Городская волна
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Новосибирские
новости
Настрой город для себя

Без коронавируса

Город Локтя

Город в лицах

Городская история

Сделано в Новосибирске

Полезный город

Городской треш

Сбросить
Городская волна
Все материалы
Подписывайтесь:

Вечерний разговор: WADA, МЧМ-2023 и хоккейное будущее Новосибирска

Каковы шансы Новосибирска поучаствовать в МЧМ-2023 после допингового скандала, связанного с WADA? Какая судьба ждёт новый ЛДС на Горской и станцию метро «Спортивную», если чемпионат в России всё же отменят? Почему в Новосибирске появляется так мало хоккейных «звёзд»? И сколько сегодня стоит экипировка 5-летнего хоккеиста? Об этом и многом другом рассказал 12 декабря гость программы «Вечерний разговор» — хоккейный обозреватель портала «Чемпионат» Максим Замятин — на радио «Городская волна» (101,4 FM).

Иван Конобеев
Иван Конобеев
16:40, 16 Декабря 2019

Иван Конобеев: Добрый вечер! На позапрошлой неделе все новосибирцы слышали новость международного формата, которая может напрямую коснуться нашего города. Речь идёт о заявлении Всемирного антидопингового агентства (WADA) о том, что Россия на четыре года лишается права участвовать в Олимпиадах и чемпионатах мира.

Я напомню, что 2023 год для Новосибирска — это год знаковый, потому что город встречает Молодёжный чемпионат мира по хоккею в 2023 году (МЧМ-2023) и подготовка включает в себя создание новой инфраструктуры, в том числе ледовой арены. Также должна быть построена станция метро «Спортивная».

Готовится визуальное преображение города, был принят дизайн-код, с улиц должны вынести страшные торговые киоски, заменить остановочные павильоны и многое-многое другое.

Что также немаловажно — участие новосибирских хоккеистов и спортсменов молодёжной команды России. И у нас сегодня [12 декабря] в гостях Максим Замятин, хоккейный обозреватель портала «Чемпионат». Здравствуйте, Максим!

Максим Замятин: Добрый вечер!

Иван Конобеев: Первый вопрос непосредственно касается заявления WADA. Можно ли это решение назвать справедливым? Или всё-таки это не спорт, а больше политика?

Максим Замятин: Как и любой гражданин нашей страны я воспринял это не очень хорошо. Другое дело что я бы хотел предостеречь всех от преждевременных выводов, потому что решение WADA ещё пока не вступило в силу, оно не является окончательным. На данный момент у российского министерства спорта есть 21 день на то, чтобы подать апелляцию в Международный спортивный суд в Лозанне. Я искренне надеюсь, что наши власти эту апелляцию готовят и уже после того, как состоится заседание спортивного суда, можно будет о чём-то говорить.

Пока что это решение является предварительным, но заставляет нас волноваться, потому что голосование было единогласным, то есть за Россию никто не заступился. Были прецеденты, когда спортивный суд вставал на сторону российских спортсменов. И в принципе есть шанс обжаловать, есть шанс ещё побороться за наши права и получить какие-то уступки в плане этого решения. Конечно, такой возможностью надо пользоваться.

Безусловно, здесь есть политическая составляющая, но нужно признать, что в общем-то наши спортивные власти подставили себя сами. Мы сами виноваты. Как бы ни пыталась восстановить статус Российская антидопинговая лаборатория, но в итоге получилось так как получилось. Окончательное решение, я думаю, будем ждать где-то уже в феврале. После этого будет окончательно ясно — будет Россия участвовать или не будет, и в каком формате всё это будет проходить.

Иван Конобеев: Также прозвучало заявление президента международной Федерации хоккея на льду, которое вселило надежду. Мы уже перечислили, что должно происходить в Новосибирске. Под молодёжный чемпионат в России, наверное, есть и другие объекты инфраструктуры, которые сейчас строятся. Рене Фазель сказал о том, что если уже ведётся подготовка, то он не видит возможности отменить то, что уже сделано.

Максим Замятин: Логика правильная, но тут много составляющих. Рене Фазель — глава Международной федерации хоккея, он давний поклонник России и он этого не скрывает. Он настроен пророссийски, но при вынесении итогового решения господина Фазеля могут и не спросить. Если будет принято именно политическое решение, то чемпионат мира либо отменят, либо перенесут.

В международной практике проведения крупных спортивных соревнований были прецеденты даже переноса Олимпиад. В 1976 году австрийский Инсбрук принял Олимпиаду, которая должна была проходить в Денвере в США. Но жители штата Колорадо проголосовали против, и в итоге очень быстро Олимпиаду перенесли в Инсбрук который принимал Олимпиаду до этого за 12 лет. Там уже были готовы стадионы и спустя 12 лет там снова проходили соревнования.

А ведь Олимпиада — это не один вид спорта, там есть всё, что угодно. А здесь один хоккей, для которого нужно два стадиона. До Новосибирска молодёжный чемпионат мира будет принимать канадский Ванкувер в декабре, после этого будет чемпионат в Чехии, в Петербурге, в Швеции, и лишь потом будет Новосибирск.

Поэтому на все города, которые будут принимать этот турнир до нас, нужно смотреть с опаской. Потому что можно перенести или вообще отменить этот турнир. И сказать: «Ничего страшного, в следующем году будет в два раза интереснее». Здесь господин Фазель прав в том плане, что тяжело переносить такие турниры, это связано с большими расходами. И в общем организационно это очень большая работа. И для него лично или его Федерации хоккея, конечно, Россия — это один из ключевых участников.

Никто не тратит деньги так, как русские туристы, которые с охотой ездят по всей Европе на матчи. Я был на самом первом взрослом чемпионате мира как журналист в Кёльне в 2010 году. Свой первый матч сборная России проводила 9 мая в Германии. Такое было впечатление, что это русский город. По телетрансляции видно, как болеют российские болельщики. Потому что когда играет сборная России — это русский стадион, просто он временно находится в другой стране.

И российские туристы, и сборная России. Охотно приезжают суперзвезды мирового хоккея — Овечкин, Малкин, Ковальчук. Все едут в сборную, в отличие от тех же канадцев — там Макдэвида тяжело пригласить на майский чемпионат мира, потому что после тяжёлого чемпионата за океаном спортсмены не горят желанием продлевать сезон, а наши едут охотно. Это даёт продажу билетов, даёт продажу атрибутики, поэтому господина Фазеля можно понять — он стоит за нас.

Ну и что такое чемпионат мира без матча Россия-Канада? Поэтому здесь, конечно, он будет стоять за нас. Но повторюсь — у него не так много рычагов влияния на ситуацию. Если будет решение о том, что Россия не может проводить такие турниры в течение четырёх лет, то ему ничего не останется, как взять под козырёк и начать работать.

Иван Конобеев: Вернёмся к новосибирским хоккейным делам. Общепринято, что хоккей — если мы говорим о воспитании нового поколения хоккеистов — это очень дорогой вид спорта. И вообще, есть какие-то расчёты — во сколько обходится подъём, воспитание хоккеиста до такого качества, когда его уже можно выпустить на международный уровень?

Максим Замятин: Мы можем только приблизительно прикинуть, во сколько это может обходиться. Про международную арену тяжело говорить, потому что уровень таланта разный.

Иван Конобеев: Может, есть какие-то другие критерии — каким образом можно посчитать?

WhatsApp Image 2019-12-16 at 15.53.49_cr_tn.JPG
Максим Замятин. Фото: Иван Проскурин, nsknews.info

Максим Замятин: Для молодого хоккеиста вообще желательно вставать на коньки в возрасте 5-6 лет. Соответственно, примерно с этого возраста начинается подготовка мальчика, если мы говорим про мужской хоккей. 

Самый дешёвый комплект экипировки — щитки, клюшка, шлем и так далее начинается от 40 000 руб.

Можно взять не новые, в складчину у старших возрастов, уже немножко б/у, но всё равно это большие расходы. Плюс аренда льда, которая тоже ложится на плечи родителей. Плюс клюшки, транспортные расходы. Желательно брать так называемые подкатки, то есть дополнительное ледовое время, чтобы работать над катанием. Сколько за часовую тренировку один тренер может уделить времени одному конкретному игроку? Это очень мало, особенно если человек не умеет кататься, делать подбор ног или кататься спиной вперёд.

На общей полуторачасовой тренировке этому не научиться. Здесь нужны дополнительные занятия, выезд на турниры, масса дополнительных расходов, которые тяжело просчитать. Конечно, всё это ложится на плечи родителей, потому что в общем и целом бесплатной подготовки хоккеистов сейчас нет. Это дорогой спорт в общем.

Иван Конобеев: И вот с 5 лет ребёнок встал на коньки. В каком возрасте можно будет понять, что это будущий хоккеист с большой буквы?

Максим Замятин: Талантливого игрока замечают уже в молодом возрасте. В юниорском хоккее до 18 лет уже есть свои звёзды. Если мальчишка подаёт какие-то надежды, его уже в 13-14 лет берут на карандаш и просматривают тренеры спортивных школ при хоккейных клубах, скауты и агенты. В юниорской хоккейной лиге есть свои звёзды, у нас есть. В России юниорская хоккейная лига — до 18 лет, потом они переходят в молодёжную хоккейную лигу с 18 до 21, потом уже можно играть в Континентальной хоккейной лиге (КХЛ), если позволяет талант.

Другое дело, что конкуренция высокая и выпускников хоккейной школы достаточно много. Раскрывается достаточно мало хоккеистов. Если даже взять юниорский хоккей в Новосибирской области, то у нас достаточно много команд. У нас есть две команды школы «Сибирь», есть команда «Штурм», есть «Бердский кристалл». Была не так давно команда «Энергия», которая играла на ОбьГЭСе. Все эти мальчишки до 18 лет играли в юниорской хоккейной лиге, и где они сейчас — вот вопрос. Большинство из них разбежались и в молодёжный хоккей на ступеньку выше не пошли.

Иван Конобеев: То есть они просто прекратили?

Максим Замятин: Да, они прекратили быть спортсменами. Кто-то поступил в институт, кто-то просто закончил карьеру.

Иван Конобеев: Я смотрю, что в принципе мода на хоккей есть. У меня очень много знакомых, которые в этом участвуют. Есть президент на коньках по телевизору, есть кино на большом экране. Вся эта идеологическая поддержка хоккея переходит в практическое поле.

Максим Замятин: Вы правы, действительно есть идеологическая поддержка в СМИ и в сарафанном радио. Действительно поддержка большая в том плане переходит ли это в практическую плоскость, ну конечно когда большой вал информации о хоккее это не может никак не переходить в практику, но наверное всё-таки пыль в глаза тоже встречается. так скажем и проблем достаточно много, потому что вся инфраструктура, тренерские кадры и подготовка хоккеиста — это большой процесс, очень сложный и как бы вид спорта достаточно специфический и у России в нём большие традиции и поэтому здесь не всё так просто.

Стоит отдать должное той подготовке которая проводилась раньше и проводится сейчас. В России на местах в принципе хоккей популярен, он вышел из того состояния, в котором был в конце 1990-х годов, когда «Сибирь» ещё не играла в суперлиге в самом высшем дивизионе. Это было печальное зрелище. Достаточно возрастные люди в полинялой одежде, спортивных майках на небольшой скорости разыгрывают какие-то непонятные комбинации для того, чтобы забить пару шайб. Сейчас всё по-другому, всё встало на коммерческие рельсы, стало более приглядным, более ярким. Но проблем остаётся достаточно много.

WhatsApp Image 2019-12-16 at 15.55.01_cr_tn.JPG
Иван Конобеев. Фото: Иван Проскурин, nsknews.info

Иван Конобеев: А участие государства в подготовке будущих хоккейных кадров — вы его наблюдаете сегодня? На уровне Новосибирска?

Максим Замятин: Именно государство — достаточно трудно сказать. Безусловно, есть детско-юношеские спортивные школы, но назвать это именно государственной подготовкой, наверное, нельзя. Всё-таки это больше работа для масс. Вообще любого тренера можно судить по результатам, по тем спортсменам, которых он воспитал, по тем выпускникам, которые вышли из школы. И в общем если говорить про Новосибирск, то результаты не самые радостные, потому что за все годы работы ДЮСШ по хоккею у нас едва ли наберётся с десяток известных игроков, которые были воспитаны в Новосибирске и запомнились людям чем-то, проявили себя на высоком уровне.

Иван Конобеев: Не хватает тренеров? Или в чём причина?

Максим Замятин: Я думаю, здесь комплексная проблема. Тренерские кадры — безусловно, это одна из проблем, одна из сторон этого вопроса. Тренерские кадры тоже надо воспитывать, обучать. Нужна методика, хорошая зарплата для тренера, чтобы он был мотивирован. Чаще всего тренер — это сотрудник ДЮСШ, учитель, грубо говоря. А как «хорошо» у нас зарабатывают учителя — все мы представляем.

Ну и плюс сама методика и условия работы. Они часто не позволяют выявить хоккейных талантов и воспитать их до того уровня, когда молодой талантливый парнишка мог бы приносить результат. Соседний Новокузнецк, например, в этом плане добился гораздо больших результатов. И новокузнецких парней мы с вами знаем даже лучше, чем у нас, в Новосибирске. Навскидку можно вспомнить Владимира Тарасенко, суперзвезду НХЛ. Также из Новокузнецка вышли Капризов, Бобровский и много кто ещё.

Иван Конобеев: А если мы говорим про подготовку и поиск талантов в идеальном мире — как это должно строиться? Профессиональный тренер приходит в детский сад и говорит: «ребята, кто хочет на коньках покататься?»

Максим Замятин: Про детский сад — немного переборщили. В 5 лет — это просто встать на коньки, когда папа приведёт сына, покажет, как это делается, и увлечет его это, или нет. А если мы говорим про занятия — здесь речь идёт, наверное, всё-таки о школьном возрасте. И в советские времена — мы помним в «Приключениях Электроника», как приходят в школу и забирают ребят из класса: «кто хочет покататься, кто хочет в команду — приходите на тренировку».

Это было, когда ходили спортивные тренеры: «Ребята, проходит набор в секцию, приходите с коньками в такое-то место, будем смотреть. Если вы хотите заниматься — давайте пробовать». Если какие-то задатки у мальчишки есть, его брали в секцию и дальше с ним работали. Но разовьется он или нет — зависит от большого количества факторов. Мы уже с вами говорили — это и конкуренция, и талант, где-то и финансы, безусловно. Сейчас новые технологии появляются — новые клюшки, новая форма, новые тренажеры, которые позволяют по-другому тренироваться.

Идеальная подготовка должна строиться через качественные кадры в тренерском составе. Именно в начальном уровне тех, кто работает с самыми маленькими детьми. Чтобы это был не голый энтузиазм. Это должна быть именно ледовая инфраструктура — тёплая раздевалка, душ, хороший лёд. Ну и, конечно, должен быть массовый охват, чтобы можно было выбирать самых талантливых из тех, кто хочет заниматься.

Иван Конобеев: В советское время сказали, насколько я помню, в Новосибирске проходил детский турнир «Золотая шайба».

Максим Замятин: Он существует и сейчас, слава богу. По-моему, там по четырём возрастам играют. Вопрос в другом — хотелось бы больше детско-юношеских соревнований, потому что одной «Золотой шайбы» недостаточно. Есть чемпионат юниорской хоккейной лиги, есть чемпионаты по возрастам. Но если вы попадёте когда-нибудь на матч юниорской хоккейной лиги где-нибудь не на крупном стадионе, а на в каком-нибудь крытом модуле — вы, как болельщик, вряд ли захотите прийти туда во второй раз.

Иван Конобеев: Понятно, что у нас в Новосибирске зима длится большее количество времени. И для меня было дикостью узнать, что не хватает льда. Что героические мамы с героическими детьми очень хотят, чтобы дети стали хоккеистами. Они ездят из Новосибирска в Бердск, в Искитим и даже в Чик. Это что происходит вообще?

Максим Замятин: Действительно не хватает крытых арен, дворцов спорта. Крытых коробок действительно очень мало и время занятий расписано буквально по часам. До недавнего времени, до ввода в строй тренировочного модуля возле ЛДС «Сибирь», второй крытой коробки, главный лёд был расписан практически круглосуточно. То есть если вы туда случайно зайдёте в 2-3 часа ночи, то можно видеть, что кто-то катается, тренируется или играет. Это могут быть любители или арендаторы, но тем не менее. Льда настолько не хватает, что тренировка в 5:45 утра — это обычное дело. Соответственно, нужно встать, собрать баул — ребёнок ещё не может сам одеться, одеть всю экипировку. Родители — это действительно героические люди. И дети тоже героические.

Иван Конобеев: Можно ли сказать, что в каждом городе сложилась какая-то особая хоккейная школа?

Максим Замятин: Каждый город, где есть команды, например КХЛ, может похвастаться своими воспитанниками. Но говорить про тренерскую школу здесь, наверное, всё-таки не вполне корректно. По крайней мере, применительно к Новосибирску. Если мы говорим про воспитанников которые вышли из Новосибирска и стали известными игроками — таких игроков достаточно мало. Про Владимира Тарасенко мы с вами уже говорили, его отец, Андрей Тарасенко, в общем, тоже играл за «Сибирь», хотя не является нашим воспитанником в полной мере. Можно вспомнить Дмитрия Набокова, Сергея Климовича, Яна Голубовского но не больше 10 фамилий.

Если вы покопаетесь в справочниках — найдете тех хоккеистов, которые играли на высоком уровне и при этом действительно провели в Новосибирске либо значительную часть карьеры, либо были воспитаны здесь. К сожалению, воспитанников новосибирского хоккея очень мало. Даже сейчас, хотя немножко «Сибирь» ими пополнилась. У нас пять человек в команде КХЛ родились в Новосибирске. Но, тем не менее, это капля в море относительно того, что могли бы давать наши хоккейные школы. Я уже говорил — тех же команд которые играют в юниорской ЮХЛ, много в нашем регионе. Больше пяти команд играет только сейчас. А на высокий уровень, уровень профессионального спорта попадают единицы. То есть даже не каждый год наши ДЮСШ поставляют хотя бы одного игрока высокого класса.

Говорить здесь о какой то тренерской школе не приходится. Есть такая фраза «Урожайный год — не урожайный», это действительно так. Допустим, в один год рождаются Овечкин, Малкин и ещё ряд игроков очень высокого уровня, из которых потом вырастают до суперзвезд, а в другой год нет никого.

Наверное, можно было работать более эффективно, если мы говорим применительно к нашему городу. Кстати, ошибки тренеров, которые проглядели талантливых хоккеистов, нередки и на международном уровне. В НХЛ такие вещи случаются. Самый яркий пример — это Павел Дацюк, которого не заметили ни в 17, ни в 18, ни в 20 лет. Который стал суперзвездой уже будучи совсем взрослым и был задрафтован в НХЛ очень низким номером. То есть на него никто не ставил, а он стал обладателем кубка Стэнли и признанным мастером.

iNjgs43didQ_cr_tn.JPG
Максим Замятин и Иван Конобеев. Фото: Иван Проскурин, nsknews.info

Иван Конобеев: До того, как прозвучала плохая новость из WADA, плохой новостью Новосибирска была информация о том, что часть матчей молодёжного чемпионата переезжают в Омск. В части населения, в части благоустройства город Омск и город Новосибирск находятся всё-таки на разных полочках. Общепризнанно столица Сибири — это Новосибирск. Сейчас красноярцы нас не слышат. А Омск — он всё-таки чуть-чуть за 1 млн. И на уровне сравнения городов он находится чуть ниже Новосибирска. А вот в части хоккейного спорта он, наверное, находится на какой-то другой полочке. Порассуждаем на эту тему.

Максим Замятин: Если мы говорим о достижениях омского «Авангарда» — они не сравнимы с достижениями той же «Сибири». Омск был чемпионом страны, является одним из лидеров КХЛ, здесь всё понятно. Омичи свысока смотрят на Новосибирск, это как встречи старшего брата с младшим. Но мы все с вами знаем — уже второй год подряд омский «Авангард» не играет в Омске, а играет в Подмосковье, в городе Балашиха. Потому что «Арена Омск», которая была построена около 10 лет назад, была признана аварийным объектом. А не так давно её просто сравняли с землей и теперь в Омске стадиона нет.

С 1964 года стояла наш ЛДС. Крыша, правда, появилась позже, но формальная дата постройки — 1964 год. Здесь чаша весов вернулась в нашу пользу, потому что в Новосибирске пусть старенький стадион, но всё-таки есть. А омские болельщики видят свою команду только тогда когда она приезжает в Новосибирск, когда «Авангард» играет с «Сибирью» у нас, в Новосибирске. Что касается молодёжного чемпионата мира и попытки омичей присоединиться к этому событию — это совершенно отдельный разговор, здесь можно много чего сказать.

Иван Конобеев: Их попытка была законной по вашему, или нет?

Максим Замятин: Смотря как посмотреть. Заявку на проведение МЧМ подавал Новосибирск, представители новосибирской власти, власти нашего региона. Омск на момент подачи заявки на этот тендер не был никак задействован, даже идеи такой ни у кого не витало. Когда не стало «Арены Омск», и «Авангарду» стало негде играть, все внезапно вспомнили, что по соседству в Новосибирске будет проходить Чемпионат мира — недалеко, всего ночь на поезде. Действительно, почему бы нам не построить ещё один стадион в Омске, после того, как они, немножечко ошиблись с расчётами и старый стадион пришлось разрушить.

Новосибирску тоже было бы неплохо оказать внимание и выделить финансирование. И о том, что Новосибирск выиграл эту заявку, все как то дружно забыли. Как-то мне даже удивительно было слушать речи наших региональных властей, когда они говорили, что надо поделиться с братьями по-соседски. Это же по-сибирски, говорил наш губернатор. Мне кажется, здесь можно было бы отстаивать интересы нашего города, нашего региона пожёстче. Что это вообще такое — разделить такой крупный турнир на два города.

Иван Конобеев: Интересно, как это сделать?

Максим Замятин: Предположим, вы болельщик и у вас есть время и возможности посещать в большом количестве различные матчи МЧМ. Если хотите, то можете съездить на один стадион, на другой стадион, посмотреть матчи в разных группах. Например, на стадионе в Новосибирске играет канадская сборная, на другом российская. Вам стоит всего лишь пересесть на метро, выйти на станции метро «Спортивная». До другого стадиона вы легко сможете доехать.

В случае с Омском — вам придётся ехать в другой город, чтобы посмотреть, например, на канадцев. Это гостиница, переезд, чужой город, нужно что-то покушать, это обратная дорога. То есть это намного сложнее. Вы пострадаете как болельщик, как новосибирец. Более того, Новосибирск больше готов к проведению МЧМ, чем Омск. Всё-таки у нас есть гостиницы международного уровня и международный аэропорт. И уже стройплощадка под новый ЛДС находится в работе, и тот же самый метрополитен. Есть и культмассовые объекты — оперный театр и зоопарк, которые могут посетить туристы.

А в Омске не готово ничего, там нет стадиона. Строительство новой арены в Омске находится на какой-то стадии непонятной проектирования и согласования, там ещё никакой работы не начато. Про омский метрополитен можно долго шутить. Про гостиницы и прочую городскую инфраструктуру, наверное, омичи расскажут лучше меня, здесь тоже всё достаточно печально.

Я не думаю, что бюджет мероприятия увеличится после появления Омска. Большую часть финансирования заберёт именно Омск. Новосибирск мог бы действительно стать столицей и получить бесценный опыт проведения крупных турниров, привлечения массового туризма — хотя бы внутреннего, российского, к нам.

Приехали бы люди из Барнаула, Красноярска, Томска, со всех соседних регионов. Все бы приехали посмотреть хоккей. И мы бы получили этот опыт, получили финансирование. Чемпионат бы закончился, а у нас осталось освещение, тротуары, транспорт. Где-то подкрасили, отремонтировали. Мы, как горожане, могли бы этим пользоваться.

Иначе значительная часть этого финансирования просто уйдет нашим западным соседям, где ничего не готово. Если сборная России останется играть в Новосибирске, то тех же канадцев оставят в Омске, потому что будут две разные группы, и Канаду с Россией в одну группу на предварительном этапе объединять никто не будет, чтобы они не играли раньше времени. А вот я, как болельщик, хочу посмотреть канадцев, я буду вынужден ехать в Омск. И в Омск приедут свои болельщики, будут там тратить свои деньги.

Иван Конобеев: Как считаете, насколько МЧМ интересен не россиянам, а жителям других стран?

Максим Замятин: В первую очередь он интересен Северной Америке, для них это событие первого ряда. Совсем скоро будут проходить матчи в Ванкувере, они все будут болеть, смотреть. У нас молодёжный хоккей вызывает чуть меньше интереса и внимания, но, тем не менее, всё равно он интересный. Я думаю, что европейцы, шведы обязательно приедут. Американцы в меньшей степени.

WhatsApp Image 2019-12-16 at 15.56.35_cr_tn.JPG
Максим Замятин и Иван Конобеев. Фото: Иван Проскурин, nsknews.info

Иван Конобеев: На данный момент мы можем сказать, что знаем, кто будет играть в молодёжной сборной России в 2023 году?

Максим Замятин: Пока мы не можем этого сказать, потому что те, кто будет играть в молодёжной сборной России — надеюсь, что это будет именно сборная России, а не сборная каких-то атлетов, независимых друг от друга. Конечно, этим игроком ещё сейчас по 14-15 лет — те, кто должен подтянуться в молодёжку к тому времени. Молодёжная сборная, как правило, от 17 до 21 года. Если брать по нижней планке, этим парням ещё по 13-14 лет. Мы их просто ещё не знаем, называть какие-то фамилии сейчас преждевременно.

Но понятно, что в общем для чемпионата, если он пойдёт на родине, бросят все силы и сделают всё возможное. Тренерская подготовка и просмотр кандидатов будут максимальными для того, чтобы свой домашний чемпионат провести по максимуму с точки зрения спортивного результата.

Иван Конобеев: А если говорить об успехах в тренерской школе Новосибирска — можем ли мы рассчитывать, что новосибирцы тоже будут в этой молодёжке? Сколько человек?

Максим Замятин: Хотелось бы, чтобы хотя бы один-два человека молодёжной сборной были из Новосибирска. Мы помним золотую молодёжку, когда в ней играли Максим Игнатович, Владимир Тарасенко, когда чемпионат проходил в Баффало. 

Это была знаменитая игра, когда наши страшно проигрывали, а потом одолели в финале канадцев, устроили полный Сталинград.

В общем и целом, конечно, хотелось бы хотя бы 1-2 представителей новосибирского хоккея, чтобы они были в молодёжной сборной. Все шансы для этого есть. У нас молодёжная команда «Сибирские снайперы», она выступает достаточно неплохо. По крайней мере, в нынешнем сезоне была у них бронза чемпионата. Я думаю, что какую-то минимальную протекцию новосибирцы в сборной получат для того, чтобы не пустовала строчка в графе «новосибирские воспитанники» в составе молодёжной сборной на домашнем турнире.

Иван Конобеев: А заметны игроки, которые сегодня играют в молодёжке? Они, вероятнее всего, уже все уйдут?

Максим Замятин: По регламенту они просто не смогут принимать участие. Но я надеюсь, что если такие игроки будут, то они будут играть уже за взрослый состав команды на чемпионатах Мира. Не на молодёжных, а на основных.

Иван Конобеев: То есть нам расстраиваться не надо, а наоборот, радоваться, если они состоятся и уйдут?

Максим Замятин: Я уже говорил, что таких людей в принципе в истории новосибирского хоккея не так много. Если появятся — это будет только здорово.

Иван Конобеев: На какую строчку претендует российская молодёжная команда? Можно ли сравнивать молодёжные результаты с нашей взрослой сборной? И как можно из сегодняшнего дня увидеть ситуацию 2023 года?

Максим Замятин: Традиционно домашний турнир обязывает к очень многому, это психологическое давление. Все ждут только победы. Все помнят Олимпиаду 2014 года в Сочи, когда всё делалось для победы. Любой домашний турнир в принципе накладывает дополнительные обязательства, потому что проигрывать дома нельзя ни в коем случае.

МЧМ в России проходил дважды: в Уфе в 2013 году и до этого в Москве. В Москве сборная России осталась без медалей, в Уфе завоевали бронзу. Дома мы играем не очень хорошо. Правда, всего два чемпионата — не очень обширная статистика. Традиционно молодёжные чемпионаты мира — это вотчина севера, американцев, в первую очередь — канадской сборной. У них молодёжный хоккей вызывает огромный интерес, он даже сравним со взрослый сборной, потому что проводится в новогодние и рождественские каникулы, когда вся Канада либо на стадионе, либо у телеэкранов. Они переживают знают все имена.

У нас молодёжная сборная не вызывает такого интереса. Основная команда — Овечкин, Малкин — все знают суперзвёзд чемпионата мира, это наше всё. А вот молодёжка как бы немножко в тени, на периферии. Поэтому этот турнир — это шанс вытянуть молодёжный хоккей, наших молодых звёзд, на первый план, уделить им внимание. Чтобы люди начали интересоваться этим.

Молодёжный хоккей отличается от взрослого по содержанию, по наполнению, там больше эмоций, больше каких-то сугубо юношеских расстройств, когда люди плачут после окончания игры прямо на скамейке. И кроме, того это уникальная возможность посмотреть тех кто буквально через 4- 5 лет будет рвать и метать, разрывать все статистические черты, быть на всех обложках. И вы потом посмотрите на старую фотографию и скажите «я вот этого парня видел кого ему было 17, он был такой смешной».

KhkGMtl8Cvs_cr_tn.JPG
Максим Замятин. Фото: Иван Проскурин, nsknews.info

Иван Конобеев: А если рассмотреть пять команд, с которыми нужно будет играть в молодёжке?

Максим Замятин: Их даже не пять, это традиционно большая хоккейная шестёрка: Россия, Канада, США, Финляндия Швеция и Чехия. Это традиционный круг основных соперников, которые претендуют на самые высокие места. 

В последние годы очень неплохо выступает финская сборная. У них подросло очень хорошее поколение, несмотря на то, что в общем Финляндия небольшая страна. И по сравнению с той же Россией людские ресурсы значительно ограничены. Тем не менее, там очень неплохо работает программа поддержки молодых игроков. Им удаётся воспитывать настоящих чемпионов, которые и канадцев бьют и сейчас заметны в НХЛ. Но для нас, конечно, принципиальным матчем будет Канада, если турнирная сетка будет позволять сыграть, если никто не вылетит раньше, не будет никаких сюрпризов. Этот матч традиционно главный на всех хоккейных турнирах. Это главная вывеска вообще по хоккею с шайбой, самое интересное, что только есть.

Иван Конобеев: Последний вопрос. Безотносительно МЧМ-2023, что нужно Новосибирску, чтобы стать хоккейным городом с большой буквы Х?

Максим Замятин: В первую очередь нужен стадион. Мы все его ждём и надеемся, что он всё-таки будет построен и не так, как у наших западных соседей, а более качественно. В принципе, я думаю что Новосибирск уже можно назвать вполне хоккейный городом. Я думаю, что в принципе все жители Новосибирска так или иначе бывали хотя бы раз на хоккее и помнят ту атмосферу, которая есть на стадионе. Пусть он старенький, пусть он неудобный, но там действительно иногда происходят совершенно необыкновенные вещи. Это отмечают все, кто туда приезжает: и игроки, и специалисты, и журналисты. В принципе хоккей у нас — вид спорта №1 в городе, это без сомнений. Про хоккей знают все, сейчас он моден у нас, несмотря на то, что лет 10-15 назад такой моды не было. Здесь стоит отдать должное и руководству клуба, и тем, кто занимается продвижением команды.

Иван Конобеев: То есть делать ничего не надо? Всё уже есть?

Максим Замятин: Нет, нужно продолжать делать, только больше. Если обновить инфраструктуру, сделать всё еще более привлекательным, ярким и удобным — то конечно хоккей станет главным новосибирским досугом. На стадион приятно будет ходить. Об этом будет не зазорно говорить — «я был на хоккее» и так далее. Это будет для тех, кто хочет отдохнуть, провести время весело и интересно.

Иван Конобеев: На этой оптимистической ноте — спасибо большое, Максим, за то, что пришли к нам. Всего доброго!

Максим Замятин: Спасибо вам!

Видео: nsknews.info

Что происходит

Больше 1300 проб на COVID-19 в день могут брать в Новосибирске

«Вектор» испытает вакцину от коронавируса на 180 добровольцах

Главный архитектор Ложкин опроверг угрозу Технопарку из-за поправок в генплан

Сказки по телефону начали читать детям актёры «Первого театра»

Убийцу кота Моти из Академгородка хотят признать невменяемой

Новосибирская область «засветилась» в фейке про коронавирус

Копию танкетки Т-27 строят братья из Новосибирска в своём гараже

В новосибирском метро сократили интервал движения в утренний час пик

Дело о травмах 13 детей на батутах дошло до суда в Новосибирске

Онлайн-гид: что предлагают новосибирские театры и музеи на удалёнке

Как жить, не выходя из дома: вспомнить отпуск и начать работать

Показать ещё