками. 

Представьте, что вы идёте с двумя детьми по парку. Один вас тянет в одну сторону, другой в другую. А вокруг ездят самокаты. Не мне вам объяснять, какие у вас будут ощущения при такой прогулке.

В данный момент речь о том, что необходимо принять меры. 25 км/час — это очень быстро. Я сам велосипедист. Когда занимался спортом — разгонялся до 67 км/час, меня чуть не сдуло с велосипеда. Но я понимаю, что такое — 25 км/час. Я ещё занимался велотуризмом, ездил с рюкзаком на 100 килограмм. Это пушечное ядро.

Сейчас я поднабрал вес и понимаю, что если буду ехать в толпе и не справлюсь с управлением, то могу покалечить большое количество людей. И таких моментов может быть очень много. Если бы, например, ваши самокаты ехали 15 км/час — возможно, тут не было бы никаких эмоций. Они спокойно лавировали бы в потоке, не были бы столь опасными.

Артём Роговский: Ещё один звонок примем. Как вас зовут? Нужны ли самокаты?

Звонок: Здравствуйте! Меня зовут Валентина Васильевна. Вы сказали, что в 50 городов зашли, но сами города не подготовлены. Сейчас набираете компьютерщиков, им надо платить. А велодорожки делать некому и не на что. Может быть, как-то по-другому это решить? Дорожек вообще нет. Даже пешеходные дорожки есть не везде.

Артём Роговский: Спасибо за звонок. Сергей Владимирович, теперь вам слово.

Сергей Лаврентьев: Это очень хорошо, что вы упомянули велосипеды. У нас есть статистика страны от ГИБДД за прошлые годы. Она говорит, что ДТП, связанных с велосипедом, на порядок больше, чем ДТП с самокатами.

Но при этом велосипеды никто не запрещает, не ограничивает их в скорости. Вы сами сказали, что на велосипеде можно разогнаться до 60 км/час. На шеринговом самокате сейчас нельзя разогнаться больше 25 км/час... Меня поправил коллега. Оказывается, у нас в Новосибирске ограничение в 20 км/час. На многих улицах города мы ограничили скорость ещё меньше — до 15 км/час. В парках — 10 км/час. Есть зоны, которые вообще полностью запрещены для катания. Там самокат банально не сможет ехать.

Другая статистика, тоже факты, подтверждённые данными ГИБДД: в 98% случаев ДТП случаются с частными электросамокатами. Ящик Пандоры. Там бывают самокаты, которые ездят со скоростью более 100 км/час. Как вы сможете регулировать эти самокаты? Через нас, через шеринговую компанию?

Вы можете полностью планировать движение в городе. Сказать, что вот эта улица запрещена. Можете закрыть улицу для проезда и парковки. Мы сможем это сделать.

IMG_7343.JPG
Артур Ткаченко, Андрей Панфёров, Фото: Павел Комаров, nsknews.info

С частными самокатами вы никогда не сможете это сделать. Есть города, из которых уходили операторы по тем или иным причинам. В этих городах сразу же увеличивались продажи самокатов на 400%. Люди понимали все преимущества пользования этим видом транспорта. А из-за того, что организованная микромобильность уходила — приходили продавцы частных самокатов. И их вы никогда не сможете регулировать.

Часто нас гребут под одну гребёнку. Но есть самокаты частные. И также есть статистика Wildberries, которая показывает увеличение продаж — иногда до 1000% — после ухода шеринговых компаний из города.

Артём Роговский: Последний звонок на сегодня. Добрый вечер! Как вас зовут?

Звонок: Добрый вечер! Меня зовут Сергей. Я за то, чтобы самокаты у нас в городе были. Потому что это очень удобно. Я по выходным со своим ребёнком пользуюсь услугами самокатов, но только в тех местах, где есть специальные дорожки. Либо на Речном вокзале, либо от станции метро «Площадь Маркса» до «Студенческой». Я сейчас слушаю вашу программу. Есть ощущение, что нашей городской администрации как будто не хватает денег. В городе столько проблем, а они взялись за эту историю.

Артём Роговский: Здесь с вами не соглашусь. Сейчас обсудим. Спасибо за звонок.

Речь о другом — не согласовали самокатные компании места парковок в установленном режиме. Администрация города провела рейды с изъятием. И там эти «гопники в фиолетовом» — как вы их назвали?

Георгий Андреев: Гопниками в костюмах. Эти ребята сначала кидались на чиновников, которые проводили изъятия. А потом отмылись, надели костюмы и с благостными лицами пришли в мэрию отстаивать свои права.

Сейчас скажу свою позицию. Раз уж вы пришли к самокатам, уважаемые горожане — садитесь, пожалуйста, на жёлтые самокаты.

Артём Роговский: У позвонившего тоже не совсем правильное мнение — вот, чиновники что-то запрещают. Что мешало в установленном порядке оформить парковки?

Сергей Лаврентьев: Есть несколько сценариев работы с городами. Мы выбрали не самый работоспособный сценарий для Новосибирска. Отчасти это наша ошибка, отчасти города. Но я принимаю ошибку на себя. Это полностью наше упущение, что мы не успели вовремя подать заявления на все парковки, которые нам необходимы.

Нам согласовали всего лишь где-то одну четвёртую часть от тех парковок, которые нам необходимы. Мы заплатили за них около 400 000 рублей. Хотя могли заплатить гораздо больше.

Прямые инвестиции в создание этой инфраструктуры в городе Новосибирске превысили, по-моему, около 300 млн рублей.

Артём Роговский: Вот эта цифра меня всегда пугает.

Георгий Андреев: Я слышал цифру в 250 млн.

Артём Роговский: «Прямых инвестиций». Что вы под этим понимаете?

Сергей Лаврентьев: Допустим, к вам приехал предприниматель и поставил частные электрические автобусы. И возил бы на них людей.

Георгий Андреев: Вы просто купили самокаты на эту сумму. Это немного другое.

Андрей Панфёров: Я вас понял. Ответьте на вопрос — сколько вы заплатили налогов? У меня любимая собака — английский бульдог. Он как вцепится! Я сейчас уцепился за этот вопрос. Хочу услышать — сколько вы заплатили денег городу за то, чтобы ваши самокаты здесь появились. Чтобы эти деньги пошли на развитие муниципалитета.

Сергей Лаврентьев: За согласование парковок, которых было меньше, чем необходимо — около 400 000 рублей.

Артём Роговский: За год?

Сергей Лаврентьев: За сезон.

Андрей Панфёров: Сильно, да?

Сергей Лаврентьев: Это по допсоглашению.

Георгий Андреев: Во-первых — за прошлый год вы не заплатили ни копейки. Эту цифру нужно проверить. Я вас очень прошу. Обращаюсь от имени комиссии по предпринимательству города Новосибирска. Вы похожи на разумного человека. Сейчас у вас заканчивается сезон.

Прямо сейчас, как только он закончится — идите в мэрию Новосибирска, получайте разрешение на использование земельного участка. 

Это разрешение даётся на год. И вы можете всю осень и зиму получать эти разрешения и оформлять для себя удобный график работы. Сейчас же что получается?

Вы пришли в мае и начали просто скандалить. Говорили, что не успели. Рестораторы, у которых летники в городе, начали подавать заявления ещё в феврале, потому что им это важно. Вам, получается, было неважно.

Андрей Панфёров: У меня такая просьба. Если вы работаете на территории нашего уважаемого города — то этот город нужно поддерживать, в том числе и деньгами за эксплуатацию этих самокатов.

Артём Роговский: На этой оптимистичной ноте мы попрощаемся с нашими радиослушателями. Я благодарю всех своих сегодняшних гостей за очень содержательный разговор. И тех, кто нам дозвонился в студию со своим мнением.

От себя желаю успешной работы в городе, но — в установленных городом правилах. И самое главное — не забудьте сделать обещанную дорожку в Академгородке.

Полную запись интервью смотрите в этом видео: 

Видео: nsknews.info

Что происходит

Робота-лейку и перчатки с подогревом показали в Экспоцентре

Артисты Новосибирска дадут спектакли в поддержку Донбасса

Самого меткого снайпера выберут на стрельбах новосибирской Росгвардии

Омбудсмен заявила о двух погибших мобилизованных на сборах в НВВКУ

Валенки с Путиным: какие необычные подарки делали новосибирцы президенту

Атлантика дышит: в Новосибирске ожидается до +18 в выходные

Более 300 мобилизованных получили отсрочку в Новосибирской области

Народный артист Иван Ромашко умер на 93-м году жизни в Новосибирске

На четыре ночи остановят движение на проезде Энергетиков в Новосибирске

Афиша выходных: прогулка по дну моря, концерт кайчи и Beet Weekend в кино

Трамваи сократят маршруты в левобережье Новосибирска на выходных

Показать ещё