Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Разговор о спорте: «Пять минут лежал под лавиной, меня случайно нашли»

Где в Новосибирске тренируются альпинисты во время самоизоляции? За что они ненавидят горный туризм? Страшно ли ночевать, вися над пропастью? Какие виды состязаний есть в этом виде спорта? Член новосибирской областной сборной по альпинизму Алексей Сухарев рассказал об этом 19 августа в передаче «Вечерний разговор о спорте» на радио «Городская волна» (101.4 FM).

Михаил Якимов, Вероника Иванова
Михаил Якимов, Вероника Иванова
12:08, 21 августа 2020

Вероника Иванова: Алексей, наша редакция вас узнала во время съёмки телевизионного сюжета. Тренировки были на Октябрьском мосту. Многие гуляющие по набережной частенько видят альпинистов — людей, которые взбираются на опору моста. Я так понимаю, что это давно известное место тренировок, поскольку скал особо в Новосибирске нет. Как вы тренируетесь? Это действительно похоже не скалы?

Алексей Сухарев: На опоре очень удобное место, потому что легко добраться — станция «Речной вокзал» находится рядом. Рельеф близкий к естественному, там природный камень, добытый в карьере неподалёку. На поверхности есть разнообразные «трассы» — от совсем простых до тех, что посложнее. Есть где потренироваться. В период, когда невозможно попасть на скалодром, как сейчас, это хорошее подспорье.

Михаил Якимов: Насколько вообще эффективен для альпиниста скалодром? Там же нельзя в полной мере использовать оборудование, крючки какие-то вставлять в скалу.

Алексей Сухарев: Скалолазание — это неотъемлемая часть альпинизма. Так же, как ледолазание, общая физическая подготовка. Эти виды спорта изначально вышли из альпинизма. Невозможно приходить в горы на нормальном уровне, особенно летом, не имея хорошего опыта или уровня. Поэтому скалолазные тренировки обязательны. Как на скалодроме, так и на живом рельефе.

Вероника Иванова: Разделите понятия для тех, кто не знает. Мы сейчас говорим о скалолазании. Это когда человек на верёвке со страховкой взбирается, верно?

Алексей Сухарев: Самый частый вопрос — чем туризм отличается от альпинизма. Туризм бывает горным, пешим, водным. Горный туризм подразумевает преодоление какого-то определённого маршрута с восхождением на перевалы, вершины. То есть не ставится конечной целью именно восхождение. Ведётся маршрут, и преодолеваются различные препятствия.

В альпинизме цель — именно восхождение на вершину. И спортивная составляющая — это преодоление препятствий на пути к вершине. Есть такая прибаутка, что «больше всего в альпинизме ненавижу горный туризм». Потому что бывают далёкие экспедиции, неделю идёшь под гору, и это выматывает.

Обычно на тренировочных сборах приезжаешь в горный район, ставишь лагерь. Подход под гору занимает три-шесть часов. Дошёл, прошёл маршрут и возвращаешься обратно, отдыхаешь. Нет такого, что с тяжёлым рюкзаком 30-40 килограммов постоянно куда-то движешься.

А скалолазание — это прохождение трассы на подготовленной скале. То есть уже есть пробитые маршруты, это абсолютно безопасно. Это более массовый вид спорта, потому что всё уже подготовлено, требуется минимум снаряжения. Только бери и лезь.

O0fVUPqAddg_cr_tn.JPG
Фото: личный архив Алексея Сухарева

Михаил Якимов: Мы привыкли по фильмам, что альпинисты карабкаются по уже подготовленным маршрутам. Но ведь кто-то должен его подготовить, особенно если это дикая неисхоженная местность.

Алексей Сухарев: Есть такая вещь, как первопрохождение. На горе имеются разные маршруты, но какая-то логичная нитка ещё не пройдена. Команда идёт по этой нитке, сама выбирает — куда лезть, где ночевать, что использовать для страховки и прочее.

Затем этот маршрут классифицируется, подаётся отчёт, прописываются все сложности участков, характер рельефа. Потом приезжают люди и смотрят описание. Это не значит, что маршрут подготовленный и везде набиты болты. Ты так же лезешь, организуешь свои точки страховки, но уже знаешь, чего ожидать.

Вероника Иванова: Много нужно снаряжения? То, что видела я, казалось минимальным набором.

Алексей Сухарев: Смотря для чего. Для спортивного скалолазания нужен минимальный набор: оттяжка, страховка, верёвка. Могут быть каска, скальные туфли.

Для боулдеринга, лазанья без веревки, нужны только скальник, мешочек для магнезии и «крэш пад».

Для альпинизма набор снаряжения очень обширный. Там одежда, разные технические железяки, верёвки. И всё это выходит из строя, надо регулярно обновлять.

Я 12 лет занимаюсь альпинизмом, но до сих пор не купил себе всё, что хотелось бы иметь. Чтобы просто начать заниматься альпинизмом, много снаряжения не нужно. Особенно если ты приходишь в клуб, там тебе предоставляют начальный набор.

vW-piZDmZ0s_cr_tn.JPG
Фото: личный архив Алексея Сухарева

Если едешь летом в горы — это комфортный способ войти. Особенно если это тёплые горы. Порой приходишь в лагерь, а там летом по колено снега. Там тоже набор минимальный: беседка, каска, ботинки. А чем дольше ходишь — тем больше надо.

Следующая ступень — когда начинаешь ходить спортивной группой. Там маршруты посложнее, и клубное снаряжение никто не даст, нужно всё личное. Потом ты начинаешь ездить зимой, там нужны ботинки, в которых в −30 не мерзнут ноги, пуховик, спальник и так далее.

Как-то раз мы с напарником вылетали из Бишкека, остальные напарники раньше уехали, а у нас на двоих было груза на 150 килограммов.

Вероника Иванова: Это вам не ручная кладь в лоукостере.

Затронули тему, что маршруты разные, интересные, есть разные виды. А что ещё непреодолённого осталось впереди?

Алексей Сухарев: Есть уже много лет нерешённые проблемы. Например, зимняя К2, на неё ещё зимой никто не взошёл. Все остальные восьмитысячники пройдены, а она нет. Это второй по высоте пик в мире. Там суровые условия и очень тяжёлая работа на большой высоте.

Следующий тренд современного альпинизма — уехать куда-нибудь подальше и залезть на какую-то гору, на которую никто никогда раньше не лазил.

Вероника Иванова: Такие ещё остались?

Алексей Сухарев: Конечно. Гор-то много. Просто те, что на слуху, уже исхожены. Есть какие-то горы, про которые забыли. Например, в Советском Союзе проводились соревнования или сборы в районе, а потом 15 лет там никто не был. Мы прошлым летом ездили на подобную гору.

Михаил Якимов: У вас есть опыт первой прокладки трассы? А если она не одна — какая самая сложная?

Алексей Сухарев: Прошлым летом мы ездили в двухсоставную экспедицию. Сначала мы были в ущелье Ляйляк, это в Киргизии. И там сделали первопроход шестой категории трудности. Всего в альпинизме шесть категорий, и каждая делится на половины. Начиная с 1А, заканчивая 6Б.

Мы сходили на 6А, это почти что самая трудная. Мы думали одно, а на деле оказалось другое. Смотрели фотографии, разговаривали с альпинистами, которые ходили мимо. Посмотрели, что вроде всё хорошо по рельефу, полезли. А в итоге пришлось по абсолютно гладкой стене долбить дырки.

Это такой вариант, когда пройти надо, но нет других возможностей. Это сильно замедляет, на восхождение потребовалось пять дней. Всё это время были на стене, жили на платформе. Это когда забиваются болты, вешается сборный каркас.

Михаил Якимов: То есть, по сути, спите над пропастью?

Алексей Сухарев: Да.

Михаил Якимов: Как привыкнуть к такому? Я думаю, что страшно даже опытному человеку.

Алексей Сухарев: Не знаю. Просто когда ты начинаешь ходить в подобные горы, где нужна платформа, ты уже во многих ситуациях побывал, и это воспринимается нормально.

IMG_8710_tn.JPG
Вероника Иванова, Алексей Сухарев и Михаил Якимов. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Вероника Иванова: А сложные какие-то ситуации были? Например, как в кино показывают, когда висишь на волоске.

Алексей Сухарев: Всякое бывает. Я один раз в лавину попадал. Пять минут лежал, пока меня случайно не нашли. Прошлым летом мы тоже два дня сидели под лавиной в стене. Три дня отработали, а потом сидели. Бесконечно шёл снег, лавины сыпались через нас. Такие ситуации приглаживаются, и потом вспоминаешь только позитивные вещи.

Вероника Иванова: В альпинизме, как я понимаю, нужна спортивная подготовка и ещё много других знаний?

Алексей Сухарев: Само собой. Здесь не перестаёшь учиться. Это не так, что прослушал курс лекций — и всё умеешь. Есть начальные знания, которые потом подкрепляются практикой.

У нас из Советского Союза осталась система, что нельзя просто приехать в горы и начать везде ходить. Есть определённые правила. Если ты приезжаешь новичком, у тебя есть назначенные занятия, лекции, инструктора тебя учат. Потом тебя ведут на гору, инструктор наблюдает, чтобы ты не убился.

Затем — походил на трассы посложнее, закрыл второй разряд, и тебе говорят, что можешь уже ходить сам, без инструктора. Инструкторов на всех не напасёшься. И тут начинается спортивный альпинизм, когда тебе надо собрать команду, понять, куда вы хотите и что вы можете. И самим отвечать за свои действия.

Михаил Якимов: Как проходят соревнования в этом виде спорта? Здесь же не как на беговой дорожке или бассейне — судья стоит, и всё увидел.

Алексей Сухарев: Есть технический альпинизм — большие горы, маршруты, снег, лёд и всё такое. Есть скальный класс — это когда короткие маршруты, как в Крыму, стены, 300-400 метров перепад. Это отдельная разновидность.

Проводятся очные соревнования, когда спортсмены приезжают, очень много скалолазов выступает, кто в горы особо не ходит. Самый распространённый вид — это марафон. Это когда на стене 20 маршрутов разной категории. В 12 часов стартанули, все побежали, и максимальное количество маршрутов на максимальной скорости нужно пройти. Кто набрал больше баллов — тот победил.

Михаил Якимов: Это самый простой вид для судейства?

Алексей Сухарев: Да. Сжатые сроки, судья всё видит, в бинокль можно всех проконтролировать. Здесь можно приехать на соревнования без разрядов, всех победить, получить кандидата в мастера спорта и уехать домой. Но это не значит, что ты приедешь в большие горы, и выпускающий инструктор даст тебе добро лезть.

В техническом классе есть заочные соревнования, когда после восхождения сдаются отчёты и судьи оценивают. В прошлом году мы заняли в зимнем классе первое место по России. Здесь ещё играет роль фактор, что мало кто любит ходить зимой, потому что это сомнительное удовольствие.

IMG_8688_tn.JPG
Вероника Иванова и Алексей Сухарев. Фото: Павел Комаров, nsknews.info

Есть ещё очный чемпионат, это такое грандиозное мероприятие, когда на две недели приезжают команды со всех регионов. В этом году он был в Ингушетии. Там уже смысл соревнования — вне зависимости от погоды за 12 дней набрать максимальное количество баллов. Там учитываются скорость прохождения маршрута, сложность.

Михаил Якимов: Какой самый красивый или интересный маршрут в мире или России, где вы ходили?

Алексей Сухарев: Виды везде хорошие. Разные горные районы. И вообще, когда только начинаешь заниматься, приезжаешь в первый попавшийся горный район и наслаждаешься видом. Потом это всё приедается. Но всё равно, когда попадаешь в новый район — захватывает дух.

Самое интересное и сложное: в 2017 году мы сходили на пик Победы — самый северный семитысячник бывшего Советского Союза. Было затяжное восхождение, 12 дней мы ходили снизу вниз. Там довольно сложные условия в плане того, что очень долго находишься на большой высоте, и если организм начинает сдавать, то быстро происходят все эти деградации.

Если ты простудился, то всё может быстро скатиться к отёку лёгких, мозга. Развлечение не для всех. И ещё можно вспомнить нашу прошлогоднюю экспедицию, когда мы сначала в одном ущелье ходили, а потом лазили на вершину в Таджикистане на границе с Афганистаном.

Михаил Якимов: Новосибирцам сложнее тренироваться на трассах, потому что у нас их в области практически нет. У алтайцев и кемеровчан есть горы. Почему не они выигрывают?

Алексей Сухарев: Это обусловлено возможностью собрать команду и наличием денег, чтобы её вывезти. Самые топовые регионы — это Красноярск и Питер. У них мощно развито это направление и есть финансирование. У Красноярска конкретно есть бюджет на летние экспедиции. А у нас, несмотря на то, что есть федерация, его нет.

В спорте «палочная» система, кто приносит какие-то показатели — тому дают деньги. А это такой спорт, что мастера спорта в зале за три года не набегаешь. А чтобы выиграть чемпионат — надо собрать экспедицию и много денег. Приходится искать людей, которые хотят и могут. Собрать три-четыре человека сложно, не говоря о большой команде.

Вероника Иванова: Куда податься новичку? Я так понимаю, что есть клубы в Новосибирске. 

Алексей Сухарев: Да, причём их довольно много. Я тренирую альпклуб НГТУ. У нас не только студенты занимаются. Желающие приходят, кому-то нравится, кто-то остаётся. Всех ждём. Можно найти меня в соцсетях и написать

Видео: nsknews.info

Что происходит

Вирусолог Нетёсов: 20% населения купили QR-коды

16 человек умерли, 44 выздоровели: сводка по ковиду в Новосибирске

К Новосибирску приближается резкое похолодание до −24

Кто поможет отказаться от курения в Новосибирске — адреса и телефоны

Первые ёлочные базары в Новосибирске: сколько стоит дерево

Портреты аристократов с Красной площади выставили в новосибирском музее

От коронавируса умерли ещё 14 новосибирцев — от 50 до 92 лет

Вмёрзшую в лёд корягу возле нового ЛДС приняли за тело человека

Ночью виднее: как беспилотники ищут утечки тепла в Новосибирске

Новосибирских строителей стали штрафовать в два раза чаще

Если вы пропустили: юбилей сайта «НН», собачий рай и кукольный замок

Показать ещё